Вакцинация онкологических пациентов против COVID-19: ответы на вопросы
4 февраля Фонд «Не напрасно» вместе с врачом-инфекционистом Оксаной Станевич провел стрим, посвященный вакцинации онкологических пациентов против COVID-19. Оксана рассказала, можно ли людям с онкологическими заболеваниями делать прививку от коронавирусной инфекции, и ответила на вопросы слушателей. Мы еще раз посмотрели стрим, собрали вопросы и записали ответы Оксаны.
Если вы не нашли ответы на свои вопросы, задайте их экспертам бесплатного сервиса «Просто спросить о COVID-19».
Люди с онкологическим заболеванием могут привиться от COVID-19:
— перед химиотерапией/очередным приемом моноклональных антител, либо спустя 4–6 месяцев после.
— вакцинироваться могут пациенты в стадии ремиссии, которые не получают химиотерапию или нуждаются в ней не чаще 2 раз в год.
— При приеме ингибиторов тирозинкиназ ответ на прививку может быть ослаблен, но это не противопоказание для вакцинации.
Решение о вакцинации в каждом случае должно приниматься отдельно, с учетом предпочтений пациента и риска заражения COVID-19.
*В стриме идет речь об ограничениях на вакцинацию аденовекторными вакцинами, в частности, «Спутником V».
Стоит учитывать особенности COVID-19 у людей с онкологическими заболеваниями крови:
— пациенты с онкогематологическим диагнозом, получающие химиотерапию или перенесшие трансплантацию стволовых клеток, и при этом заболевшие COVID-19, часто переносят инфекцию очень тяжело. Не всегда их удается спасти.
— пациенты с лимфомой после COVID-19 долго выделяют вирус, оставаясь заразными для окружающих. Также из-за этого пациент не может получить лечение основного заболевания.
Если речь идет о лимфоме, вакцинироваться можно. Если о другом онкогематологическом заболевании, то вакцинироваться можно перед химиотерапией или в перерыве между курсами поддерживающей терапии моноклональными антителами.
Подробнее о показаниях и противопоказаниях читайте в нашем материале о вакцинации против COVID-19.
Ребенок после онкозаболевания в ремиссии уже второй год. Можно ли сделать прививку?
Детям по закону пока нельзя прививаться. Со временем будут собраны более полные данные о безопасности применения вакцин у детей и беременных женщин. Шанс есть у «ЭпиВакКороны» — она не содержит генетического материала коронавируса/вирусного вектора.
Ремиссия 12 лет после лимфомы Ходжкина. Гематолог запрещает все прививки, поскольку считает, что мой иммунитет непредсказуем. Прививка в этом случае может оказаться опаснее COVID-19?
COVID-19 значительно опаснее, чем прививка против этого заболевания. COVID-19 может дать много осложнений как в ходе заболевания, так и после. Среди них пневмония с большим процентом поражения легких, тромботические осложнения. В процессе лечения применяются препараты, от которых иммунная система может вести себя более непредсказуемо, чем после вакцинации. Если вы 12 лет в ремиссии, не применяете моноклональные антитела в качестве поддерживающей терапии или применяете их редко (раз в 8–12 месяцев), то можно прививаться.
У мамы был рак щитовидной железы 5 лет назад. После лечения ей ставят выздоровление. Можно ли ей прививаться?
Можно, если она сейчас не получает химиотерапию.
Можно ли делать прививку при лимфоме Ходжкина, если пациентка в ремиссии 2 года?
Можно, если ремиссия два года, нет поддерживающей терапии моноклональными антителами или прошло 4–6 месяцев после последнего введения препарата.
Рак молочной железы (РМЖ) в ремиссии. Прием Золадекса и Фемары — противопоказание для прививки? В поликлинике делать прививку категорически запретили.
Если РМЖ в ремиссии, с момента лечения химиотерапией прошло полгода, вы находитесь на «антиэстрогеновых» препаратах, вакцина будет не только безопасна, но и эффективна. Препараты, которые вы принимаете, не воздействуют на иммунитет.
Лимфома Ходжкина, III стадия. В июле 2020 года прошел лечение, пока не сделал позитронно-эмиссионную томографию (ПЭТ). Можно ли сделать прививку?
По-видимому, у вас недавно был цикл химиотерапии и, судя по всему, еще не прошло полгода после последнего введения препаратов. Пока не пройдет 6 месяцев после последнего цикла — прививаться нельзя. Если сейчас вакцинироваться, то у вас может быть недостаточный либо «искаженный» иммунный ответ на прививку.
Если АИТ с переходом в тиреотоксикоз, есть необходимость принимать антитиреоидные средства, то могут быть проблемы. Неизвестно, какая будет реакция щитовидной железы после введения вакцины. При тиреотоксикозе лучше воздержаться от вакцинации. Если у вас гипотиреоз, то вакцинироваться можно.
Можно ли вакцинироваться при прохождении лучевой терапии?
С лучевой терапией то же самое, что и с химиотерапией — ближайшие 4 месяца после лучевой терапии ограничения на вакцинацию сохраняются, так как ответ на вакцину сразу после лечения может быть недостаточным. Но данных пока мало, и, вероятно, если лучевая терапия была местной, вакцина может иметь эффект. Это предстоит узнать в будущем.
Рак щитовидной железы, 4 стадия, после операции. Планируется радиойодтерапия. Когда можно вакцинироваться и можно ли?
Учитывая, что терапия только предстоит и радиойодтерапия не так сильно подавляет иммунитет, вакцинироваться можно.
Будет ли «Спутник V» исследован среди онкопациентов в ремиссии? Пока что на этой группе вакцину не изучали.
Это надо спросить у производителей. Возможно, они опубликуют информацию на сайте.
Неходжкинская лимфома, болела в ноябре тяжело COVID-19. Нужно ли прививаться и когда?
Уточните у своего лечащего врача или посмотрите в выписке, не получали ли вы тяжелую антицитокиновую терапию моноклональными антителами. У них долгий период выведения, поэтому эффект вакцинации может быть снижен.
Сначала нужно проверить антитела: если их нет, то можно планировать вакцинацию. Если антител достаточно много — титр от 1:200 и выше, вакцинацию можно отложить.
У отца рак простаты, операцию провели в июле 2020 года, терапию не получает. Можно ли делать прививку?
При таких условиях вакцинироваться можно.
В августе была аутоТГСК (аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток). Можно ли делать прививку «Спутник V»?
Прошло больше 6 месяцев, у вас должно было быть полное приживление трансплантата с восстановлением уровня нейтрофилов и лимфоцитов. Если в клиническом анализе крови нейтрофилов больше 500 клеток на микролитр, а лимфоцитов больше 200 клеток на микролитр — можно привиться. Если значения меньше, вакцина может оказаться неэффективной.
Рак щитовидной железы, была операция 2 года назад, полтора года назад — радиойодтерапия, сейчас принимаю L-Тироксин пожизненно и еще у меня тромбоцитопения в легкой форме. Можно ли привиться?
Противопоказаний, связанных с раком щитовидной железы, в настоящее время нет. Если тромбоцитопения действительно в легкой форме, и у вас не менее 100 тысяч тромбоцитов на микролитр, то можно.
Была первичная медиастинальная B-клеточная лимфома, в ремиссии полтора года, год назад было подозрение на рецидив. Удалили подозрительный узел, оказалось, что это гиперплазия.
Если подозрение не подтвердилось и вы не проходили химиотерапию, то можно привиться.
COVID-19 и онкология: что нужно знать больным раком и их близким
Статистика заболеваемости коронавирусом и смертей от него в России снова ежедневно бьет антирекорды. По данным на 20 октября, за последние сутки в стране заразились 34 тыс. человек. Общее число случаев COVID-19 с начала пандемии уже превышает 8 млн. Во многих регионах власти вновь ужесточают санитарные ограничения, отправляя россиян на вынужденную самоизоляцию и вводя систему QR-кодов для посетителей общественных мест. Койки даже в главных клиниках страны, включая московский НИИ им. Склифосовского, заполнены.
Одна из групп населения, которой в этих условиях приходится особенно нелегко — онкологические больные.
«Люди с онкологическими заболеваниями — это уязвимая категория граждан. И их нужно стараться защитить от всего. Как одуванчик. У них и так масса неприятностей в организме случилась. И сама болезнь, и лекарства, которые мы им вводим, не добавляют крепкого самочувствия», — констатирует врач-онколог, старший научный сотрудник отделения биотерапии опухолей НМИЦ им. Н.Н. Блохина Игорь Самойленко.
В рамках проекта портала стопкоронавирус.рф «Остановим пандемию вместе» мы провели с Игорем Самойленко большой прямой эфир и обсудили с ним все самое важное, что нужно знать онкопациентам и их близким в период пандемии. Мероприятие состоялось при поддержке Минздрава России.
Рак из-за вакцины – это миф
«Думать можно все, что угодно, но никаких данных пока на этот счет нет. С вакциной против COVID-19 и любой другой. Нет никаких оснований считать, что какая-то из вакцин вызывает злокачественные опухоли», — уверен Игорь Самойленко.
То же самое касается мифа о том, что вакцина изменяет ДНК человека. «Ваша ДНК ежедневно меняется сама по себе. Это процесс, который начинается с рождения и не останавливается на протяжении всей жизни. Собственно, так возникают опухоли, так возникает много чего. Это процесс, который идет без всякой связи с вакцинацией», — объясняет Игорь Самойленко.
По словам врача, кто-то может связывать рак и вакцинацию потому, что на момент прививки страшный диагноз еще не был известен пациенту. Однако это не значит, что болезнь уже тогда не скрывалась в организме.
«Вне зависимости от того, какой тип вакцины против коронавируса вы используете, этот спектр вакцин широко распространен по всему миру. И нет, он не делает людей хуже или лучше, не повышает их рисков каких-то. Связанных с опухолью, во всяком случае, точно», — заверил специалист, подчеркнув, что даже зарегистрированные случаи тромбоза после вакцины AstraZeneca относятся к препарату конкретного производителя, но не к векторным вакцинам в целом.
Онкобольные чаще умирают от COVID-19
Обобщенные данные по некоторым европейским центрам, которые в сентябре были представлены во время онкологического конгресса ESMO, к сожалению, свидетельствуют о том, что пациенты с онкологией, как правило, переносят коронавирус тяжело и чаще из-за него умирают.
«Болезнь протекает по-разному. Бывают люди, которые переносят бессимптомно, как и другие, те, кто не болеют злокачественными опухолями. Около 20% больных, у которых есть активное злокачественное образование, болеют тяжело. Это намного больший процент, чем среди людей, которые таких болезней не имеют. В целом пациенты с онкологическими заболеваниями умирают от ковида чаще, чем здоровые люди. Это правда», — рассказывает Игорь Самойленко.
Как все, пациенты с онкологией могут надеяться на удачу и верить, что они не пополнят пугающую статистику тяжелых и летальных случаев заболевания коронавирусом. Могут ограничиться строгой изоляцией или жизнью в защитном костюме. Однако лучшим вариантом индивидуальной защиты остается вакцинация.
«Вакцина – это в первую очередь индивидуальная защита. В отличие от маски, которая защищает людей от ваших выдохов. Коллективная она только тогда, когда вас много и все вы привиты», — отмечает Игорь Самойленко.
Перед началом интенсивной терапии нужно вакцинироваться
Идею прививать от ковида людей с онкологическими заболеваниями, у которых и так ослаблен иммунитет, врач считает очень правильной. Если такой человек заболевает коронавирусом, он не получает лекарств, которые ему нужны и лечение онкологического заболевания фактически останавливается. Свою роль играют и необходимость изолировать такого пациента, и невозможность продолжать терапию, пока не будет вылечена инфекция, будь то COVID-19 или грипп.
«На самом деле, если это касается не ковида, а других вакцин, общая рекомендация – пациенты должны быть привиты от гриппа, от пневмококка и так далее. Это общая история, потому что инфекции могут протекать тяжелее», — рассказывает Игорь Самойленко.
Пройти вакцинацию пациенты могут в любой момент до того, как они попадают в стационар. «В стационаре мы не вакцинируем. Там мы заняты другим делом. Если человек придет и сделает за неделю до операции вакцинацию – нет проблем. Он будет еще не защищен, но он будет защищен через месяц, через полтора, когда он получит свою вторую дозу и выработается достаточное количество антител», — объясняет врач.
Конечно, при таких сжатых сроках первое время, пока иммунитет еще не сформирован, такой пациент по-прежнему будет оставаться беззащитным перед инфекцией. Однако в отличие от тех, кто решил не прививаться, это будет лишь временно.
Стоит также учитывать, что согласно британским исследованиям, пациентам с онкологическими заболеваниями сложнее сформировать антитела на вакцину.
«Им обязательно нужна вторая доза. И даже после второй дозы они не достигают тех целевых показателей, которые бывают у здоровых людей. Во всяком случае, не все. Поэтому эффективность может быть понижена», — рассказывает Игорь Самойленко.
Из-за этого для пациентов с онкозаболеваниями оказывается немного сужен перечень вакцин, которыми они могут воспользоваться. Высока вероятность, что однокомпонентной вакцины им будет недостаточно. Однако это единственное ограничение.
«На самом деле предпочтений по вакцинам особых нет. Если вы спросите меня, я ориентируюсь на те, которые лучше всего опубликованы. Для меня это важно – иметь опубликованные доказательства эффективности. Поэтому я рекомендовал бы делать любую, которая доступна сегодня. Если бы это был мой пациент, наверное, я бы выбрал векторную вакцину все-таки», — отметил Игорь Самойленко.
Вакцина не «убивает иммунитет»
Мнение, что вакцинация повышает риск заболеть – еще один из многих популярных мифов.
«Вакцинация не убивает иммунитет. Как правило, люди, которые получили вакцину, формируют антитела против того, от чего они вакцинированы. Шансы заболеть другими болезнями после вакцины не повышаются», — уверен врач.
Он отметил, что концентрация некоторых видов клеток в крови снижается после химиотерапии или специальном облучении всего тела при лечении рака. Это действительно приводит к тому, что у человека страдают определенные виды иммунной защиты и повышается риск заболеть некоторыми видами инфекционных заболеваний, включая коронавирус. Однако у вакцины такого механизма воздействия нет.
«Вакцинация делается для того, чтобы сформировать определенный пул защитных клеток («клеток памяти» в том числе), вырабатывающих антитела – специальные маленькие белковые молекулы, которые будут нейтрализовать то, против чего они обучены», — напомнил Игорь Самойленко.
Даже если человек с онкозаболеванием не заболел ковидом, врач советует его семье привиться. Ведь такие пациенты чаще проводят время именно с людьми из близкого круга и именно те, кто в него входят, в основном и становятся источником заражения.
«Если вы защищены, то и ваш заболевший онкологическим заболеванием родственник тоже будет лучше защищен», — констатирует специалист.
Полную запись интервью с врачом, а также беседы с другими специалистами можно найти на Youtube-канале стопкоронавирус.рф.
Какой вакциной можно прививаться онкологическим больным
Доктор Питер
Химиотерапевты НМИЦ онкологии: Ковид не стал угрозой для жизни пациентов с диагнозом «рак»
Часто ли у пациентов с онкологическими заболеваниями выявляли коронавирус, как тяжело они болели и, главное, как это сказалось на развитии злокачественных новообразований, «Доктор Питер» спросил у химиотерапевтов НМИЦ онкологии им. Петрова.
Уже пережили страх за жизнь
Еще в начале пандемии онкологи НМИЦ им. Петрова говорили, что несмотря на ухудшение эпидобстановки их пациенты не хотят откладывать лечение – рака они боятся больше, чем коронавируса. По словам врачей, даже иногородние пациенты стремились во что бы то ни стало попасть на лечение — их не пугали ни риск заразиться в дороге, ни карантины, которые закрывали весной целые отделения. Остановить их могли только объективные причины – ограничения на перемещение или приостановка госпитализации.
— Наши пациенты уже пережили страх за свою жизнь из-за онкологического заболевания и для них лечение рака важнее, чем риск заразиться ковидом, — рассказала химиотерапевт отделения химиотерапии и инновационных технологий НМИЦ онкологии Анна Семенова. — Практически никто не отказывался от очередных циклов химиотерапии, в том числе из регионов – настаивают, просят. Когда были ограничения, некоторые просто не могли приехать, но не по собственному желанию. Сейчас все могут и без проблем приезжают.
Такое бесстрашие сочетается с особой дисциплинированностью. По словам Елены Ткаченко, заведующей отделением краткосрочной химиотерапии НМИЦ онкологии им. Петрова, практически все их пациенты строго соблюдают меры безопасности — носят маски, тщательно моют руки и стараются избегать многолюдных мест. Во время пандемии по возможности приезжали на химиотерапевтическое лечение из других городов на машине, старались во время курса химиотерапии жить в Петербурге.
Сегодня, говорят врачи, соотношение иногородних и местных пациентов полностью вернулось к обычному — примерно 70% и 30% соответственно, оба отделения химиотерапии работают, используют стандартные схемы лечения, – то есть возобновлены все режимы, включая агрессивные, если они показаны пациенту.
Заражались и болели, как все
Как говорят доктора, при любом инфекционном заболевании, будь то даже обычная ОРВИ, противоопухолевое лечение не проводится. С коронавирусом та же история – при выявлении COVID-19 химиотерапия переносится, пока человек не поправится. Напомним, с 5 мая НМИЦ онкологии начал тестировать своих пациентов на ковид в собственной лаборатории. Тест проводится накануне госпитализации, а в день поступления выполняется еще и компьютерная томография легких.
— Последние две недели стало спокойнее — почти никого не снимаем с госпитализации в отделение химиотерапии и инновационных технологий. А в мае-июне, бывало, у 4-6 человек в неделю либо тест давал положительный результат, либо КТ показывала характерные изменения в легких, — говорит Анна Семенова. — Некоторые наши пациенты даже серьезную пневмонию переносили бессимптомно. Так, у нас был пациент, который выписался и через неделю должен был снова проходить терапию. При поступлении на очередную процедуру КТ показало у него выраженную двустороннюю полисегментарную пневмонию с достаточно большой долей поражения легких – более 30-40%. При этом сам пациент ее совсем не чувствовал, у него не было ни температуры, ни кашля. И такое мы наблюдали не раз.
Как рассказала «Доктору Питеру» Елена Ткаченко, на отделении краткосрочной химиотерапии за почти 3 месяца тест на ковид при поступлении оказался положительным у немногих — всего у 14 человек, при том, что каждую неделю лечение на отделении проходят по 20-35 пациентов. По данным доктора, часть пациентов с подтвержденным ковидом болела с пневмонией, другие перенесли практически без симптомов.
— Чего мы боялись в начале пандемии? У наших пациентов причин для повышенной температуры, кроме ковида, и так много. Это побочная реакция на химиотерапию – так называемая фебрильная нейтропения, которую мы умеем лечить даже без госпитализации. Также сама по себе опухоль при распаде может давать температуру. Мы боялись, что наших пациентов без повода будут госпитализировать в ковидные стационары, где они могут подвергнуться еще большему риску заболеть, — рассказала Елена Ткаченко. — Боялись, что цитостатическая терапия, которая подавляет иммунитет, может оставить их без защиты и повысить риск заражения. Но среди наших пациентов критичных случаев не было, никто не погиб. Наблюдения показали, что рак не стал заболеванием, особо провоцирующим осложнения у инфицированных ковидом.
Ковид не «всколыхнул» опухоли
Как рассказали химиотерапевты, сезоны гриппа и ОРВИ не становятся большой проблемой для пациентов, проходящих противоопухолевое лечение. Даже несмотря на то, что многие в период прохождения курса отказываются от прививок против гриппа. В инструкциях к большинству цитостатиков (эти препараты влияют на процессы роста и деления всех клеток организма — Прим. ред.), использующихся в химиотерапии, отдельно оговаривается, что их применение может снижать иммунологический ответ на вакцинацию, а при одновременном введении с живой вакциной могут развиться тяжелые антигенные реакции.
Когда переболевшие ковидом начали возвращаться к профильному лечению, неприятных «сюрпризов» онкологи не зафиксировали — по словам врачей, все проходит в штатном режиме. К примеру, на отделении краткосрочной химиотерапии лечатся уже семеро.
«Химию» не связали с повышенным риском смерти от ковида
В конце мая в журнале The Lancet были опубликованы результаты исследования, проведенного в Великобритании при поддержке национальной сети по борьбе с раком. Его авторы проанализировали данные 800 пациентов с онкологическими заболеваниями, которые заразились коронавирусом. Исследователи хотели выяснить, как диагноз «рак» и получение противоопухолевой терапии повлияли на течение и исход у них COVID-19. Химиотерапию за 4 недели до положительного теста получил каждый третий участник (35% или 281 человек).
Как уточняется в исследовании, из 800 заболевших у 412 человек — более половины ковид протекал в легкой форме. Умерли 226 (28%) пациентов. По мнению авторов, риск смерти был значительно связан с их возрастом (средний возраст умерших 73 года) и полом (мужчины умирали чаще женщин), а также наличием сопутствующих сердечно-сосудистых заболеваний, в том числе гипертонии.
После анализа всех данных исследователи пришли к выводу:
«Смертность от COVID-19 у страдающих онкологическими заболеваниями, по-видимому, в основном определяется возрастом, полом и другими сопутствующими заболеваниями. Мы не нашли доказательств, что больные раком, получающие цитотоксическую химиотерапию или другое противоопухолевое лечение, имеют повышенный риск смертности от COVID-19 по сравнению с пациентами, не получающими активного лечения».
Онколог Пироговского Центра дал интервью «Комсомольской правде» на тему COVID-19 у больных раком и его профилактики
В Международный день борьбы с раком в «Комсомольской правде» вышли два интервью с заместителем главного врача стационара по онкологии, д.м.н. Владиславом Саржевским об особенностях течения вирусных инфекций, в том числе COVID-19, у больных раком, а также о целесообразности вакцинации.
Владислав Олегович рассказал в интервью об иммунотерапии злокачественных новообразований, факторах риска появления онкозаболеваний и дал рекомендации по их снижению.
Владислав Саржевский
Врач-онколог рассказал, стоит ли прививаться от коронавируса больным раком
4 февраля отмечается всемирный день борьбы с раком
Для онкологических пациентов риск тяжелого течения коронавирусной инфекции и летального исхода примерно в 2 раза выше, чем для обычных людей. О том, можно ли и нужно ли прививаться от ковида тем, кто борется с онкологией, и какие здесь есть нюансы, «Комсомолке» рассказал заместитель главного врача по онкологии Пироговского центра, врач-онколог и гематолог, доктор медицинских наук Владислав Саржевский.
Исследований нет, остается поверить экспертам
— Современная медицина строится на тех доказательствах, которые получены в процессе клинических исследований. К сожалению, пока нет исследований, которые могли бы давать рекомендации относительно вакцинации от COVID-19 для онкологических пациентов. Здесь можно говорить только о мнении экспертов, а этот уровень имеет самую низкую доказательность, — говорит Владислав Саржевский. — Однако, исходя из цифр тяжелых осложнений и смертности от ковида у пациентов с онкологией (а они в 2 раза выше, чем в основной популяции), — вакцинация нужна.
Пока что не решены две проблемы, связанные с вакцинацией от коронавируса больных раком. Первая проблема — это эффективность применяемой сейчас вакцины от коронавирусной инфекции, а вторая — ее безопасность.
— Если говорить об эффективности, то у большинства онкологических пациентов, особенно у тех, которые получают химиотерапию, снижено количество так называемых плазматических клеток. А это клетки иммунной системы, которые вырабатывают антитела, в том числе к COVID-19. Угнетение кроветворения, которое связано как с химиотерапией, так и с опухолью, снижает вероятность того, что будет выработано достаточное количество антител после прививки. Если «Спутник V» приводит к выработке антител у 90 % здоровых людей, то существует вероятность, что у пациентов с онкологическими заболеваниями эта цифра будет ниже, — говорит Владислав Саржевский.
Вторым идет вопрос безопасности. Теоретически вакцинация может ослабить иммунную систему онкологических пациентов, считает эксперт.
— Первейшая задача для иммунной системы онкологического больного — это борьба с раком. Соответственно, если вакцина ослабляет иммунную систему онкологического пациента, то можно в теории ожидать прогресса опухоли. Это предположения, доказательств нет, но результаты мы увидим, когда будут проведены соответствующие исследования.
— Но может, есть люди, которым стоит рассмотреть возможность привиться, учитывая опасность сочетания рака и ковида?
— «Рак» — это очень широкое понятие. Есть онкологические пациенты, которые прошли лечение несколько лет назад и заболевание сейчас в ремиссии. А значит, пациент не проходит химиотерапию, его иммунную систему не ослабляет растущая опухоль. Таким пациентам вакцинация не навредит. И такой группе пациентов можно посоветовать идти в поликлинику и делать прививку, проконсультировавшись со своим врачом.
Вторая группа пациентов — те, кто нуждается сейчас в противоопухолевом лечении. Проведение противоопухолевого лечения (химиотерапия, лучевая терапия, операция) может значимо ослабить иммунную систему. С одной стороны в этой ситуации существует вероятность более тяжелого течения вирусной инфекции, а с другой — можем столкнуться с низкой эффективностью и неизвестным профилем безопасности вакцинации. В любом случае, на мой взгляд, стоит рассматривать таких пациентов как кандидатов на вакцинацию, тщательно оценивая соотношение потенциальной пользы и возможные риски. Важно помнить, что решение здесь должно приниматься вместе с врачом и индивидуально.
— Для кого степень риска наиболее высока?
— Есть группа онкогематологических заболеваний, где злокачественная клетка может развиваться в костном мозге, там, где как раз и формируется иммунная система. Это группа больных, у которых самая высокая летальность от коронавирусной инфекции. И с этими пациентами высока вероятность того, что вакцинация просто не даст того эффекта, к которому она призвана, не будет выработки достаточного уровня антител. Но и здесь решение о том, проходить ли вакцинацию, должно приниматься индивидуально в тандеме с лечащим врачом. Быть может, стоит подождать, если пациент в состоянии соблюдать длительную изоляцию и не нуждается в визитах к врачу. А быть может, как раз предстоит серьезный этап лечения, и ранее у пациента не было проблем с вакцинацией. Тогда, возможно, стоит рассмотреть вариант привиться от коронавируса.
Врач-онколог рассказал, когда вирус особенно опасен, а когда — помогает вылечить рак
«Комсомолка» поговорила с сотрудником Пироговского центра
Наиболее высокая летальность от ковид — среди пациентов, страдающими злокачественными новообразованиями системы кроветворения
— Онкогематологические заболевания изначально начинаются либо в костном мозге, а именно там развиваются клетки, большинство из которых отвечают за правильную работу иммунной системы, либо опухоль у онкогематологических пациентов может начинаться в лимфатических узлах, в которых тоже происходят значимые процессы, ответственные за иммунитет. Именно поэтому такие злокачественные опухоли наиболее опасны ввиду значимого приобретенного дефекта иммунной системы, что и предполагает более тяжелое течение любой вирусной инфекции, в том числе и COVID-19. В ряде случаев вирусы настолько опасны для этих пациентов, что могут привести к фатальным осложнениям, — говорит Владислав Саржевский.
— Не так давно «Комсомолка» писала об онкологическом пациенте, состояние которого улучшилось после того, как он переболел ковидом. Заговорили даже о том, что, мол, коронавирус может помочь в борьбе с раком.
— Заболевание коронавирусной инфекцией не способствует излечению от злокачественной опухоли. Это абсолютно точно. В этом случае можно предположить токсичное воздействие вируса на костный мозг. Одна из моих пациенток, которая страдает заболеванием «истинная полицитемия», эта болезнь характеризуется повышенным количеством эритроцитов, также как в ряде случае, и лейкоцитов, и тромбоцитов в крови. Мы как гематологи даем таким пациентам препараты, которые снижают уровень этих показателей. Так вот, в тот период, когда пациентка заболела коронавирусной инфекцией, высокий уровень гемоглобина, тромбоцитов и лейкоцитов исчез. То есть вирус, в том числе поражая костный мозг, приводит у таких пациентов к снижению негативных показателей на определенном этапе, но это не излечение, а результат токсического воздействия. Когда у этой пациентки коронавирус ушел из организма, показатели крови снова начали расти.
Чудеса медицины: как вирус помогает лечить онкологию
Действительно, определенные вирусы могут использоваться наукой и медициной во благо. Есть некоторые методы лечения рака, при которых вирусы используются как дополнительное средство воздействия на опухоль, поясняет эксперт.
— Сейчас очень много говорят об иммунотерапии злокачественных новообразований. В научном сообществе обсуждаются методы, которые бы позволили улучшить ее эффективность, — рассказывает Владислав Саржевский. — Здесь работа идет, в том числе, над такими нестандартными методами, как инфицирование опухоли вирусом. Это направление в науке получило название «онколитическая виротерапия». При помощи вируса в опухоли вызывается воспаление, что повышает ее восприимчивость к иммунотерапии. Но это еще только эксперимент.
Есть и апробированный метод лечения рака, в котором используются вирусы. Это CAR-T терапия. Этот метод лечения зарегистрирован и работает в Европе и США, у нас он пока используется в рамках клинических исследований у детей с онкогематологическими заболеваниями.
— CAR-T терапия используется для того, чтобы спасать онкологических пациентов, для которых оказались не эффективны все предыдущие методы лечения. На первом этапе кровь разделяют на компоненты и получают определённое количество нормальных лимфоцитов. Далее в полученную клетку вводят векторы вирусов (инструменты, которые используются для того, чтобы доставить нужный генетический материал в клетки, — прим. ред.). Эти векторы позволяют настроить лимфоцит человека на борьбу с опухолью. Перестроенный таким образом лимфоцит вновь возвращают пациенту и эта новая CAR-T клетка ведет целенаправленную борьбу с опухолью, — говорит Владислав Саржевский.
Доживем ли мы «до своего» рака?
Чем дольше мы живем, тем выше вероятность заболеть раком. Чем старше человек, тем слабее его иммунная система и выше вероятность, что какая-то из клеток, которая встала на путь опухолевой мутации, не будет распознана иммунной системой, не будет уничтожена и сможет развиваться дальше.
— Может ли каждый человек дожить до своего рака в глубокой старости? Такая вероятность существует, но не надо забывать о том, что по статистике большинство людей в мире умирают от сердечно-сосудистых заболеваний. Онкология — на втором месте в печальной тройке лидеров по смертности. На третьем — инфекционные заболевания, — напоминает Владислав Саржевский.
Правила безопасности: нет алкоголю и ожирению
— Не заболеть раком помогут самые тривиальные рекомендации, но они же и самые эффективные и доступные любому человеку, — считает врач-онколог. — Иммунную систему лучше всего поддерживает здоровый образ жизни и здоровое питание. Люди, которые ведут активный образ жизни, кто не нагружают себя тяжелой пищей и алкоголем, имеют более сильную иммунную систему, а соответственно у них ниже вероятность заболеть раком. Классический пример, рак молочной железы. Это самая распространенная злокачественная опухоль у женщин. Здесь четко известны факторы риска: это алкоголь и ожирение. Если жить таким образом, чтобы давать своей иммунной системе быть более здоровой, то мы значительно снижаем риск этого заболевания.
Особое внимание: онкопациенты в ковид могут дольше носить в себе коронавирус
— Есть риск того, что у онкологического пациента, заболевшего коронавирусом, вирус будет сохраняться в организме дольше, чем у обычных людей, — говорит Владислав Саржевский. — Это нужно учитывать и не пытаться по собственной инициативе закончить лечение, выходить на улицу, начинать активно работать. Есть вероятность и того, что контагиозность, то есть заразность, у онкологических пациентов, заболевших COVID-19, может быть выше, чем у других людей. И особенно внимательными нужно быть онкогематологическим пациентам. Они в самой высокой группе риска, а врачам по возможности стоит использовать те методы лечения, которые не сильно угнетают иммунную систему.
Для больных раком важно:
