Бежать нельзя остаться книга
Бежать нельзя остаться
— И что теперь прикажете мне делать? — вопрошал Люциус Малфой у однокурсников. Он один занимал половину дивана в слизеринской гостиной по праву старосты, по праву наследника благородного рода… и просто благодаря своей вопиющей наглости.
— Пригласи кого-нибудь другого, — посоветовал Крэбб.
— Кого, дорогой мой?! — всплеснул руками Люциус. — Всех приличных девушек давно разобрали, а с теми, что остались без пары, я, уж прости, не покажусь на люди! И вообще, я рассчитывал на Нарциссу, а теперь из-за ее нелепого каприза мы оба остаемся без партнеров на балу!
— А на младших курсах ты смотрел? — поинтересовался Гойл.
— Смотрел, — огрызнулся Малфой. — Шестой — кромешный ужас. Пятый… всех не видел, но из тех, кого успел разглядеть… О, Мерлин!
— Но, может, вы еще помиритесь? До бала больше недели, успеете, — примиряюще сказал Лестрейндж.
— Как же! Она упрямая, как… как все Блэк! А я первым прощения просить не стану, — нахмурился Люциус. Подумал и вдруг улыбнулся особенно мерзко. — А знаете… Сделаю вот что: перед завтраком пойду пройдусь по школе, староста я все-таки или нет? И на какую девицу наткнусь первой, ту и приглашу, если она согласится. Будете свидетелями?
— А если страшная окажется?
— Нарциссе же обиднее будет.
— Хм… Зришь в корень, Лестрейндж. Уточнение: девица должна быть старше третьего курса.
— Ну, тогда у тебя проблем не возникнет, — фыркнул тот, — за тобой любая вприпрыжку побежит…
…-А обязательно было начинать обход с самого верха? — проговорил запыхавшийся Гойл.
— Но приятнее ведь спускаться, чем подниматься? — легкомысленно ответил Малфой.
Ему хотелось приключения. Правда, «первая встречная» и впрямь могла оказаться некрасивой, но тут уж никуда не денешься, раз слово дал. И вообще, в его присутствии даже страшненькие девушки расцветали и делались как минимум приятными. Переживет. А Нарцисса пусть кусает локти!
— Чего мы в такую рань поперлись, все спят еще, — бухтел Крэбб.
— Именно! И меньше вероятность нарваться на что-нибудь жуткое, — поднял палец Малфой. — Тихо. Кто-нибудь, выгляните и посмотрите, кто там?
— Может, она уже занята, — оптимистично сказал Гойл.
— Как я выгляжу? — поинтересовался Люциус, поправив галстук и пригладив волосы.
— Как прожженный соблазнитель, — ответил ему Рабастан. — Иди уже! Будешь знать, как такие клятвы давать…
Он прошел по коридору, не прячась, не тая шагов: староста все-таки, имеет право находиться, где хочет!
Девушка в самом деле сидела на широком подоконнике, свесив одну ногу, а на согнутом колене другой пристроив толстую книгу. Света было вполне достаточно, чтобы разбирать текст.
— Что это вы здесь делаете, мисс? — спросил Малфой, тут же с досадой поняв, что начать разговор надо было как-то иначе.
— Читаю, — обернулась она. Он увидел галстук и мысленно застонал: гриффиндорка! — Я разве нарушила какое-то правило?
Ясно, увидела значок старосты и слизеринский галстук, вот и перепугалась.
— Нет, я просто шел с обходом и удивился, что могло провести вас сюда в такую рань, — постарался смягчить тон Малфой. Хм… Карие глаза, довольно длинные вьющиеся каштановые волосы, личико приятное, но красавицей не назовешь. Что ж, могло быть и хуже.
— Девочки в нашей спальне не любят, когда я рано встаю и отдергиваю шторы или Люмосом пользуюсь. Говорят, им даже через полог в глаза светит, — улыбнулась она. — Вот я и ухожу. Библиотека еще закрыта… Ничего, если я тут посижу?
— Сидите, конечно, это не запрещено, — пожал плечами Люциус. — Глаза только не испортите, темновато все же.
— А как ваше имя? — спохватился он.
— Кэтрин. Кэтрин Харрис. Гриффиндор, — добавила девушка. — Пятый курс.
— Люциус Малфой, Слизерин, — склонил тот голову.
— Я знаю, — улыбнулась она. — Кто же не знает старосту школы?
— Гм… — Разговор пошел как-то не так. — Мисс Харрис, скажите-ка, а вас уже пригласили на Святочный бал?
— Ну… Я вообще не собиралась туда идти, — удивленно ответила она. — И нет, мистер Малфой, меня никто не приглашал.
— Так это же замечательно! — невольно выпалил он. Лучше пусть будет эта тихоня, чем какая-нибудь… — Прошу прощения, я некорректно выразился. Не откажетесь ли вы, мисс Харрис, составить мне пару на балу?
— Я… — та замерла. — Погодите, а разве вы идете не с мисс Блэк?
— Мисс Блэк изволит гневаться, — резко ответил Люциус. — Поэтому я решил пойти и пригласить первую попавшуюся девушку. Ею по стечению обстоятельств оказались вы, мисс Харрис. Можете тоже разгневаться, я вас пойму.
«Ну вот зачем сказал правду, а? — спросил он сам себя. — Идиот! Сейчас получишь этой книжищей по физиономии… И, кстати, девушка будет совершенно права!»
— Нет, я не стану, — ответила она, подумав, — то есть гневаться не стану, зачем? Я никогда не бывала на балу, а это, знаете ли, очень обидно…
— Охотно верю, — включился Малфой. — Девушкам вообще вредно не бывать на балах. Гм, простите, мисс Харрис… а вы танцевать умеете?
— Вальс осилю, — честно ответила она, — а вот старинные танцы — вряд ли. Тут такому не учат, а больше и негде было обучиться…
— Ничего, это несложно, я вам покажу фигуры… в смысле, если вы действительно согласны пойти со мною.
— Согласна, конечно, — сказала девушка. — Только, мистер Малфой, я не очень представляю, как принято одеваться на такие праздники у волшебников. Я полукровка и выросла у магглов.
«Ну этого еще не хватало!» — мысленно простонал Люциус. Кажется, мироздание решило ему отомстить: гриффиндорка, полукровка, да еще и выросшая с магглами!
— Нарядное платье у вас найдется? — спросил он безнадежно.
— Нет, простите… Но, может, удастся заказать?
— Да все местные мастерские завалены заказами под завязку, — вздохнул Малфой. — Ладно, придумаем что-нибудь. Завтра суббота, мисс Харрис, так что не прогуляться ли нам в Хогсмид? Оттуда я могу аппарировать с вами в Лондон, вы ведь, наверно, не умеете еще…
— А нам за это не влетит? — весело спросила она, глядя снизу вверх.
— Мне — нет, — честно ответил он. — А вы… Если что, скажете, что я вас похитил.
— Мисс Харрис… Кэтрин… — Он поморщился, имя казалось слишком… простонародным, что ли? — Вы не возражаете, если я стану называть вас Катрин?
— Как угодно, только не Кэти, очень вас прошу!
— Меня так Хагрид зовет, — улыбнулась та. — Считает, что мне хорошо дается уход за магическими существами, а я так… просто животных люблю. Даже страшненьких. Но вы представьте, Хагрид этак ласково, на весь Запретный лес: «Кэ-э-эти. » От этого гиппогрифы, и те разлетаются…
Люциус представил и подавил смешок. Кажется, бал окажется не таким уж скучным!
Он осторожно взял девушку под локоть и увлек за собой, свободной рукой дав отмашку приятелям, мол, отстаньте!
— Катрин, а могу ли я поинтересоваться, по какой линии вы…
— По материнской, — предвосхитила она его вопрос.
— И какова же была девичья фамилия вашей матушки?
— Не знаю, — честно ответила Катрин.
— Видите ли, мистер Малфой…
— Видите ли, Люциус, мне не хотелось бы говорить об этом в коридоре.
— Хорошо, сейчас найдем свободный класс… — Он толкнул дверь первого попавшегося зала, пропустил девушку вперед, запечатал вход и наложил заглушающие чары. — Теперь все в порядке?
— Да, спасибо, — кивнула она и устроилась на краешке одной из древних парт. — Так вот… Я не знаю, как звали мою мать по-настоящему. Отец тоже не знает. Это очень странно, я думала, может, он просто забыл ее фамилию, но потом, когда немного поучилась здесь, решила, что ему память стерли. Скорее всего, это сама мама и сделала. Она умерла, когда мне было всего пять, я очень плохо ее помню. А папа сказал, что перед смертью она велела уничтожить все ее документы, письма, дневники, фотографии… Он так и сделал.
«Самокат» представляет книгу про беженцев
Издательство «Самокат» совместно с Агентством ООН по делам беженцев представляет книгу «Бежать нельзя остаться» — сборник графических историй о детях, вынужденных по разным трагическим причинам покинуть родные страны. Семь историй об учениках обычной российской школы — выходцев из Йемена, Афганистана, Южного Судана, ЦАР, Палестины, Сирии и ДРК — основаны на реальных событиях и рассказывают, какие сложности вынуждены преодолевать дети-беженцы и их семьи. Языковой барьер и культурные различия, отсутствие правового статуса и поддержки со стороны государства, бедность, социальная изоляция и буллинг — лишь часть проблем, с которыми сталкиваются вынужденные мигранты.
Графические истории, собранные писателем Алексеем Олейниковым и выполненные студентами Высшей школы экономики, дополнены мировой статистикой и краткими справками о странах исхода и причинах вынужденной миграции. В книге также есть памятка о том, как помочь оказавшимся в подобной ситуации людям.
Книга издана при поддержке Музея современного искусства «Гараж».
Презентация книги состоится 2 марта в 19:30 в Музее «Гараж». Регистрация по ссылке. В мероприятии примут участие автор Алексей Олейников, иллюстраторы книги, представители УВКБ ООН и Музея «Гараж», а также певица Манижа – посол доброй воли ООН.
Автор: Алексей Олейников
Художники: Анна Белышева, Роман Бурхович, Женя Ройзман, Анна Колмыкова, Катя Чумаченко
Научные редакторы: Олег Егоров, Александр Панов и Александра Цховребова.
«Истории героев «Бежать нельзя остаться» — это собирательные образы реальных детей-беженцев, с которыми мы столкнулись в контексте работы УВКБ ООН в России. За эти годы многие из них уже выросли, кто-то еще продолжает учиться в школе, кто-то получил уже российской гражданство или нашел иное долгосрочное решение своей ситуации, а для некоторых все еще актуальны вопросы получения убежища в России. Нам захотелось поделиться историями этих замечательных талантливых детей и рассказать об их жизни в школе и вне школы. А также расширить представление читателей об одном из ярких современных глобальных явлений — вынужденной миграции».
Ирина Щербакова, сотрудница правового отдела УВКБ ООН в России
«Нас в Самокате очень интересует тема миграции, и мы сразу же согласились сотрудничать с УВКБ ООН и совместно работать над этим проектом. Во-первых, проект родился из книги нашего издательства «Скажи мне, здравствуй!», что для нас очень ценно и важно. Во-вторых, нам хочется издать книгу о подростках и для подростков, чтобы люди, которые имеют какие-то предубеждения и стереотипы относительно вынужденных мигрантов, поняли, с чем ежедневно приходится сталкиваться беженцам. Этой книгой мы хотим порвать круг страха, в котором зачастую находятся люди».
Ирина Балахонова, главный редактор издательства «Самокат»
Бежать нельзя остаться книга
Как говорить с подростками об их ровесниках-беженцах из других стран? Как может помочь в этом излюбленная подростками форма комиксов? Об этом член подростковой редакции «Папмамбука» Анна Семерикова расспрашивает писателя и учителя Алексея Олейникова. Его новый комикс «Бежать нельзя остаться» вошел в топ-лист детских книг ярмарки интеллектуальной литературы Non/fiction 2021 года.
– Когда вы работали над текстом «Бежать нельзя остаться», вы наверняка думали о том, кто будет читательской аудиторией?
– Аудитория задумана достаточно широкая: подростки, учителя, родители, библиотекари. Но прежде всего, конечно, подростки. Причем не только столичные ‒ любые подростки. Мигранты есть везде, не только в Москве и Питере. В провинции эти сюжеты иногда переживаются острее, потому что в большом городе легче быть не таким, как все, легче раствориться в пестрой толпе. Если тебя где-то обидели, ты можешь найти другое место, где тебе будет комфортно. А в маленьком городке, где все всех знают и круг общения ограничен, так не всегда получится.
– Ваш новый комикс – это, скорее, художественная литература или острая социальная публицистика? И что это все-таки – комикс или графический роман?
– В каждой истории, рассказанной здесь, есть и художественное повествование, и публицистическая заостренность, и справочный комментарий о ситуации в стране, из которой прибыл герой рассказа. Получилась такая многослойная конструкция, публицистика с художественными вставками и картинками. Некоторые мои герои пишут рэп-тексты, что сразу «открывает» их для многих подростков, они ярче сопереживают. У меня была задумка – написать сборник историй ребят из разных стран, которые вполне могли бы встретиться в одной школе в спальном районе, на полторы тысячи человек, где они интегрированы в среду наших обычных детей. Поэтому они иногда пересекаются на картинках и в текстах. Но каждую историю рисовал отдельный художник, кто-то из студентов факультета дизайна Вышки. Мы специально не хотели, чтобы рисовал один человек, так получаются разные голоса и разные образы. Но это точно не графический роман, а именно текстовая книжка о жизни беженцев в форме комикса. Все смысловые слои собственно художественной истории прекрасно передаются с помощью графики комикса, а вся публицистическая нагрузка идет через текст, который я часто сочинял как раскадровку мультфильма, сразу давая героям реплики, их мысли, которые потом будут вписаны в баблы комикса (Бабл – «пузырек» с репликой героя, вписанный внутрь картинки. ‒ Прим. А. С.).
– Все истории ваших героев – с открытым финалом. Это так специально задумано, что мы не знаем, что с ними будет дальше?
– Так история и не заканчивается. Она еще продолжается. Никто не знает, что будет дальше. Многие годами живут в этой неопределенности. Мы создавали эту книгу по реальным воспоминаниям детей, предоставленным агентством ООН по делам беженцев, по фрагментам их интервью. И я решил, что будет неправильно, если я своей волей автора досочиняю хеппи-энд. Задача не в том, чтобы написать гламурную историю, а в том, чтобы вызвать у подростков сильный эмоциональный отклик на трудную реальность жизни, поделиться этими проблемами.
– У вас есть опыт личного общения с детьми-беженцами?
– С детьми из азиатских и африканских стран я знакомился по их интервью, но у меня есть личный опыт общения с маленькими киргизами и таджиками. Школа, в которой я преподаю литературу, лицей «Ковчег-XXI», несколько лет ведет проект «Перелетные дети» по обучению детей-мигрантов, я тоже преподавал в этом проекте. Я знаю, как ребята чувствуют себя в иноязычной, инокультурной среде, с какими психологическими проблемами сталкиваются. Это очень помогало мне в работе над текстом.
– Девочка Ясмин, одна из героинь книги, очень зависима от своего окружения, черный платок отделяет ее от русских девочек, с которыми она хотела бы дружить и играть в мяч на физкультуре, но отец не позволяет ей снимать платок, и она очень переживает. Ясмин пытается встроиться в новый мир, а платок ее маркирует как «другую» и отделяет от новых друзей. Здесь очевиден конфликт между традиционной исламской культурой родителей и культурой внешнего, принимающего мира. Надо сказать, что платки – это действительно проблема, причем с обеих сторон. У тебя сложности с новым языком, как следствие – проблемы вообще с обучением, да еще и вот это. А ведь бывает, что в школе платки строго-настрого запрещены администрацией. Но в данном случае я хотел показать внутренний конфликт этого ребенка.
– Как вы думаете, ваша книга поможет подросткам спокойнее относиться к детям-мигрантам, стать более открытыми в общении с ними?
– Сложно сказать. Я вообще не люблю сентенции типа «эта книга окажет несомненное влияние и перевернет традиционный взгляд. ». Это очень похоже на рекламный ролик. Если какой-то подросток, прочитав этот комикс, перестанет дразнить ровесника, непохожего на него, или хотя бы просто задумается, я считаю, книга «выстрелила», сработала. Но книжки – это не таблетка: принял, и проблема рассосалась. Они действуют гораздо более сложным образом. Это может быть, помощь какому-то конкретному читателю, ответы на его вопросы, или материал для разрешения конфликта в классе. А может быть, вообще ничего. Прочел и пошел дальше. Как царевич с луком: бац – и улетела стрела в болото. Или бац – и Царевна-лягушка. Мы сделали все, чтобы с этой книжкой можно было, в том числе, проводить уроки. Можно сделать проект по обществознанию, можно узнать, как стать волонтером в организациях, помогающих беженцам. Можно много всего устроить, было бы желание у учителя и его учеников.
Беседу вела Анна Семерикова
Фото Василисы Соловьевой
Анна Семерикова, обладатель диплома «Книжный эксперт XXI века», член подростковой редакции «Папмамбука», 15 лет, г. Москва.
Бежать нельзя остаться
Это фанфики. Не претендую, не имею, не привлекалась.
— И что теперь прикажете мне делать? — вопрошал Люциус Малфой у однокурсников. Он один занимал половину дивана в слизеринской гостиной по праву старосты, по праву наследника благородного рода… и просто благодаря своей вопиющей наглости.
— Пригласи кого-нибудь другого, — посоветовал Крэбб.
— Кого, дорогой мой?! — всплеснул руками Люциус. — Всех приличных девушек давно разобрали, а с теми, что остались без пары, я, уж прости, не покажусь на люди! И вообще, я рассчитывал на Нарциссу, а теперь из-за ее нелепого каприза мы оба остаемся без партнеров на балу!
Бежать нельзя остаться скачать fb2, epub бесплатно
В поединке рыцаря с драконом убит дракон – высшая справедливость восторжествовала. Хотя, конечно, зверя жалко, тем более молодого и неопытного. В ходе поединка погиб и сам рыцарь. Печально, но бывает – что называется, профессиональный риск. На месте поединка обнаружена дочь короля Никкея Третьего. Мертвая. В обнимку с мертвым… драконом! Что не лезет уже ни в какие ворота. Адепт судебной магии Флоссия Нарен в тупике. Что означает гибель принцессы Майрин: убийство или несчастный случай? Кому выгодно исчезновение основных улик? И как в этом замешана королевская гвардия? И кто и с какой вдруг стати организовал покушение на королевского расследователя.
Дело крайне сложное, но госпожа Нарен наверняка сумеет его распутать, даже с риском для жизни. На то она и судебный маг.
Высоко в горах застыл на перевале замок семьи Сайтор – от него остались одни развалины, но память камня хранит древнюю тайну. Спит в недрах скал таинственный страж, дожидаясь того, кто сможет позвать его и подчинить. Горы живут своей жизнью – странной и удивительной для человека равнин, но родной и привычной для тех, кто родился и вырос на перевале. Очень далеко оттуда, при дворе князя Даккора, воспитывается юная Альена – сирота, последняя из рода Сайтор. Но так ли искренна забота о ней владетельного опекуна? Добра ли он желает или строит на ее счет хитроумные планы? И зачем ему – и ему ли? – нужен загадочный страж перевала?
Ротт Дайсон – начальник оперативного отдела полиции.
Лэсси Кор – стажерка, единственная девушка среди опытных коллег.
Что же связывает их?
Конечно же, служба и расследование дела о таинственном маньяке-убийце, не оставляющем следов. Официально Лэсси в нем не участвует, но когда это останавливало решительных юных особ?
А еще имеется некая тайна… Правда, Лэсси об этом пока не знает, но когда узнает… кому-то несдобровать!
Этот мир до мелочей похож на наш, только магия в нем стала частью повседневной жизни, ей обучают в университетах, будто бухгалтерскому учету. Однако выпускнице факультета общей магии нечего рассчитывать на интересную работу по окончании вуза. Наина была близка к тому, чтобы оставить Государственный магический университет, однако решила из любопытства проверить, насколько правдивы разноречивые слухи о том, будто на таинственном шестом этаже альма-матер, запретном для простых смертных, занимаются серьезными исследованиями. Проникнув в закрытую секцию библиотеки, Наина даже не подозревала, во что ввязывается, с какими незаурядными людьми ей предстоит столкнуться и какую череду странных, а подчас и опасных событий вызовет ее опрометчивый поступок. Вот уж верно говорят: бойтесь своих желаний — они могут исполниться! Разгадывать некоторые загадки — опасно для жизни. А иные тайны могут открыть охоту на вас… Но разве не этого желала Наина, скучая на лекциях?
Это фанфики. Не претендую, не имею, не привлекалась.
Бежать нельзя остаться
— И что теперь прикажете мне делать? — вопрошал Люциус Малфой у однокурсников. Он один занимал половину дивана в слизеринской гостиной по праву старосты, по праву наследника благородного рода… и просто благодаря своей вопиющей наглости.
— Пригласи кого-нибудь другого, — посоветовал Крэбб.
— Кого, дорогой мой?! — всплеснул руками Люциус. — Всех приличных девушек давно разобрали, а с теми, что остались без пары, я, уж прости, не покажусь на люди! И вообще, я рассчитывал на Нарциссу, а теперь из-за ее нелепого каприза мы оба остаемся без партнеров на балу!
— А на младших курсах ты смотрел? — поинтересовался Гойл.
— Смотрел, — огрызнулся Малфой. — Шестой — кромешный ужас. Пятый… всех не видел, но из тех, кого успел разглядеть… О, Мерлин!
— Но, может, вы еще помиритесь? До бала больше недели, успеете, — примиряюще сказал Лестрейндж.
— Как же! Она упрямая, как… как все Блэк! А я первым прощения просить не стану, — нахмурился Люциус. Подумал и вдруг улыбнулся особенно мерзко. — А знаете… Сделаю вот что: перед завтраком пойду пройдусь по школе, староста я все-таки или нет? И на какую девицу наткнусь первой, ту и приглашу, если она согласится. Будете свидетелями?
— А если страшная окажется?
— Нарциссе же обиднее будет.
— Хм… Зришь в корень, Лестрейндж. Уточнение: девица должна быть старше третьего курса.
— Ну, тогда у тебя проблем не возникнет, — фыркнул тот, — за тобой любая вприпрыжку побежит…
…-А обязательно было начинать обход с самого верха? — проговорил запыхавшийся Гойл.
— Но приятнее ведь спускаться, чем подниматься? — легкомысленно ответил Малфой.
Ему хотелось приключения. Правда, «первая встречная» и впрямь могла оказаться некрасивой, но тут уж никуда не денешься, раз слово дал. И вообще, в его присутствии даже страшненькие девушки расцветали и делались как минимум приятными. Переживет. А Нарцисса пусть кусает локти!
— Чего мы в такую рань поперлись, все спят еще, — бухтел Крэбб.
— Именно! И меньше вероятность нарваться на что-нибудь жуткое, — поднял палец Малфой. — Тихо. Кто-нибудь, выгляните и посмотрите, кто там?
— Может, она уже занята, — оптимистично сказал Гойл.
— Как я выгляжу? — поинтересовался Люциус, поправив галстук и пригладив волосы.
— Как прожженный соблазнитель, — ответил ему Рабастан. — Иди уже! Будешь знать, как такие клятвы давать…
Он прошел по коридору, не прячась, не тая шагов: староста все-таки, имеет право находиться, где хочет!
Девушка в самом деле сидела на широком подоконнике, свесив одну ногу, а на согнутом колене другой пристроив толстую книгу. Света было вполне достаточно, чтобы разбирать текст.
— Что это вы здесь делаете, мисс? — спросил Малфой, тут же с досадой поняв, что начать разговор надо было как-то иначе.
— Читаю, — обернулась она. Он увидел галстук и мысленно застонал: гриффиндорка! — Я разве нарушила какое-то правило?
Ясно, увидела значок старосты и слизеринский галстук, вот и перепугалась.
— Нет, я просто шел с обходом и удивился, что могло провести вас сюда в такую рань, — постарался смягчить тон Малфой. Хм… Карие глаза, довольно длинные вьющиеся каштановые волосы, личико приятное, но красавицей не назовешь. Что ж, могло быть и хуже.
— Девочки в нашей спальне не любят, когда я рано встаю и отдергиваю шторы или Люмосом пользуюсь. Говорят, им даже через полог в глаза светит, — улыбнулась она. — Вот я и ухожу. Библиотека еще закрыта… Ничего, если я тут посижу?
— Сидите, конечно, это не запрещено, — пожал плечами Люциус. — Глаза только не испортите, темновато все же.
— А как ваше имя? — спохватился он.
— Кэтрин. Кэтрин Харрис. Гриффиндор, — добавила девушка. — Пятый курс.
— Люциус Малфой, Слизерин, — склонил тот голову.
— Я знаю, — улыбнулась она. — Кто же не знает старосту школы?
— Гм… — Разговор пошел как-то не так. — Мисс Харрис, скажите-ка, а вас уже пригласили на Святочный бал?
— Ну… Я вообще не собиралась туда идти, — удивленно ответила она. — И нет, мистер Малфой, меня никто не приглашал.
— Так это же замечательно! — невольно выпалил он. Лучше пусть будет эта тихоня, чем какая-нибудь… — Прошу прощения, я некорректно выразился. Не откажетесь ли вы, мисс Харрис, составить мне пару на балу?
— Я… — та замерла. — Погодите, а разве вы идете не с мисс Блэк?
— Мисс Блэк изволит гневаться, — резко ответил Люциус. — Поэтому я решил пойти и пригласить первую попавшуюся девушку. Ею по стечению обстоятельств оказались вы, мисс Харрис. Можете тоже разгневаться, я вас пойму.
«Ну вот зачем сказал правду, а? — спросил он сам себя. — Идиот! Сейчас получишь этой книжищей по физиономии… И, кстати, девушка будет совершенно права!»
— Нет, я не стану, — ответила она, подумав, — то есть гневаться не стану, зачем? Я никогда не бывала на балу, а это, знаете ли, очень обидно…
— Охотно верю, — включился Малфой. — Девушкам вообще вредно не бывать на балах. Гм, простите, мисс Харрис… а вы танцевать умеете?
— Вальс осилю, — честно ответила она, — а вот старинные танцы — вряд ли. Тут такому не учат, а больше и негде было обучиться…
— Ничего, это несложно, я вам покажу фигуры… в смысле, если вы действительно согласны пойти со мною.
— Согласна, конечно, — сказала девушка. — Только, мистер Малфой, я не очень представляю, как принято одеваться на такие праздники у волшебников. Я полукровка и выросла у магглов.
«Ну этого еще не хватало!» — мысленно простонал Люциус. Кажется, мироздание решило ему отомстить: гриффиндорка, полукровка, да еще и выросшая с магглами!
— Нарядное платье у вас найдется? — спросил он безнадежно.
— Нет, простите… Но, может, удастся заказать?
— Да все местные мастерские завалены заказами под завязку, — вздохнул Малфой. — Ладно, придумаем что-нибудь. Завтра суббота, мисс Харрис, так что не прогуляться ли нам в Хогсмид? Оттуда я могу аппарировать с вами в Лондон, вы ведь, наверно, не умеете еще…
— А нам за это не влетит? — весело спросила она, глядя снизу вверх.
— Мне — нет, — честно ответил он. — А вы… Если что, скажете, что я вас похитил.
— Мисс Харрис… Кэтрин… — Он поморщился, имя казалось слишком… простонародным, что ли? — Вы не возражаете, если я стану называть вас Катрин?
