Гродненская университетская клиника
Учреждение здравоохранения
Нужно ли пить антибиотики при ковиде? И чем это опасно? Разбираемся вместе со специалистами.
Почему при коронавирусе не надо антибиотики
Пациенту с коронавирусной или какой-то другой вирусной инфекции антибиотики нужны только тогда, когда на фоне этого заболевания развивается еще и бактериальная инфекция.
Как правило, в течение первых нескольких дней заболевания потребности в антибиотиках не будет. Для ковида присоединение бактериальной инфекции не характерно. Во многих международных рекомендациях, а также в последних рекомендациях Минздрава РБ четко прописано, что прежде чем назначать антибиотики, необходимо подтвердить наличие бактериальной инфекции. Применение антибиотиков с первых дней заболевания не подкреплено ни логикой, ни рекомендациями. Это не сработает, а может принести только вред, ухудшающий течение болезни.
Следует подчеркнуть, что даже если диагностирована пневмония по МСКТ легких, то она имеет совсем другой характер воспаления, чем при бактериальном поражении легких, и лечится не антибиотиками.
Чем опасен прием антибиотиков, помимо побочных эффектов?
Антибиотики часто влияют на функцию печени, работу сердца, некоторые из них могут угнетать иммунную систему, уменьшая количество лейкоцитов (клеток крови, ответственных за иммунитет) и количество полезных бактерий в кишечнике, также ответственных за иммунитет.
Как определить, что к ковиду добавилась бактериальная инфекция?
Очень важно осмотр врача! Чтобы он собрал анамнез: если имеются какие-то хронические заболевания, связанные с гнойной инфекцией, например, хронический бронхит, тонзиллит, бронхиальная астма, синусит, гайморит, то пациенту могут быть и нужны антибиотики, но тоже не всегда.
Немаловажным является сдача анализов. Расшифровывая формулу общего анализа крови, можно сориентироваться, какая у пациента инфекция — вирусная или бактериальная. На сегодняшний день появились еще более современные биохимические параметры, которые позволяют определить, есть ли бактериальная инфекция или нет.
Чтобы сделать правильный выбор в тактике лечения и выборе антибиотика, необходим комплексный подход, который сможет осуществить только врач! Не занимайтесь самолечением!
Ибупрофен, кортизон или парацетамол? Что поможет в борьбе с коронавирусом
В министерстве здравоохранения Франции заявили, что при заражении коронавирусом категорически запрещено употреблять ряд противовоспалительных препаратов, так как они могут только ухудшить состояние больного. Разбираемся с российскими специалистами, действительно ли такие лекарства способны вызвать осложнения и в каких случаях необходимо принимать парацетамол.
Министр здравоохранения Франции Оливье Веран сообщил на своей странице в Twitter, что прием ряда противовоспалительных средств вроде ибупрофена или кортизона может стать фактором, обостряющим инфекцию. «Если у вас жар, принимайте парацетамол», – посоветовал он.
Однако некоторые российские специалисты не разделяют такое мнение. В частности, клинический вирусолог Георгий Викулов в диалоге с Москвой 24 рассказал, что на сегодняшний день нет исследований, подтверждающих это. «Ибупрофен и парацетамол относятся к нестероидным противовоспалительным препаратам. Они разрешены в определенных дозировках как жаропонижающие средства, рекомендованы ВОЗ, ведущими профильными организациями как за рубежом, так и в России», – пояснил специалист. В отношении COVID-19 нет исследований, результаты которых говорили бы о том, что нельзя применять ибупрофен и парацетамол.
По мнению специалиста, любые гормональные средства опасны при любых вирусных инфекциях. И COVID-19 не является исключением.
Когда и как можно принимать парацетамол?
Сегодня люди часто злоупотребляет жаропонижающими и противовоспалительными средствами, потому что подобные лекарства активно рекламируются, полагают специалисты. При этом решение о применении таких препаратов и об их дозировке должен принимать лечащий врач, подчеркнул клинический вирусолог Георгий Викулов.
Парацетамол можно применять только по назначению врача. Если есть показания к применению, он порекомендует нестероидные противовоспалительные препараты с жаропонижающим или противовоспалительным действием – в зависимости от того, что требуется.
Профессор кафедры госпитальной терапии Первого Московского государственного медицинского университета имени И. М. Сеченова Сергей Яковлев рассказал, что антибиотики используются как средство борьбы с бактериальной пневмонией. Но если пневмония вызвана вирусами, в том числе коронавирусом, то антибиотики здесь бесполезны. Антибиотики не действуют на вирус. И в качестве профилактики данного коронавируса не надо принимать никакие лекарства, они бессмысленны.
Помимо этого, Яковлев напомнил, что любое лекарство может иметь побочный эффект. Начиная с аллергических реакций и заканчивая поражениями печени, почек и других органов. Поэтому не следует злоупотреблять самолечением. Главное – помнить о гигиене рук и соблюдать рекомендации Минздрава и Роспотребнадзора по профилактике коронавируса.
Вирусолог Георгий Викулов также добавил, что антибиотики должны назначаться только медиками после обследования и консультации. «Продажа антибиотиков в аптеке без назначения врача является нарушением федеральной программы противодействия распространению антибиотикорезистентности в РФ до 2030 года», – подчеркнул специалист. Тем более если употреблять антибиотики по поводу и без, то в момент, когда такое лекарство действительно понадобится, оно просто не будет работать.
Профессор кафедры госпитальной терапии Первого Московского государственного медицинского университета имени И. М. Сеченова Сергей Яковлев пояснил, что при ярко выраженной лихорадке (температура более 39 градусов) необходимо снижать температуру, особенно у детей. «Парацетамол в этом плане наиболее нейтральный, безопасный, поэтому он будет оптимален», – считает Яковлев. Однако он также подчеркнул, что назначать лекарство должен врач.
Врач рассказал, как защититься от бактериальной пневмонии при коронавирусе
Разбираемся, что реально помогает и нужно ли при Covid-19 сразу пить антибиотики
Считается, что главная угроза при коронавирусе это поражение легких. Каким образом происходит ковидное поражение, в какой момент процесс осложняется бактериальной пневмонией? Как отличить одно от другого, есть ли способ защитить себя заранее и не допустить перехода COVID-19 в пневмонию, kp.ru рассказал кандидат медицинских наук, врач-пульмонолог Сеченовского университета Владимир Бекетов.
Первое, что важно уяснить, говорит эксперт, это то, что новая коронавирусная инфекция – это инфекция вирусная и входит в группу острых респираторных вирусных инфекций. Особняком в этой группе стоит только грипп. А значит, что для COVID-19, как и для всех респираторных вирусных инфекций, поражающих верхние дыхательные пути и легкие, характерен следующий феномен. Иммунная защита в легких ослабевает. Поэтому становится возможным присоединение вторичной бактериальной супер-инфекции примерно на 5 – 9 день течения любого острого респираторного вирусного заболевания.
РИСКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ПНЕВМОНИИ
Риск присоединения бактериальной инфекции при заболевании COVID-19 увеличивается, если пациент попадает в стационар и при этом имеет хроническую патологию верхних и нижних дыхательных путей (например, ХОБЛ – хроническая обструктивная болезнь легких) или сердечную недостаточность.
КАК РАЗВИВАЕТСЯ ПНЕВМОНИЯ
В условиях, сниженной дыхательной и двигательной активности, когда слизь по бронхам движется меньше, на фоне интоксикации организма и снижения иммунитета, бактерии из носоглотки спускаются в нижние отделы дыхательного тракта и могут начать там размножаться.
Таким образом, может быть вызван сначала бактериальный бронхит, потом и бронхопневмония с переходом в пневмонию. Развитию бактериальной пневмонии может способствовать и длительное нахождение пациента на аппарате ИВЛ. Не смотря на соблюдение всех строжайших мер обеззараживания аппараты ИВЛ являются факторами риска возникновения вентилятор-ассоциированных пневмоний.
ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛИ ПНЕВМОНИЯ ИДЕТ СЛЕДОМ ЗА COVID-19
По словам эксперта, на сегодняшний день ряд авторитетных медицинских ассоциаций выпустили меморандумы и открытые письма с призывами к коллегам уменьшить применение антибиотиков в ходе лечения COVID-19, потому что антибиотики не дают пользы, но приносят в данном случае вред, вплоть до токсического поражения печени и развития антибиотико-ассоциированной диареи.
Сам феномен вторичной бактериальной пневмонии при коронавирусе переоценен, продолжает эксперт. Подобные процессы развиваются в основном у пациентов с сердечной недостаточностью, а для них действуют меры повышенной предосторожности, ограничения в передвижении, рекомендации по самоизоляции и лечению на дому.
ВАЖНО!
Как обезопасить себя от пневмонии?
1. Вакцинироваться от пневмококка
Самая частая причина внебольничной пневмонии – это пневмококковая инфекция. Вакцинация от пневмококка дает иммунитет на 5 – 10 лет, если вы провакцинировались 13-валентной вакциной, то она гарантирует пожизненный иммунитет. Стафилококк, стрептококк и гемофильная палочка – эти бактерии чаще всего являются причинами вторичных бактериальных пневмоний.
2. Увлажнять воздух
Увлажнение воздуха в помещении достоверно снижает риски возникновения в бронхах слизистых гнойных пробок, которые ведут к закупориванию бронхов, к образованию в бронхах сухой мокроты и развитию там инфекции. Поэтому, если влажность воздуха будет выше 40%, то есть шансы на то, что бактериальная пневмония развиваться не будет. Важно понимать, что бытовые увлажнители воздуха нужно вовремя чистить.
Как избежать тромбозов, вернуть в кровь кислород и каких правил еще придерживаться при реабилитации после ковида?
Синдромы проиграют системе
Одно из самых распространенных последствий коронавируса — тромбозы, которые встречаются в 20—30 процентах случаев, а также могут привести к инсультам и инфарктам даже в течение месяца после выздоровления. Чтобы этого избежать, пациентам назначают разжижающие кровь препараты. Переболевшему рекомендуется сдать анализы, оценивающие свертываемость крови. В некоторых случаях их необходимо сдать повторно через две недели.
— Кардиологи советуют принимать разжижающие кровь медикаменты каждому человеку после 40 лет для профилактики инсультов и инфарктов, независимо от того, переболел он коронавирусной инфекцией или нет. Речь о кардиомагниле, аспикарде и других лекарствах подобного спектра действия, — конкретизирует Олег Шатило. — Пожалуй, один из главных показателей, по которым мы определяем интенсивность необходимой реабилитации, это сатурация — насыщенность крови кислородом. Измеряем ее в острый период инфекции, также на 15-й, 20-й день… Причем у каждого пациента уровень сатурации, согласно возрасту и наличию хронических заболеваний, будет разным. Одни из лучших ее показателей — 98—99 процентов. Пульсоксиметр всегда прыгает, но все, что выше 95, считается нормой.
Отчего норма кислорода в крови бывает низкой? Это могут спровоцировать разные причины, к примеру, заболевания крови или дыхательной системы. Последнее как раз характерно при коронавирусе. После пневмонии нередко возникает фиброз легких, когда из-за болезни «дышащая» легочная ткань заменяется соединительной, рубцовой. Простыми словами, речь словно о закрытой форточке, когда свежий воздух не проходит в организм через плотно закрытые окна. К слову, понятие фиброза появилось давным-давно, а сейчас более широкое распространение получило лишь из-за массовой коронавирусной инфекции. Все же, если такая рубцовая ткань образовалась, нужно спасаться дыхательными упражнениями, которые улучшат функцию легких, увеличат их жизненную емкость, помогут выходу отделяемого из альвеол легких и дыхательных путей. Доктор отмечает, что делать упражнения можно и во время болезни, но аккуратно. Все должно быть направлено на глубокое дыхание и, по возможности, диафрагмой (так называемое дыхание животом). Старайтесь заполнять воздухом грудную клетку.
— Помогают восстановиться витамины D и С, которые, собственно, назначаются и во время заболевания. Но лучше всего воспользоваться витаминными комплексами. Благо в цивилизованном обществе все предусмотрено: можно подобрать препараты конкретно по возрасту, полу и другим параметрам. Обязательно перед применением советую ознакомиться с инструкцией. К примеру, если в ней указано о содержании в препарате определенного полезного вещества, не стоит его употреблять дополнительно. Витамины во многом способны поддержать организм. И надо об этом помнить, а также о том, что специфического лечения от гриппа и коронавируса нет. Значит, спасаемся полезными микроэлементами. Но прежде на эту тему желательно проконсультироваться с врачом, потому что только он сможет индивидуально подобрать комплекс, — советует Олег Шатило.
Многие пациенты, которые перенесли пневмонию, интересуются, когда можно вернуться к обычной физической активности? Если прежние нагрузки и тренировки начать сразу, то эффект выздоровления может быть обратным. Организм перенес стресс и не готов в одну секунду схватиться за все, что выполнял раньше. Поэтому доктор советует в плане физических нагрузок идти от простого к сложному. Наиболее безопасна для всех возрастов ходьба, прогулки на свежем воздухе, которые повышают жизненный тонус, уменьшают слабость, одышку, нормализуют ночной сон. Время и расстояние нужно дозировать в зависимости от самочувствия, начиная с малого. К примеру, пациенты, находящиеся на реабилитации в специализированной больнице, приступают к прогулкам с первого дня, сначала по 500—700 метров, постепенно увеличивая расстояние до 1,5—2 километра. Изначально темп ходьбы примерно 60 шагов в минуту, при необходимости с остановками.
Астенический синдром — еще одно не самое приятное последствие, при котором человек, хотя и выздоровел, излишне переутомляется, работоспособность снижается, организм истощается, и вести полноценный образ жизни становится невозможно. В этом случае опять же спасение в простом: соблюдение режима сна и отдыха, физические упражнения, сбалансированное питание, витаминотерапия и, конечно же, назначение ноотропных препаратов.
Вопрос в тему — Почему назначают такой дорогой препарат «Ксарелто»?
— Сегодня медикам приходится сталкиваться с тяжелыми случаями COVID-19 у беременных. Это особенность вируса «Дельта». В самом начале такого не было. Сама проблема заболевания беременных — всегда серьезная. Она и физически очень тяжела для женщины. Она тяжела для близких, медперсонала. Вот отсюда исходит факт, что беременных необходимо вакцинировать. И количество тяжелых таких пациенток выросло, в том числе в европейских странах.
«Пожалуйста, не пейте антибиотики и гормоны, которые вам выписали ваши друзья!»
В Москве сделать бесплатный экспресс-тест на COVID-19 можно в 50 точках
Экспресс-тестирование на COVID-19 в МФЦ и торговых центрах прошли уже 13 тысяч человек
В Москве теперь можно сдать бесплатный экспресс-тест на COVID-19 в 10 МФЦ и 10 общественных местах
Вокруг COVID-19 и вызываемых им осложнений появилось немало мифов. Низкая информированность людей и недоверие к медицине создали благоприятную среду для бума самолечения. По соцсетям гуляют списки препаратов, не имеющих никакого отношения к настоящему лечению, а люди назначают себе препараты, которые могут привести к драматическому ухудшению их состояния. В интервью «Новой газете» главный врач ГКБ № 23 им. Давыдовского профессор Елена Васильева рассказала о том, какие опасности таит самолечение от коронавируса и что делать не стоит ни в коем случае.
Влад Докшин, Екатерина Ганичева, Глеб Шульц / «Новая газета»
— Давайте поговорим про лечение коронавируса. Кому это лечение действительно необходимо?
— Надо понимать, что примерно 80–85 процентов людей, болеющих ковидом, или самостоятельно выздоравливают, или у них он протекает в относительно легкой форме. Это и очень хорошо, и в то же время большая проблема, потому что люди заразны в этот период. Они не знают, что больны, распространяют вирус, и в этом состоит коварство новой пандемии. Почему огромный процент заболевших выздоравливает самостоятельно? Потому что у нас есть собственная иммунная система. Сначала идет неспецифический иммунный ответ, потом вырабатывается специфический иммунный ответ на данный конкретный вирус, вырабатываются антитела, клетки начинают атаковать другие клетки, зараженные коронавирусом. Надо ли что-то делать в этот период с человеком?
Если он бессимптомно болеет, если у него нет тяжелых сопутствующих заболеваний, его надо оставить в покое. Не нужны антибиотики, не нужны гормоны, не нужен длинный перечень препаратов, который можно перечислять бесконечно. Как у нас сейчас бывает, когда человек заболевает: приходит сначала врач из поликлиники и рекомендует какие-то препараты. Потом пациент спрашивает своих знакомых — одного, другого, третьего. Те присылают списки рекомендованных соседями, друзьями, еще кем-то. Я нередко вижу списки из 20–25 препаратов, которые люди принимают.
Что касается так называемых противовирусных препаратов «ремдесивир» и «фавипиравир», по ним доказательства [эффективности] или не очень весомые, или их вообще нет.
Нет ни одного достоверно доказанного лекарства, которое позволило бы избежать тяжелого течения ковида.
— Когда мы говорим о каких-то препаратах, мне страшно, потому что мы с вами скажем об этом и люди, как мы видели, просто побегут и начнут сметать это с аптечных полок.
— Нет, ни в коем случае нельзя без назначения врача ничего давать. Человек может не знать, например, что ему противопоказаны противосвертывающие препараты. Не бывает лекарств без побочных действий. Если вам говорят, что лекарство без побочных действий, это жульничество. Если лекарство действует, оно действует всегда в обе стороны, оно пользу может приносить и вред. Поэтому надо обязательно по серьезным препаратам всегда советоваться с врачом.
— Давайте еще раз. Если положительный тест на коронавирус, у вас ковид — вы лежите дома. И если нет каких-то серьезных симптомов, то это все как обычная простуда.
— Не просто «лежите дома». Во-первых, не надо лежать, а надо все-таки похаживать по квартире, это профилактика тромбов.
Во-вторых, если поднимается температура и держится несколько дней или она выше 38,5–39 ˚С, конечно, надо посоветоваться с врачом. Если она держится уже достаточно долго или если появляются любые симптомы одышки, необходимо проверить насыщение кислородом. Сейчас есть такая возможность, я знаю, что в Москве дают пульсоксиметры бесплатно. И если пульсоксиметрия ниже 93, например, уже нужно беспокоиться. Если сопровождается одышкой — вызывать врача или скорую.
— А если у человека есть хронические заболевания — диабет, сердечно-сосудистые, — ему что же, сразу надо вещи в больницу собирать или тоже пока не нервничать?
— Во-первых, чем сложнее и тяжелее, тем меньше надо нервничать. Эта паника, она есть, к сожалению, и у многих врачей. Понятно почему: врачи подвержены риску, но паника мешает, паника врачей, паника пациентов мешает реально лечить. Вот чем я занимаюсь несколько часов в день — я занимаюсь психотерапией, веду очень много больных амбулаторно, и моя психотерапия сводится к тому, о чем я только что говорила. Пожалуйста, не надо пить антибиотики, не надо пить гормоны и препараты по длинному списку, присланному друзьями. Все это надо делать только по показаниям. В частности гормоны, когда они даются людям без показаний, то есть пациент не тяжелый, ухудшают прогноз. Они показаны, когда состояние утяжеляется, когда человек зависит от кислорода. А всем остальным их принимать не просто не нужно, а совсем нельзя.
— Вообще паника у людей возникла, когда начали говорить и писать, что у врачей нет единого протокола лечения ковида. Это правда, его нет?
— Это и так, и не так. Когда ковид начался, это была новая болезнь, не знали, как лечить, и вполне оправданно было пробовать разное. Не знали, как течет ковид, не знали многих симптомов, узнавали уже по ходу дела и гораздо позже, через месяц, два, три, четыре. Все новые и новые проявления этого вируса мы видим и сейчас, а тогда стихийно пробовали разные лекарства. Но на сегодняшний день картина совершенно другая.
Сейчас мы знаем, что у 10–15 процентов больных система начинает как бы буксовать, она дает не просто сбой, она начинает из-за этого сбоя гиперактивизироваться.
— То есть атакует?
— Да. Представьте себе, что машина завязла на льду или в глубоком снегу, она начинает шуметь, буксовать. Ты давишь на газ, и она начинает буксовать еще больше. Когда это происходит с организмом, выбрасываются цитокины. Вообще, это полезные для нас вещества: когда они не в больших количествах, они тоже активируют иммунную систему. Но когда их очень много, как бывает при ковиде, так называемый цитокиновый шторм, они могут повреждать ткани. Повреждение ткани приводит к выбросу еще большего количества веществ, которые стимулируют свертывание, начинается гиперкоагуляция; и, собственно, все это многообразие симптомов, которое мы видим, — это и есть проявление вот этих различных цитокинов. Реже это прямое действие вируса. И если это понимаешь, то понятен и протокол, и как лечить, а самое главное, что это уже сейчас подтверждается рандомизированными исследованиями. Вот когда только начинали, был момент абсолютно бездоказательной медицины.
— То есть несколько месяцев 2020 года?
— Да, мы вернулись в историю на 20–30 лет назад, когда не было доказательной медицины. И возвращаясь к протоколу лечения: сейчас в больницу попадают люди, у которых уже развернутая стадия, мы не кладем больных, как было раньше, у которых просто сам факт ковида или положительный тест. На сегодняшний день из препаратов у нас остается «Дексаметазон», данный вовремя, у нас остаются антицитокиновые препараты, и у нас остаются антикоагулянты, которые должны правильно даваться, в правильных дозах, это очень важно. Сейчас мы уже научились многим приемам, как правильно положить пациента, как правильно дать ему кислород, и мы гораздо меньший процент больных берем на ИВЛ и на ЭКМО. Когда к нам попадает пациент, который нуждается в кислороде, первое, что мы делаем, — помещаем его в прон-позицию и даем кислород. В разных видах — это зависит от тяжести состояния.
И практически всем мы даем антикоагулянты, от тромбов.
А дальше мы обязательно берем анализы и смотрим, развился цитокиновый шторм или еще не развился, пора уже его подавлять или не пора. Когда идет кислородная недостаточность и это подтверждается лабораторными анализами, тогда это как раз время, чтобы вводить те или иные или гормоны или антицитокиновые препараты. Одновременно мы обязательно смотрим, нет ли признаков бактериальной инфекции, если их нет, антибиотики тогда не даются. Также мы применяем и свежезамороженную плазму с высоким титром антител к коронавирусу, пока у человека нет еще собственных антител.
— Вы много всего перечислили, но не сказали про КТ, а это самая популярная в народе процедура сейчас.
— КТ нужно делать, только если это необходимо врачу для диагностики.
Мне сейчас обрывают телефон: «А можно у вас сделать КТ?» Никого не беру, как правило!
Собственно, это одна из моих задач в интервью — я очень хочу постараться хоть немножко снять панику. Да, это серьезная инфекция, но паника только помешает. Я уже говорила, это общее правило: чем сильнее вопрос, тем нужно быть спокойнее и сдержаннее и трезво принимать решения.
— То есть, когда весной всех подряд с положительным тестом отправляли на КТ, это просто потому, что не понимали, как с этим работать?
— Знаете, тогда в этом был определенный смысл. Тогда было до 30 процентов ложноотрицательных тестов, а КТ оказалось чувствительнее. И вот это очень сильно сдвинуло понимание в диагностике, и на том этапе это было очень правильно. Сейчас лучше стали тесты, сейчас мы лучше понимаем болезнь, и даже далеко не всегда КТ влияет на наши действия. Потому что бывают люди, у которых есть процесс по поражению легких, но при этом нормальная пульсоксиметрия. А у кого-то, наоборот, процент поражения небольшой, но у него есть фоновое заболевание легких, ему достаточно бывает 20 процентов, поэтому гораздо важнее общее состояние больного, пульсоксиметрия, чем просто цифры КТ.
— Давайте поговорим про антибиотики, которые исчезли из аптек.
— Эта та же тема паники. Слава богу, что их нет, потому что не нужно заниматься самолечением, особенно при коронавирусе.
— Я спрашиваю сейчас не столько про коронавирус, сколько вообще.
— И вообще не надо. Где в мире вы можете купить антибиотик без рецепта? Где?
— А у нас можно купить без рецепта?
— Да! У нас идут и сметают, потому что продается без рецепта. Нигде в Европе, в Америке вы не купите без рецепта антибиотик. Мои друзья, живущие за границей, здесь покупают рецепт и везут к себе.
— Но это как-то помогает, раз они тоже так делают?
— Это неправильно. Массовое бесконтрольное применение антибиотиков — огромная проблема. Развивается резистентность. Но в коронавирусе проблема другая, антибиотики просто почти никому не нужны. Понимаете? Их просто не надо принимать при ковиде дома. Их дают только в больнице и только в определенных ситуациях.
— Пандемия принесла нам хоть что-то хорошее?
— Хорошее в том, что на врачей обратили внимание. Вообще-то, мы и раньше работали, и нам всем могут ночью позвонить — и не обязательно с ковидом: и с инфарктом, с инсультом, — и раньше этого никто не замечал. Очень важно, чтобы с пандемией не кончилось это нормальное отношение к врачам. А то ведь Следственный комитет как активизировался до этого. Врачебные дела пошли, и я очень надеюсь, что это закончится — дела из-за врачебных ошибок. Любой врач, принимающий то или иное решение, не всегда на 100 процентов прав, все-таки болезнь — это всегда какой-то выбор, и ты должен понимать, что при таком анализе [может быть] так, а при таком — иначе. Наша работа сопряжена с определенными рисками, с определенными трудностями, бессонницей, постоянным напряжением, это и было и есть, сейчас это больше, конечно, чем было раньше.
А из грустного — это уровень недоверия к врачам и к вакцинам сейчас. Это чрезвычайно удручает.
Например, вакцина Гамалеи сделана профессиональными людьми, я их знаю много лет, и это серьезные ученые. Да, третья фаза еще не закончена, но она закончится и покажет клиническую эффективность вакцины; безопасность же была исследована еще в первой фазе.
— То есть вакцина — это хорошо и нам нужно прививаться?
— Я сама вакцинировалась «Спутником» и всю свою семью привила. Меня вакцина один раз уже защитила. Так получилось, я была в очень тесном контакте с человеком, который заболел, и были уже все проявления. То есть очень большая концентрация вируса была.
— Получается, только массовое вакцинирование дает коллективный иммунитет, а естественным путем он не нарабатывается?
— Пока нет. В Москве уже много переболело, но пока недостаточно, чтобы дать реальный иммунитет.
— Сейчас людям страшно лишний раз в больнице появиться, даже если у них есть серьезные заболевания. К чему это приводит?
— Большая беда, когда у пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями появляется затяжной приступ, который может говорить об инфаркте: рука не двигается или нога, — и если подозрение на инсульт, они терпят и не едут в больницу, потому что боятся коронавируса. Но в такой ситуации надо немедленно ехать, просто немедленно.
— Не боясь заразиться коронавирусом?
— Да, потому что медицина — это статистика. Смертность естественная от инфаркта, если его не лечить, — 30–33 процента. Это выше, чем потенциальный риск умереть от ковида, на порядок выше. Поэтому, если подозрение на серьезное заболевание, немедленно надо ехать.
— Вы так говорите, будто у вас есть данные и цифры, что люди в таком серьезном состоянии не едут в больницу.
— Да, это так, и это безумно меня огорчает. К нам приезжают люди на второй, третий день от начала инфаркта, когда совсем плохо, когда сердце уже начинает рваться. Мы стали видеть разрывы — это то, чего мы вообще не видели последние годы. У нас прекрасно — правда — работающая система помощи больным с инфарктом, я даже сама была удивлена результатами. Оказалось, что время доезда скорой помощи до человека с болями в груди как было десять минут, так и осталось, несмотря на всю загруженность скорой на ковиде. Обращайте внимание, если это острая ситуация. Не ждите, звоните в скорую. И наоборот, совершенно не нужно вдруг идти сейчас к врачам проверяться, как у нас любят. Сидели себе дома [безо всяких жалоб] и тут решили провериться. Подождите, пожалуйста, пару месяцев и проверитесь, когда, я надеюсь, будет поспокойней.
