Интервью с ветераном труда, тружеником тыла
Интервью с ветераном труда, тружеником тыла
Вот уже прошло более полувека со дня великой победы 1945 года. События тех времен уходят в прошлое, но память о них останется навсегда. Мало осталось в живых очевидцев, и еще меньше участников Великой Отечественной Войны. Мы взяли интервью о том времени у ветерана труда и труженика тыла.
— Здравствуйте, скажите нам, как вас зовут и где вы родились?
— Меня зовут Большакова Анна Ивановна, я родилась 12 декабря 1928 года в селе Мертвецовка, а ныне это колхоз Трудовое.
— Где настигла вас информация о войне, и как местные жители восприняли известие о войне?
— Мне шел тогда тринадцатый год, моя семья к тому времени уже жила в Соль-Илецке. Я была одна дома, занималась домашним хозяйством, родители работали. В первый день в газете ничего о войне не было сказано, а когда по радио передали известие о войне, люди кто был дома выходили на улицу и спрашивали друг друга правда ли,что началась война? Это известие стало неожиданностью для всех, здесь, вдали от фронта, трудно было поверить, что мирная жизнь закончилась. И когда родители пришли с работы, отчим сказал, что началась мобилизация.
— Расскажите нам про первые месяцы войны.
— В первые месяцы войны жизнь резко поменялась. Во-первых, на фронт забрали практически всех мужчин. Ушли все мои дядья и крестный. Остались женщины, старики и дети. Мой отчим не пошел на войну, он работал на железной дороге, и его работа была важна здесь в тылу, но таких мужчин было мало. Мужскую работу стали выполнять женщины и дети.
Первого сентября я должна была пойти в новое, только что выстроенное здание школы №1, но туда поселили эвакуированных людей, а потом там открыли госпиталь. А учеников вместо школы отправили работать в колхоз на поля. Так в сорок первом году в колхозе я заработала два пуда пшеницы – это 32 кг, и об этом еще напечатали в местной газете.
— Чем вы занимались во время войны?
— Училась во время войны я мало. В основном работала в колхозе на полях, ведь фронту нужны были продукты. Зимой занимались искусственным задержанием снега на полях для увеличения запасов влаги в почве и для утепления зимующих растений, расчищали снег на аэродроме. Вязали теплые носки и варежки и отправляли их на фронт бойцам, вместе с благодарственными письмами от школы.
— Что было важно для каждого из вас во время войны?
— Важна была вера в то, что война скоро закончится, и вернутся родные и все встанет на свои места. Важно было то, что продуктов будет много, и не надо будет голодать. Я мечтала об этом, когда ела выдаваемый в школе маленький кусочек черного кислого хлеба, и он тогда мне казался самым вкусным на свете.
— Были ли радостные минуты во время войны?
— Люди во время войны не веселились, было не до веселья. Хотя радостные события были – это и успехи нашей армии на фронте, и когда кто-нибудь возвращался домой живым. Тогда все собирались вместе, расспрашивали его, радовались, пели песни, рассказывали смешные стишки и придумывали частушки про фашистов. Были, конечно, и праздники – 17 ноября, новый год, но большого веселья во время войны не было.
Большая радость была, когда объявили, что война закончилась и фашистская армия разгромлена. В этот день, я помню, как раз прошел сильный дождь, и везде стояли большие лужи. Люди шли по улице, радовались и смеялись,никто не обращал внимания на лужи. Все обнимались и поздравляли друг друга – вот это был настоящий праздник.
— Чем вы занимались после войны и с какими трудностями столкнулись в послевоенное время?
— После войны я продолжала работать в банке. Моя семья держала хозяйство, и мы сдавали государству молоко и яйца. Стали возвращаться мужчины с войны, но их было так мало, что женщины и подростки продолжали работать вместо мужчин. Еще первые послевоенные годы были неурожайными, в стране не хватало хлеба и других продуктов. Но мы это пережили, наладили быт. Жизнь встала на свои места.
Прошло много лет и мы, уже праправнуки тех, кто жил и трудился во время войны, сколько бы не было им тогда лет, ценим их великий подвиг. И шлем им низкий поклон!
Интервью подготовили Никитин Саша и Никитин Дима,7″а» класс
Тэги: Интервью с ветераном труда, тружеником тыла 
Твой труд приблизил час Победы,
Дал людям радость и покой,
А на фронтах отцы и деды
Край защитили наш родной.
Совсем молоденькой девчонкой
Пришла к станку ты на завод,
Где шум стоял довольно громко,
В твоих руках нуждался фронт.
Для артиллерии снаряды
Производили вы тогда,
И ветераны были рядом
Трудились честно, как всегда.
В две смены на заводе были,
Не покладая нежных рук,
Детали на станке точили,
Забыв про боль и про недуг
Вы ждали весточки солдата,
Что вас на фронте защищал,
Вы ждали от отца и брата,
От тех, кто с немцем воевал.
От тех, кто бил врага повсюду:
На море, в небе и в лесах.
Их ратный подвиг не забуду.
Он будет навсегда в сердцах.
О вас, о тружениках тыла,
Кто час ПОБЕДЫ приближал,
Страна родная не забыла,
Вам должное за всё воздав.
Сегодня все вы ВЕТЕРАНЫ,
Кто был в тылу, кто воевал,
Ваш тяжкий труд, что был желанный,
Народ поднял на пьедестал.
9 мая 2009 года. 
Вы можете нажать на это фото для перехода на его страницу
Какие вопросы можно задать труженику тыла
С каждым годом становится все меньше ветеранов. Уходят те, кто может рассказать, что значит защищать свою страну, воевать и встретить долгожданную Победу. Каждая встреча с ними должна навсегда остаться в памяти поколений. Поэтому так важно сегодня запечатлеть в слове их истории, живые свидетельства подвига русского народа.
Как организовать интервью с ветераном? Какие вопросы ему задать? На эти и некоторые другие вопросы я постараюсь ответить в своей статье.
Где найти ветеранов?
Есть несколько вариантов: это могут быть прабабушки и прадедушки ваших учеников или воспитанников, или же бабушки и дедушки коллег, которые могли бы согласиться прийти в ваше образовательное учреждение. Это – самый простой вариант. Если же пойти по этому пути возможности нет, то можно обратиться в совет (комитет) ветеранов и попросить контакты ветеранов там. Записывая контакты, уточните не только полные Ф.И.О. будущих гостей, но и их статус (ветераны/дети войны/труженики тыла/ жители блокадного Ленинграда). Это поможет вам спланировать будущую беседу, подобрать наиболее удачные вопросы для интервью.
Приглашение
И вот вы звоните ветерану. Представьтесь, расскажите, какое ОУ вы представляете, объясните, откуда у вас его контакты и расскажите о цели вашего звонка. Если ветеран согласен прийти к вам и рассказать о себе, расскажите, в каком формате предполагается беседа: интервью будете брать вы лично, или, может, это будет какой-то ученик, или же все будет организовано в формате пресс-конференции. Попросите принести с собой его фотографии в военные годы (если есть), вырезки из газет, награды, письма. Если это ветеран – уточните, в какой период, в каком роду войск и части он воевал, если житель блокадного Ленинграда или, например, ребенок войны, то сколько ему было лет в те годы. Это поможет вам, готовясь к интервью, собрать историческую информацию, подобрать не общие, а более «предметные» вопросы и исключить те, на которые гость точно не сможет дать ответ.
Что с собой брать на интервью?
На интервью возьмите с собой диктофон и фотоаппарат, или же можно обойтись смартфоном (в случае, если он записывает качественно звук и делает качественные фотографии). Если вы планируете снять видео – возьмите камеру (обязательно заранее обсудите с гостем возможность видеосъемки, ведь многие стесняются говорить на камеру). Также не забудьте свой опросник, бумагу и несколько ручек. Стоит фамилии и географические названия не только записывать на диктофон/камеру, но и дублировать на бумаге (т.к. при их расшифровке на слух есть риск совершить ошибку).
Какие вопросы можно задать?
Ниже я приведу самые разные вопросы, которые можно задать гостю, вы можете выбрать наиболее подходящие или же придумать свои.
1. Мирная предвоенная профессия, место рождения, условия жизни, состав семьи.
2. В каком возрасте вы попали на войну? Каким образом (по призыву, добровольно, другим путем, каким именно)?
3. Где и как застало вас известие о войне? Какие чувства вызвало?
4. Какое участие в войне – на фронте и в тылу – принимали другие члены семьи.
5. Где Вы начали войну и где закончили?
6. Вы помните первого увиденного Вами немца? Ваше отношение к врагу: каким его видели, воспринимали? Образ врага, противника, неприятеля – смысловой оттенок слов: что более подходит? Какое значение в этой связи имели идеологические мотивы?
7. За какой подвиг и в каких обстоятельствах совершенный были получены награды? Какая для Вас особенно дорога и почему?
8. Какая минута, день, событие были самыми трудными, тяжелыми, опасными?
9. Были ли вы ранены, когда, где и сколько раз? Как и кто оказывал медицинскую помощь, в каких госпиталях и медсанбатах Вы лечились, кого запомнили в стационаре и в дороге, на санитарных летучках, в санитарных поездах? Куда именно вы были ранены? В свою или в другую часть возвращались на фронт после ранения?
10. Когда и откуда писали домой, что сообщали о себе?
11. Когда и какие получали известия из дома?
12. Кто из семьи во время войны был убит или ранен на фронте, кто из семьи отличился на фронте или работая в тылу?
13. Мы знаем, что советские солдаты на фронте проявляли массовый героизм. Что для фронтовиков было источником мужества? Можете ли Вы рассказать о подвиге, которому были свидетелем?
14. Расскажите о своих командирах. Кто из них больше всего запомнился? Чем?
15. Какая немецкая техника противостояла солдату в боях, с чем Вы сталкивались?
16. Какая наша техника на земле и в воздухе поддерживала солдата в разное время войны: авиация, артиллерия, танки, «катюши» и все другие средства поддержки?
17. Вы были в плену или в оккупации? Расскажите о том, что пришлось пережить в плену и после возвращения из плена. Как Вы и ваши товарищи относились к тем солдатам, которые побывал в плену? Были ли такие среди ваших знакомых?
18. Что запомнилось из встреч с населением во время отступления, во время пребывания в прифронтовых населенных пунктах, во время наступления и встреч с освобожденными от оккупации жителями?
19. Расскажите о бытовых трудностях на фронте. Как Вы их преодолевали? В какое время года было труднее воевать? Почему?
20. Солдатский быт. Трудности. Забавные случаи.
21. Были ли вы суеверны? В какие приметы верили? Повлияло ли участие в войне на ваше отношение к религии? Если да, то каким образом?
22. С какими развлечениями в минуты и часы отдыха приходилось встречаться Вам за годы войны: песня, выступления артистов, концерт фронтовой бригады?
23. Была ли любовь на войне? Расскажите
24. Что в разное время войны думали о будущей победе, что Вы думали о времени ее?
25. Что думали о Ленинграде в период его блокады?
26. Где были в День Победы, что делали и что чувствовали?
27. Кем и где вы работали после войны?
28. С кем вы поддерживаете/поддерживали связь из однополчан?
29. Какая ваша любимая военная песня, фильм? Какой фильм о войне Вы посоветуете посмотреть молодежи, какую книгу прочитать?
30. Как Вы думаете сейчас, почему началась война? Как избежать угрозы войны для нашей страны в будущем?
31. Какое напутственное слово Вы скажете современному молодому поколению?
После интервью не забудьте поблагодарить вашего гостя.
Не забудьте сделать качественные фотографии. Можно сделать несколько во время интервью и несколько – после. Для этого заранее подготовьте помещение с хорошим освещением и удачным фоном.
Не печатайте просто расшифровку записи интервью, расположите в логической (чаще хронологической) последовательности рассказанные ветераном эпизоды, при этом стараясь придать тексту литературный вид. Ответы на вопросы по одной теме стоит объединить в единый рассказ. Используйте ваши вопросы в качестве логических связок. Будьте внимательны и, обрабатывая текст, не искажайте смысл ответов ветерана. Будет здорово, если перед публикацией вы сможете еще раз связаться с ветераном, показать ему получившийся в итоге текст и при необходимости внести в него последние правки.
Интервью с участниками ВОВ и тружениками тыла как исторический прием (часть 1)
С каждым днем все меньше и меньше становится свидетелей, участников Великой Отечественной войны. Необходимо сохранить их воспоминания для будущих поколений, чтобы они могли спустя годы увидеть и услышать тех людей, попытаться понять обстановку тех лет.
Ценность этой работы возрастает при условии активного использования ее результатов в работе учителя истории. Необходимо понимать важность данной работы, так как она несет немалую нагрузку на формирование патриотизма.
Целью работы является выявить особенности применения видео интервью участников Великой Отечественной войны, тружеников тыла и детей войны на уроке истории.
Применительно к школе, то интервью понимается как беседа с каким — либо историческим персонажем по четко продуманному сценарию. Учитель заранее обсуждает с учащимися вопросы, которые должны быть в рамках одной темы. В ходе проведения интервью на уроке, учитель находится в стороне, контролирует процесс, иногда делает комментарии, замечания. Учащийся как бы становится специалистом. Необходимо помнить, что у исторического персонажа нельзя взять интервью, его можно смоделировать. Необходимо продумывать сущность опроса. Так же нужно определить вид интервью. Ученику нужно разработать интервью, то есть продумать его. Необходимо собрать информацию о интервьюируемом с любых доступных источников. В этом помогает учитель, подсказывает, где можно найти.
Нас же интересуют интервью с живыми участниками и свидетелями Великой Отечественной войны. О встрече необходимо заранее договориться. Важно учитывать особенности возраста опрашиваемых. Они ждут встречи, волнуются, так как при ответах на вопросы, эмоционально переживают те события, свидетелями которых они были. Нежелательно переносить время встречи.
Существующий проект по данному направлению был основан 25 января 2015 года. Тогда же в социальной сети «Вконтакте» была создана группа проекта. Изначально были представлены истории о ветеранах с их фотографиями, а так же видео с ветеранами и фотографии их наград. Большая часть материалов была взята из других групп.
С 23 июня 2017 года начата запись воспоминаний участников войны, тружеников тыла, детей война горда Красноярска на видео. В группе «Вконтакте» представляются так же и фотографии с момента записи воспоминаний, а так же найденные в сети Интернет. Так же размещаются статьи об опрошенных из печатных изданий. На данный момент созданы группы проекта и в других социальных сетях. Два участника проекта проживают не в городе Красноярске. Это Грязнов Владимир Андреевич — участник войны, (город Орехово-Зуево). С ним ведется переписка.
Адольф Филиппович Фрейдберг (псевдоним — Аркидий Филиппович Давидович) — ребенок войны (город Воронеж). Связь осуществляется через доверенных лиц.
По состоянию на 1 июля 2019 года года участниками проекта являются 16 человек. Их можно разделить на три группы: участники Великой Отечественной войны, труженики тыла, дети войны. Из первой категории участниками является 7 человек, из второй- 4, из третьего — 5.
Участниками Великой Отечественной войны являются:
1) Сендерский Иосиф Альтерович, 1925 года рождения, участник обороны Кавказа, освобождал территорию Украины, дошел до реки Прут (Молдавия).
2) Мальчиков Александр Федоровч, 1927 года рождения, на аэродроме красноярского аэропорта ГВФ работал авиамотористом, затем — в подсобном хозяйстве в аэропорте под Красноярском, на фронте ликвидировал окруженную группировку противника в Польше.
4) Грязнов Владимир Андреевич, 1923 года рождения, участник Сталинградской битвы на Курской дуге, Освобождал Польшу.
5) Ивкин Георгий Терентьевич, 1925 года рождения, участник освобождения Украины, дошел до Вены.
6) Якименко Петр Карпович,1926 года рождения.
Ивашкин Николай николаевич, 1924 года рождения
1) Мартынова Валентина Виколовна, 1928 года рождения.
Куликова Зоя Андреевна, 1928 года рождения
Бутакова Серафима Петровна, 1923 года рождения
1) Адольф Филиппович Фрейдберг (псевдоним — Аркидий Филиппович Давидович) — 1930 года рождения, писатель, актёр, художник, афорист, автор более 60 000 изданных афоризмов).
2) Ноздрачёев Леонид Федорович, 1936 года рождения.
3) Ноздрачёва Валентина Федоровна, 1941 года рождения.
Гореева Нина Андреевна
Казачкова Зоя Павловна, 1931 года рождения
Рева Алла Васильевна, 1938 года рождения
Нужно понимать, что участники войны прошли разный путь, разное время были на фронте и занимали разные должности. Невозможно охватить все категории свидетелей той войны. Необходимо учитывать, что не все, кто относится к данным категориям могут что — то рассказать в силу своих физических возможностей.
Для каждой категории респондентов нами разработаны анкеты.
Как уже было написано выше, необходимо заранее подготовить вопросы. При встрече с интервьюируемым, необходимо его ознакомить с вопросами. Если по ходу рассказа, респондент отвечает правильно, оговоренному плану ответа, то вопросы можно не задавать. Если человек отвечает коротко, то можно задать дополнительные вопросы.
Самое главное для успешного проведения опроса, это умение создать положительную психологическую обстановку. Именно от этого зависит ход интервью. Ветерану, например, можно подарить небольшой подарок, даже небольшую коробку конфет. Перед началом записи интервью на видео необходимо объяснить интервьюируемуму, куда смотреть, когда начинать говорить. По окончанию интервью, желательно поблагодарить респондента за ответ. Сделать так же несколько фотографий, которые можно будет подарить в следующий раз в память об этой встрече. Ведь придется встретиться еще несколько раз. Это нужно, чтобы респондент мог видеть результат работы.
И так, перейдем к вопросам, которые задаются при записи на видео:
Участнику Великой Отечественной войны:
1) Представьтесь, пожалуйста.
2) Расскажите о своём детстве.
3) Как Вы узнали о войне?
4) Как Вы попали на фронт?
5) Расскажите о своём боевом пути.
6) Как Вы узнали о победе?
7) Какая для Вас самая дорогая награда?
За что Вы её получили?
8) Что Вы можете пожелать молодому поколению?
1) Чем Вы занимались на фронте во время отдыха?
2) Как Вы относитесь к Сталину?
3) Как Вы отмечает лень победы?
4) Ваш любимый военный фильм!
5) Ваша любимая военная песня?
1) Представьтесь, пожалуйста.
2) Расскажите о своём детстве.
3) Как Вы узнали о войне?
4) Расскажите о военных годах.
5) Как Вы узнали о победе?
6) Что Вы можете поделать молодому поколению?
1) Как Вы относитесь к Сталину?
2) Как Вы отмечает лень победы?
3) Ваш любимый фильм!
4) Ваша любимая песня?
1) Представьтесь, пожалуйста.
2) Расскажите, что помните о военных годах.
3) Вопрос по ходу ответа на предыдущий вопрос.
Если у данного человека отец воевал на фронте, то следует его спросить, помнит ли он приход с фронта отца, или нет
.4)Что Вы можете поделать молодому поколению? Дополнительные вопросы в точности такие же как и для труженика тыла.
1) Как Вы относитесь к Сталину?
2) Как Вы отмечает лень победы?
3) Ваш любимый фильм!
4) Ваша любимая песня?
Как мы видим, вопросы для участников войны отличаются от вопросов для тружеников тыла. Дополнительные вопросы необходимы для того, чтобы узнать о респонденте как можно больше. Одним из важных пунктов таких вопросов является вопрос об отношении к Сталину. Через ответ на этот вопрос мы можем примерно воссоздать картину обстановки, которая царила в советском обществе в годы Великой Отечественной войны.
Честно говоря пора бы уже отдать все почести этому поколению и оставить их в покое. Все что можно было рассказать они рассказали давно и неоднократно. А сейчас к чему эти вопросы старикам?
Какой подвиг совершил лейтенант Бибишев, и почему на братской могиле под Волгоградом ему установлен отдельный памятник
Для многих волгоградцев поселок Гумрак связан с международным аэропортом, который расположен в непосредственной близости от этого населенного пункта. Кстати, до недавнего времени аэропорт в Волгограде так и назывался – аэропорт «Гумрак».
Во время Великой Отечественной войны недалеко отсюда находился немецкий аэродром, а в окрестностях поселка велись ожесточенные бои с немецко-фашисткими захватчиками, о чем говорит братская могила, где похоронены воины-красноармейцы.
На обелиске и гранитной плите, установленной над могилой, выбиты имена погибших.
Мое внимание привлек отдельный надгробный памятник, на котором было написано:
Здесь похоронен Герой Советского Союза Бибишев Иван Фролович. Погиб 18.01.1943 г. при бомбардировке аэродрома «Гумрак», направив горящую машину на стоянку вражеских самолетов.
Бибишев Иван Фролович (1921-1943), уроженец села Камакужа, Пензенской области.
На службу в РККА (Рабоче-крестьянская Красная Армия) был призван в 1940 г. В 1942 году, окончив военную авиационную школу, стал принимать участие в Великой Отечественной войне.
С самого начала Бибишев И.Ф. показал себя как грамотный и бесстрашный летчик, а затем и опытный командир.
На счету лейтенанта Бибишева только в небе Сталинграда было 141 дневных и ночных вылетов, за время которых он уничтожил 20 танков, 45 автомашин с живой силой, а так же 11 зенитно-артиллерийских точек врага.
За что был награжден правительственными наградами.
Сослуживцы ласково называли его «Бибишонок», вкладывая в это имя безграничную гордость за своего молодого боевого товарища.
На свое последнее боевое задание лейтенант Бибишев вылетел 18 января 1943 года. Во время его выполнения над немецким аэродромом «Гумрак», ИЛ-2 лейтенанта Бибишева был подбит. После этого летчик направил свою машину на стоянку вражеских самолетов, тем самым ценой своей жизни уничтожив несколько единиц техники противника.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 августа 1943 года лейтенант Иван Бибишев был удостоен звания Героя Советского Союза (посмертно).
Долгое время место захоронения Бибишева Ивана Фроловича считалось неизвестным, пока волгоградские и мордовские поисковики не установили, что похоронен он в братской могиле в поселке Гумрак ( #волгоград ) совсем недалеко от того места, где он погиб.
По просьбе Совета ветеранов Мордовии на братской могиле в поселке Гумрак теперь установлена надгробная стела в память о подвиге Героя Советского Союза лейтенанта Бибишева Ивана Фроловича.
Тимерьян Абдуллин ветеран ВОВ: снайперы во время наступлений оказались не нужны, и меня определили в пехоту
Интервью с героем ВОВ генерал-майором медслужбы Тимерьяном Габдрахмановичем Абдуллиным
О том, как учили на снайпера, а воевал в пехоте, как после войны одновременно окончил два вуза, как изобретал вакцину от чумы и стал генерал-майором медицинской службы – 94-летний ветеран ВОВ Тимерьян Габдрахманович Абдуллин рассказал главному редактору федерального сетевого издания «Время МСК» Екатерине Карачевой.
Я родился 16 декабря 1926 года в деревне Туктагол, это в Башкирии. Я был последним ребенком в семье – девятым. Передо мной был брат Фазлы, старше меня на пять лет. Он был для меня примером, мощный и сильный человек был, хотел быть военным. Он постоянно меня тренировал. Мы с ним часто ходили в лес за ключевой водой, она вкуснее, чем колодезная. По дороге он меня инструктировал и показывал, как надо падать на случай атаки с воздуха, ползать по-пластунски, многому учил. И сказал, что я всегда должен иметь с собой воду и носовой платок, на случай биологической войны. Фазлы по призыву ушел в армию, а в июле 1941 год мы получили извещение, что он пропал без вести (плачет).
Когда началась война, у меня было 7 классов неполной средней школы, и первый курс медтехникума в Уфе. Когда 22 июня 1941-го объявили о том, что фашисты напали на Советский Союз, нам сказали, что в медтехникуме будет госпиталь для раненых, а учиться снова будем после войны. Я вернулся в свою родную деревню, работал в колхозе. В 15 лет меня направили на курсы бухгалтеров в Уфу, а после окончания назначили бухгалтером колхоза. В ноябре 1943 года с этой должности я и был призван в армию. Мне тогда 16 лет было, месяц до семнадцатилетия не дотянул. Получил повестку на фронт, собрался быстро и на призывной пункт.
— Тимерьян Габдрахманович, на фронт быстро направили?
У моего командира было 4 класса образования. Он пишет задание: температура такая-то, ветер такой-то, мотоциклист движется с такой-то скоростью – задача: какая поправка будет на прицеле. Я сразу даю ответ, причем, так я быстро решал любые его задачи. В итоге он на меня рапорт написал, что я его одурачиваю, что он вопрос не успевает задать, а у меня уже ответ готов, и есть у него сомнения на мой счет – что явно кто-то мне подсказывает. И пока я учился шесть месяцев в снайперской школе – по ночам, когда остальные курсанты спали, я драил полы в наказание за быстрое решение задач (смеется).
На фронт нас направили в мае 44-го, после окончания школы снайперов. Ехали мы туда больше месяца, долгая дорога была. В итоге попали на пополнение 51-й армии, которая Крым освобождала. Мы приехали на подмогу, а Крым уже занят нашими. И нас включили в состав 4-го Украинского фронта.
— В снайперы зачислили?
В 1944-м наша армия проводила уже наступательные операции, оборона была редким случаем тогда. Снайперы во время наступлений оказались не нужны, и меня определили в пехоту. Так мы все, выпускники снайперской школы, стали пехотинцами. Каждому выдали военную амуницию: две гранаты, саперную лопатку, винтовку, флягу с литром воды и так далее. На Украине я получил боевое крещение, тогда я и понял – что такое фронт. Немцы отступают, мы их гнали тогда в гору в самую жару. Наших сколько полегло – раненые, убитые, без некоторых частей тела (плачет, долго молчит) … Это очень страшно.
Потом были битвы за Прибалтику. Надо было добить немцев, которые заняли Латвию, Литву, Эстонию, и, прежде всего, Ригу. Было несколько наступательных попыток, ничего у нас не получалось. Оказалось, что Рига ограждена шестью эшелонами обороны гитлеровских войск. Было принято решение, прекратить военные действия в городе. И нам поставили новую задачу – отрезать эти войска от Восточной Пруссии, чтобы они не могли помочь оборонять Берлин во время берлинской операции.
Победу встретил 9 мая 1945 года в Берлине. Нас всех собрали в 6 часов утра, и объявили о капитуляции Гитлера. После этого вручили каждому по открытке с визой КГБ, что ничего запрещенного в ней нет, многие ее домой отправили. А написано было: «Родина, мы победили!», я эту открытку храню до сих пор. Вот фронтовых фотографий у меня нет, тогда же фотоаппараты редкостью были. Войну я закончил в звании сержанта. Медали у меня есть «За отвагу», «За боевые заслуги», «За победу над Германией», ордена «Красной Звезды» и Отечественной войны 2-й степени.
— А как вы в медицину попали?
О, у меня была и есть очень интересная жизнь. После Победы над фашистами, нашу часть перераспределили в Свердловск (Екатеринбург – Ред.). Я там в звании сержанта занимал офицерскую должность в штабе. Поскольку у меня был опыт бухгалтера, меня определили в хозяйственный отдел, где я зарплаты офицерам считал, обмундирование, продовольственный паек. Я там год проработал, и умудрился параллельно закончить школу рабочей молодежи (ШРМ). Как-то вызывает меня командующий Уральского округа, и говорит, что мне надо учиться, раз я хочу в армии дальше служить. И предложил мне поехать в медицинскую академию в Ленинград.
Но чтобы поступить в нее, пришлось пройти несколько этапов, в том числе и отборочный.
— А разве фронтовики после войны не вне конкурса поступали?
Фронтовиков, вытаскивавших с поля боя раненых солдат, было тысячи, и все они хотели стать дипломированными врачами. Всех принять в академию было невозможно, количество мест на курс ограничено, да и мест в общежитии тоже немного. Поэтому академия приняла решение, устроить экзамен в два этапа, а перед ним еще и отборочный. Первый этап проходил на местах, а войска были от Порт-Артура и до Германии. От каждого военного округа можно было послать всего несколько человек.
Отборочный экзамен был по 10 предметам. Я готовился ночи напролет. Умудрился сдать все на пятерки, и еще со мной от нашего округа один парень также сдал на пятерки отборочный. Вот мы с ним вдвоем и поехали в Ленинград в Военно-медицинскую Академию имени С.М. Кирова уже на вступительные экзамены. Там меня еще и зачислили в конкурсную комиссию, у меня хороший почерк был, так назначили писарем. Поступающих было 1500 человек, а мест всего 127. Сдавать нужно было всего четыре предмета, мне их тоже удалось сдать на пятерки, и попал я к начальнику курса фронтовому хирургу, полковнику Юшманову.
Академия для меня была очень большой школой. В медицинской академии я учился очно, и еще заочно поступил в институт иностранных языков.
— Как это Вам удалось одновременно учиться в двух вузах?
На тот момент был приказ министра обороны, по которому офицерам запрещалось сразу учиться в двух вузах. Поскольку я в медицинской академии учился хорошо, получал повышенную сталинскую стипендию в тысячу рублей, при средней тогда зарплате 150 руб. Еще я был солистом нашего хореографического кружка при академии, участвовал потом в итоговом концерте художественной самодеятельности Ленинграда. Набрался я нахальства и пошел к начальнику академии. Объяснил ему, что английским языком уже более-менее владею, закончил до этого вечернюю школу при ленинградском пединституте, и хочу поступить на заочный факультет Военного института иностранных языков. Он посмотрел мои отметки, и в виде исключения под свою ответственность разрешил мне туда поступить.
В итоге за 6 лет учебы в двух вузах я сдал 56 экзаменов и все на пятерки. При этом, думаю, мне единственному из 200 студентов в инязе выдали диплом об окончании с отличием, большинство получили лишь справки о прохождении обучения.
После получения дипломов меня направили в Киров на работу в Научно-исследовательский институт микробиологического направления Минобороны СССР. Там я начал с должности переводчика научной библиотеки, эта библиотека получала 52 медицинских иностранных журнала. Перед нами стояла архиважная задача – готовиться к бактериальной войне, которую планировали американцы, чтобы уничтожить Советский Союз. Именно поэтому и был создан этот институт, где работали сильные военные работники, разрабатывали различные эффективные методы. У нас было все – новейшее оборудование, никакого ограничения финансирования. Мы проводили испытания разработок. У меня зарегистрировано 26 секретных разработок.
Работали с чумой. Кстати, на основе фрагментов исследования чумы мы получили штамм EV, который во всем мире теперь применяется для изобретения вакцин. Мы получили несколько комбинированных вакцин, испытывали их на необитаемом острове в Аральском море. Мы там работали в экспедициях по три месяца, очень много было решено вопросов. В том числе, был создан аэрогенный способ вакцинации от чумы в высушенном виде, его нужно разводить в воде, а затем распылить в воздухе – то есть стало возможным массово вакцинировать. Помните, прошлым летом в 2020 году в Монголии была вспышка чумы. Так именно наша разработка аэрогенной вакцинации помогла подавить ее за два дня.
К сожалению, в 1991 году распался Советский Союз, я тогда уже руководил институтом и был уже в звании генерал-майора медицинской службы, в моем подчинении было полторы тысячи профессионалов. Тогда институт сократили, я вышел в отставку. Сейчас я преподаю в медицинском институте города Кирова, руковожу кафедрой гистологии. Когда пять лет назад я отмечал свой 90-летний юбилей, одна студентка преподнесла мне подарок в виде стихов, которые заканчиваются словами: «Равных Вам в нашем вузе нет». Для меня эти слова очень дороги. Я храню это поздравление. Самый лучший подарок за мою работу – это отношение моих студентов, я с ними, как со своими детьми, общаюсь. И несмотря на свой возраст, и не очень уже четкую дикцию, студенты всегда слушают мой курс, чему я очень рад. И о войне им немного рассказываю.
Я вообще очень сильно всем интересуюсь, новости смотрю и слушаю, так что в курсе всех происходящих событий в нашей стране, и как против нас ведут информационную войну другие страны Запада. Нельзя позволить никому переписывать историю своей страны. Это именно советский народ уничтожил нацизм и разгромил фашистов, освободив, кстати, не только СССР, но и Австрию, Польшу, Венгрию, Румынию, Германию и другие страны. Миллионы погибших. Эти зверства нельзя забывать. И Победа над фашизмом принадлежит именно советскому народу, а Россия является преемницей СССР, так что нечего тут сочинять.
Анфимов Иван Иванович 1923г.р.
в РККА с 1942 года
Орден Отечественной войны II степени
Медаль «За боевые заслуги»
4) Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.»
История про 8-ми летнего мальчугана, который встал за пулемет (Корсунь-Шевченковская битва).
с Днём Победы всех!
есть субтитры (если вдруг что-то непонятно)
в следующем ролике будет продолжение ленд-лиза (см прошлый выпуск), известие о капитуляции Германии застал в Майями, там же видел Черчилля.
Светлый праздник
В этот светлый день хочется и мне немного рассказать и свою часть истории про тех, кто сражался в ВОВ.
В детстве бабушка много рассказывала про свою деревню, где выросла (д.Аселье, Смоленская область). В том числе и про годы войны. Как забрали ее отца на войну и он не вернулся. Считали, что пропал без вести. Делали запросы в архив и пр. Так и в голову мою вошло, что пропал без вести.
Умерла моя бабушка, И только через несколько лет в ее бумагах нашел это:
И я загорелся найти больше данных. Я долгом считал для себя возродить человека из потерянных без вести.
Начал искать в архивах онлайн.
Оказалось, что информация скудная, но ее хватает.
При этом успел побывать в плену. Освобожден 13.12.1943. Через два дня погиб.
Информация о захоронении.
В извещении написано одно место, а в архивах другое.
Нашел сайт, в котором активности не было несколько лет, но я решил отписаться. Через неделю пришел ответ, что за эти годы было перезахоронение. Электронная информация захоронения оказалось верная. Мне даже прислали фото гранитной плиты с ФИО моего прадеда.
В 2017г я сорвался и поехал посетить братскую могилу. Далеко ездить не пришлось (живу в г.Брянск) т.к. в 300км от дома.
Очень чистая и ухоженная братская могила.
Никто не забыт, ничто не забыто!
Виктор Исаев ветеран ВОВ: сходил за солью, а в это время все мертвые, ни одного живого, вся наша рота 4 танка по 5 человек уничтожена
Интервью с героем ВОВ Виктором Ивановичем Исаевым – танкистом, освобождавшим Берлин
О том, как попал на фронт, потерял всех однополчан танковой роты, участвовал в битве за Берлин, о штурме Рейхстага, о водружении на него Знамени Победы и многом другом – 94-летний танкист Виктор Иванович Исаев, участник парада 7 сентября 1945-го в Берлине, в Севастополе (Крым, Россия) рассказал главному редактору федерального сетевого издания «Время МСК» Екатерине Карачевой.
Я родился 3 июля 1926 года в селе Мадаево Наруксовского района Горьковской области (Нижегородская область – Ред.). У родителей, кроме меня, было еще два брата. Я был самый старший. Моих братьев уже нет в живых, а я вот скриплю. Несмотря на войну, в 1943-м я закончил 10 классов, тогда такое образование было редкостью. Отец мой, Иван Иванович, до войны был секретарем райкома, а когда война началась он сразу в Горький (Нижний Новгород) уехал, там его назначили секретарем Волжской флотилии. И он ходил на пароходе, забирал раненых по разным местам, и привозил в госпитали Горького. Так вот, получил я аттестат о среднем образовании, и мой папа сказал матери, чтобы сушила мне сухарей, чтобы я шел воевать на фронт. Я так и сделал.
Сначала меня направили в полковую танковую школу в Вятку (Киров – Ред.), где я проучился четыре месяца. За время учебки нас научили тянуть за рычаг. Вообще готовили так, чтобы каждый член экипажа танка был взаимозаменяем, если враг выбьет из строя. Поэтому нас и готовили не только на танки, но и учили управляться с самоходками, как ехать и останавливаться. Я ведь механик-водитель танка, у меня даже водительское удостоверение сохранилось.
Раньше на 34-ке (Т-34) пушка была 75 миллиметров, а когда я попал в учебку, уже – 85-миллиметровые пушки были у машины. В машине, конечно, не развернешься, коленки в спину, тесновато было, но в боях некогда было об этом думать, надо было врага громить, напавшего на советские земли и советский народ, так что о комфорте никто не думал. В экипаже у нас сначала было четыре человека: механик-водитель, справа от меня мой помощник, он же пулеметчик, заряжающий и командир, который выполнял обязанности наводчика, пока не добавили нам пятого – самого наводчика.
Сформировали наш окончательный экипаж Т-34-85 из пяти человек в Бобруйске (Могилевская область, Белоруссия – Ред.), там боевое крещение мое и случилось. А дальше был Белорусский фронт, Сандамировский плацдарм, Висло-Одерская битва… 12 января 1945 г. в 5 часов утра началось наступление.
— Всего три бомбы? И больше не появлялись?
Ну почему. Три дня все это продолжалось, бушевал огненный смерч, земля горела, люди стояли насмерть, мы удержались. Нашествий немецкой авиации было много, мы еще и в атаки ходили. Это была битва за город Кинитц, немцы буквально стерли его с лица земли, один фундамент от домов остался, все жители местные сбежали кто куда или попрятались под завалами. Потом нас передислоцировали в город Кюстрин – Кюстринский плацдарм, там мы до 16 апреля и простояли. 16 апреля 1945-го началось наступление на Берлин. Тогда мы столкнулись с жестоким сопротивлением врага, бои были страшные. Иногда вообще было не понятно, кто и кого бьет, кругом все горит, ничего не видно.
Неожиданно нас вывели из боя на передышку. За два километра примерно, к ручью нас отогнали, там широкий старый дуб стоял, его кроны тень давали. Мы под него все сели, огонь развели, чтобы покушать приготовить, и кипяток сделать. Меня тогда в семнадцать с половиной лет не называли Виктор Иванович, все Витьком кликали. Вот командир и говорит: «Витек, дуй за солью к машине», я к танку побежал, а второй тоже молодой парень к реке за водичкой. Только я люк у машины открыл, как два подряд взрыва прогремело, поворачиваюсь, дуба нет, а возле него никто не шевелится. Подходим мы с однополчанином, который к реке бегал, к этому месту, а там все мертвые, ни одного живого, вся наша рота 4 танка по 5 человек уничтожена. Остались мы вдвоем, 18 человек одним махом. Вот так я сходил за солью и остался жив. (Виктор Иванович тяжело вздыхает, долго молчит, вытирая слезы).
— После этого Вас в другие войска направили?
Нет, ну что Вы, Катенька. Танкисты ведь на вес золота, можно сказать, были. Когда танки горели или рота погибала, выживших танкистов не отправляли в пехоту, а искали для них свободный танк и туда направляли. Заменяли выбывших из строя, своего рода пополнение. Так что я в новом танке дальше воевал, участвовал в других наступлениях. Так дошли мы до Зееловских высот, где за них был танковый бой, как на Курской дуге. Еще перед боем, смотрю, колонна закрытых машин идет, с девчатами. Оказалось, они привезли зенитные прожекторы, чтобы немцев слепить в боях. Очень нам девчата с прожекторами помогли. Немцы ничего не видят, а мы-то их прекрасно видим, и бой, конечно, в нашу пользу.
Так, с боями, 23 апреля мы дошли до Берлина. 24 апреля подошли мы к Рейхстагу. А нас фаустники из одного дома гасят, никак не можем их заткнуть, бесконечный шквал огня на нас обрушился. Надо было срочно что-то делать. Я взял группу добровольцев-бойцов, ворвались мы в этот дом, закидали фаустников ручными гранами, уничтожив шестерых, еще троих в плен взяли. Меня тогда в ногу ранило осколком своей же гранаты.
— В госпиталь отправили?
Да нет, какой госпиталь. Мы же уже понимали, что война скоро закончится, что праздновать Победу будем. Так что, перевязали меня бинтами, и снова в бой. Я не мог пропустить Победу, без меня вообще никак. Я ползком, а доползу к Победе (смеется). А вообще у меня два ранения было за войну – первый раз пробило осколком гранаты пробку в шлемафоне, голову задело, кровь из уха пошла, ребята меня перебинтовали, и дальше поехали воевать, некогда рассиживаться, врага надо гнать. Так что я дошел до конца войны. 2 мая 1945 года в 14:00 для меня война была закончена в Берлине. Мой танк был последним танком, дошедшим до Берлина, он стоял прямо на горке перед Рейхстагом.
Давайте я лучше расскажу, как на трехэтажное здание Рейхстага знамя Победы водружали, рядом с нами все это было. Вокруг Рейхстага был широкий ров, заполненный водой, все окна в здании были забетонированы или заложены кирпичом, открытыми были только щели для стволов. Фактически было так, мы взяли Рейхстаг, но были вынуждены отступить, потому что в его подвале засели последние 1100 эсэсовцев во главе с генералом.
Это было 30 апреля. Немцы выбросили белую простынь, и их генерал потребовал для переговоров кого-нибудь из советских генералов. А где их взять на передовой, у нас только командир батальона – в звании капитана. Применили солдаты хитрость – лейтенант Алексей Берест, он был огромный, его все ребята звали Ильей Муромцем, переоделся в форму полковника, а его командир – капитан Степан Неустроев переоделся в ординарца. В сопровождение взяли еще пару ребят.
Потом уже некуда им было деваться, они еще раз простынь белую выкидывали, и сдались. Но сначала нам предстояло выполнить задачу – любой ценой захватить Рейхстаг и водрузить знамя Победы. Привезли флаг, вообще тогда такого понятия как знамя не было. Привезли флаг из красного сатина (у меня есть его точная копия), вызвали разведчиков Михаила Егорова и Мелитона Кантария, и лейтенанта Алексея Береста, проинструктировали их. Берест взял в сопровождение отделение сержанта Щербины и в Рейхстаг. Заходишь в здание – направо и налево двери ведут наверх. Темень, тогда еще на втором этаже диван горел, дым, не видно ничего. Кантария с Егоровым говорят, что не могут забраться на второй этаж – трап был разбит. Берест из десяти солдат сделал живой трап, по спинам которого разведчики вместе с Берестом забрались наверх. На третьем этаже Берест нашел лаз, пролез со знаменем, привязал его ремнем к бронзовой фигуре. Это было где-то в три-четыре часа ночи, мы флаг сразу не увидели, конечно, в такую темень. И только когда рассвело 2 мая мы хорошо рассмотрели флаг.
Кстати, у Береста очень непростая жизнь оказалась, ему не дали звезду Героя Советского Союза, как Кантарии и Егорову, его наградили орденом «Красного знамени». После войны он попал в тюрьму из-за своей откровенности и принципиальности. В 53-м он был заведующим клубом в селе Покровской под Таганрогом. Кассира клуба поймали за хищение денег, заодно взяли и Береста, хотя он был ни при чем. На допросе следователь сказал ему, что надо еще проверить – не служил ли он фашистам во время войны. Ну, Берест и не сдержался, выбросил того следователя прямо с креслом в окно. Дали ему 10 лет, позже срок скостили до пяти, потом и вовсе реабилитировали, но на хорошую работу из-за судимости он так и не смог устроиться. Берест погиб героем, спасая девочку, упавшую на железнодорожные пути. Для меня он навсегда останется Героем с большой буквы.
— После Победы сразу домой вернулись?
Нет, я еще 11 месяцев в Германии служил, пока в феврале 46-го нас не перевели в Сталинград. Я участвовал в параде Победы 7 сентября 1945 года в Берлине у Бранденбургских ворот. Сталин сказал – параду быть, его должен был принимать Жуков (Георгий Константинович Жуков – Ред.). В нем должны были участвовать американские, английские и французские войска. А что было на деле – маршем прошли наши войска в основном. Стоят иностранные представители на трибуне: Робертсон (Брайан Робертсон, Великобритания – Ред.), Паттон (Джордж Паттон США – Ред.), Кениг (Мари-Пьер Кениг Франция – Ред.) – ждут Жукова, а его все нет. Ровно в 11:00 секунда в секунду Жуков прибыл на трибуну, поздоровался со всеми, и сказал речь. На Параде пошли наша пехота, танки, артиллерия, Катюши, иностранных было очень мало, пехота была, а техники их мы вообще не заметили. На парад привезли ИС-3, его только изготовили, он не участвовал в войне. Прошлись, разошлись и на этом наша война закончилась окончательно. Все мои награды дороги мне, награжден двумя орденами Великой Отечественной войны II степени, медалями «За боевые заслуги», «За мужество», «За взятие Берлина», «За освобождение Варшавы».
Войну я закончил в звании сержанта, а в 1970 году вышел отставку в звании полковника. Отучился в Камышинском танковом училище. У меня служба была адская, после училища меня направили под Таллин на остров Найссаар, оттуда на Дунайскую флотилию. Потом в Севастополь, затем была служба в бухте Провидения, Берингов пролив Аляска, дочке моей тогда было 2 месяца, ехали на место назначения 13 суток в жестких вагонах и потом морем. Потом на Камчатке служил. Вернулся в Севастополь. Сейчас часто здесь встречаюсь с молодым поколением, рассказываю о войне. Не хочу, чтобы люди переписывали историю, поэтому делаю все, чтобы не забывали о тех страшных и тяжелых днях.
Алексей Уханов: «Пехота – это самое страшное месиво, самые страшные потери, самое пекло всех боев»
Интервью с героем ВОВ, Алексеем Владимировичем Ухановым командиром стрелкового взвода пехоты – «царицы полей»
98-летний Алексей Владимирович Уханов – ветеран Великой Отечественной войны, кавалер ордена Красного знамени и Отечественной войны двух степеней, полковник внутренней службы МВД СССР в отставке. Из-за угрозы распространении коронавирусной инфекции COVID-19 вынужден сейчас находиться на домашнем карантине. Он очень ждет 9 мая, чтобы вновь оказаться на трибуне Красной площади и увидеть парад, посвященный 76-летию Победы.
О том, как много раз выживал один в страшных боях на Курской дуге в составе пехоты, о встречах с фашистами и о работе в органах внутренних дел СССР после победы над фашистскими захватчиками Алексей Владимирович рассказал главному редактору федерального сетевого издания «Время МСК» Екатерине Карачевой.
— Родился я в октябре 1922 года в селе Никитском Тульской области. Родители были неграмотные, земледельцы. У матери образования не было, а отец отучился четыре класса приходской школы. Жили мы бедно, голодали. У матери было шесть детей, один, правда, умер.
Пехота – это самое страшное месиво, самые страшные потери, самое пекло всех боев. Самая паршивая должность была на войне – это должность командира стрелкового взвода пехоты. Командир должен был своим примером вести солдат вперед, в итоге умирали если не в первом бою, то во втором. Поэтому командиров стрелкового взвода в офицерском звании не хватало катастрофически. У меня, например, в первом бою убило командира взвода – старшего лейтенанта, я даже имени его не запомнил. Меня после него назначили командиром, а я был в звании сержанта.
Стемнело уже прилично, все горит, дым повсюду, не видно толком ничего. Смотрю, старшина идет нашу роту кормить, и такой мне: «О! Уханов, а где наша рота?» Я говорю: «Вот вся рота», и показываю на горы трупов. Ужас. Старшина мне говорит, чтобы я кашу ел, а мне в рот ничего не лезет. Погибло в том бою три полка. На следующий день мне дали взвод.
После этого боя меня наградили орденом боевого Красного знамени. Мне было так сказано, дали бы Героя Советского Союза, но оформление тогда шло три месяца, а командиры стрелковых взводов умирали пачками, поэтому пока шли документы, уже и представлять можно было только посмертно, да и документы могли затеряться. Орден Красного знамени был и есть особый орден, он был в наличии у каждого командира части, полка, дивизии. Командир лично награждал отличившихся своей властью от имени Президиума Верховного Совета СССР.
Но надо понимать, что человека, которого награждают орденом боевого Красного знамени, к нему еще и домой приходят по месту жительства. Так к моей матери пришли из военкомата и попросили ее проехать с ними. Мать в ступоре, она-то подумала, что со мной что-то случилось. На еле сгибающихся ногах приехала в военкомат, а там ее чествовать начали, как положено. Мама, конечно, счастлива была и горда за меня, но самое главное для нее было, что я жив – весть такая добрая, хорошая, письма ведь долго шли, а тут прямо сказали, что со мной все в порядке, воюю геройски.
Потом еще случаев много было, все и не расскажешь, каждый бой – страшные потери, имен всех солдат и командиров и не знаю даже. Один раз рота в атаку пошла. Немец нас подпустил и всех из автоматов покосил. Я упал автоматически. Лежу, как на ладони, день, светло, жуть. Лежу лицом вниз, трупом среди мертвых солдат прикинулся. Что делать… Думаю, нет, в плен сдаваться не буду, не возьмут они меня живым. Так до двенадцати ночи и пролежал без движения, чуть дыша. Потом потихоньку по-пластунски в сторону наших окопов пополз, так меня чуть свои не пристрелили (смеется), пока не крикнул: «Свои! Сержант Уханов!». Все обрадовались такие. Я огляделся, а в живых остались кроме меня только хозяйственники и замполит. Он мне: «Уханов! Ты живой! А мы похоронку приготовили. Завтра утром хотели сообщать матери». И никто не подумал меня даже наградить. А мы ведь геройство совершали каждый день.
Позже был случай еще один интересный. Собрались мы к очередному наступлению, окопы вырыли, сидим, ждем команду. Смотрим, танки против нас идут – «Тигры» и «Пантеры», мы тогда их первый раз увидели, немцы, оказывается их только разработали и против нас выпустили. Бронь этих танков наши орудия тогда еще не могли пробить. Нам передали команду «отступать», но было поздно, танки уже вплотную подошли. Недалеко от нас стояла «Сорокопятка», они по ней прямым попаданием как шарахнули. Пушка подскочила вверх метров на тридцать, а на землю падали только осколки железа и куски мяса от трех погибших солдат – никаких следов не осталось. Мы рты пораскрывали, не видали еще такого. После этого танки начали нас давить. От меня где-то в метре прошел танк. Танки дошли до наших траншей, передавили всех и уехали. Командир пулеметной роты сдался в плен немецким танкистам – не выдержал. Поднимаюсь я потом, рядом еще двое живых солдат.
После Курской дуги, она закончилась 23 августа 43-го, я воевал на 1-м Белорусском под командованием Константина Рокоссовского, потом во 2-м Белорусском в составе 48-й армии под командованием Георгия Захарова.
Беларусь мы освободили в 44-м, и в конце августа меня неожиданно отправили на курсы командиров. Я проучился четыре месяца, и в декабре меня отправили в другой полк в Прибалтику. Попал я в 1312-й полк 17-й стрелковой дивизии. Прибалтику освободили, Польшу освободили, вошли мы в Германию. Я на передовой, вдруг вызывают меня в штаб дивизии, приезжаю, а там еще два полковника и три солдата из моего полка. И всех фотографируют под знаменем части. Я не пойму, в чем дело. Меня тоже сфотографировали, я тогда даже никакого значения этому не придал. А оказалось, что под знаменем полка фотографировали только тех, кто удостоился особой чести носить звание «Лучшего воина войны». Героев Советского Союза я видел и во время войны и после, но вот «Лучших воинов войны», кроме нас шестерых, не встретил больше ни разу.
Раз получили команду, что под Кенигсбергом (Калининград – Ред.) по данным разведки засели эсэсовцы. Нас туда перекинули. Мы идем мирно на новую дислокацию, на ходу перекусываем сухпайком. Вдруг откуда ни возьмись стрельба. Солдаты начали падать один за другим. Я залег вместе со своим взводом. Никто понять не может, откуда стреляют. Вдруг смотрим, из-за пригорка вышла колонна СС и стреляет от пуза по живым мишеням. Я своим командую: «Взвод, по фашистским гадам – огонь!». Мы отстреливаемся, а немцу хоть бы что, прут и прут, не останавливаясь, только рожки запасные меняют. Смертники, одним словом. Мы так поняли, они пьяные были, видно, для храбрости приняли, сдаваться не хотели. Худо нам бы пришлось, да тут наши танки подоспели, фашистов кого уничтожили, кого в плен взяли.
Всех моих солдат за этот бой наградили орденами и медалями, меня – орденом Отечественной войны 2-й степени и звание лейтенанта присвоили.
Войну я закончил в Восточной Пруссии. 8 мая 45-го. Сидим, ждем команду о наступлении. Проходит час, два, три, четыре, потом кто-то крикнул: «Война кончилась! Немцы капитулировали!». Что тут было (смеется). Солдаты стреляли вверх, плясали, пели, обнимались, у всех слезы радости на глазах. До самого вечера гудели и обсуждали. На следующий день каждому налили по сто грамм боевых за Победу над фашистами. Нас построили и повели в сторону железнодорожных путей на эшелон. По пути мы видали пленных немцев. Немец-то он что, до Москвы-то быстро дошел, а потом мы его в угол загнали. Мы его с каждым шагом гнали и уничтожали, крови было – море с обеих сторон. Так вот идут они – пленные фашисты, кто понурый, в глаза боится смотреть, а некоторые наоборот радовались, на губной гармошке играли и песни пели.
Нас посадили в эшелон и домой. На каждой станции нас встречали с цветами, едой, махали, обнимали, целовали, танцевали. Сколько незнакомых людей были объединены одним – счастьем победы, радости не было конца.
Вдруг на меня приходит запрос из МВД СССР, как одного из лучших офицеров. На собеседовании комиссии я рассказал свою биографию, как воевал, как работал в тюрьмах, что есть поощрения и благодарности, медали. Меня выслушали и говорят: «Завтра выходи к нам на работу». Я: «Есть!», козырнул и стал работать в Министерстве.
Вскоре пришел приказ направить меня начальником следственной тюрьмы в Магадан. Все было просто – не поедешь, можешь увольняться. Так что переехал я на 7,5 лет служить в Магадан. Там до меня в тюрьме был развал, побеги были. Ни в одной тюрьме такого не было. Я приехал, навел порядок, работал по 12 часов. У меня не было ни одного происшествия, ни убийства, ни суицида, про побеги я вообще молчу. Со всем составом лично проводил военную подготовку, сам принимал экзамен. Один раз на политсобрании мне даже задали вопрос: «Расскажи нам Уханов, как ты добился таких результатов?» Я ответил: «Надо уметь работать с людьми. Не только быть деспотом, но и человечным отцом». Меня даже зэки уважали, потому что я за справедливость был всегда.
Устал я в этом постоянном холоде магаданском за семь с половиной лет, а повышения не предлагают. Думаю, что делать. Выслуга у меня на тот момент уже 38 лет была (год фронтовых шел за три, северные – за два). Мне 44 года, надо же дальше расти. Надоело мне в этой должности. По-хорошему никто отпускать не хотел, я и выступил на очередном политсобрании с критикой начальника кадров, он чуть инфаркт не получил, зато меня сразу отпустили. Вернулся я в Москву, пришел в министерство, как-то холодно отнеслись, я рапорт на увольнение по собственному написал. Так и закончил службу в правоохранительных органах.
В МВД России есть музей, его открыли в 1980 году, и Алексей Владимирович Уханов является одним из почетных его гостей, как ветеран боевых действий во время Великой Отечественной войны, и как сотрудник МВД. Он раньше часто встречался со школьниками, выступал на различных мероприятиях. А сейчас говорит, что стал «немного стар, что-то барахлит внутри, давление пошаливает, да и еще плохо слышать стал». Но вспоминая своих товарищей в боях и годы службы в МВД СССР, у него блестят глаза, осанка выпрямляется, и он очень ждет встречи со всеми ветеранами, которых намеревается увидеть 9 мая на Красной площади.
