Послушание или профессия?
Размышления церковной лавочницы
Чтобы получить возможность служить у алтаря, люди поступают в семинарию, заканчивают ее, а кто-то на этом не останавливается и идет в академию. Священнослужитель обязан быть образованным.
Чтобы стать рядовым певчим в церковном хоре, нужно иметь слух, голос, представления о музыке вообще и о церковном пении в частности. Певчий должен украшать богослужение своим талантом и настраивать молящихся на богомыслие.
Чтобы работать в свечной лавке сегодня… не нужно вообще ничего. То есть АБСОЛЮТНО. Никаких знаний, умений, талантов, склонностей: просто иди и свечками торгуй. Так это в большинстве случаев и происходит.
Счастье, если человек попался знающий, неравнодушный, воспитанный, умеющий (и старающийся!) найти подход к каждому, кто переступает порог храма и ищет ответы на вопросы. А если нет? Что, если все его таланты исчерпываются умением быстро считать в уме?
Тогда это катастрофа. Без кавычек даже. Настоящая катастрофа, если в лавке, на миссионерской передовой, стоит безграмотный, невоспитанный, грубый человек, глубоко травмированный сознанием своего величия.
Смысл этого послушания, действительно, очень велик. Но именно смысл, а вовсе не человек, который послушание несет. Ему должно быть совершенно некогда гордиться и даже думать в этом направлении. Потому что каждый, кто появляется на церковном пороге, приходит не с пустыми руками. Каждый несет с собой ворох проблем, из-за которых порой и сам-то не виден. Проблем духовных, душевных, бытовых, семейных, финансовых, жилищных, рабочих, детских травм, ошибок и заблуждений.
Нет, лавочница не должна их решать. Но диагностировать проблему и быстро направить человека туда, где ему помогут, она уметь обязана. Являясь зачастую первой, кого приходящий видит в храме, лавочница должна обладать целым перечнем умений.
Знание. Это, собственно, основа основ. Человек в лавке должен иметь хотя бы приблизительное представление о содержании Ветхого и Нового Заветов, церковной истории, о смысле и назначении Таинств. Просто так эта информация в голове ниоткуда не возьмется – придется много читать и прочитанным уметь пользоваться.
Коммуникативные навыки и знания психологии (набор методик психологической помощи) – обязательны
Второе. Человек в лавке – универсальный солдат. Он должен уметь разговаривать и с преподавателем, и с дворником, буде у тех появятся вопросы и потребность найти на них ответ. С человеком в кризисе или депрессии. Понимать разницу между хулиганством и острым психозом. То есть «прокачанные» коммуникативные навыки и базовые знания человеческой психологии – обязательны. Не диванный психоанализ, а именно набор действенных методик скорой психологической помощи, который от одного желания помочь, увы, не сформируется. Нужны курсы, обучение, практика под руководством специалиста.
Устойчивый миф о лавочнице как о склочной, нелюбезной особе имеет в ряде случаев, увы, веские основания. Но зачастую желание быть внимательным к каждому человеку и реальная возможность это осуществить не совпадают. Однажды после продолжительной беседы о книжных новинках, поминовении усопших и необходимости регулярной исповеди собеседница сердечно поблагодарила за подробные объяснения и даже за саму возможность задавать вопросы. Добавив при этом: а вот там-то (назвала приход) мы были на службе – ничего подобного нет. Пришлось ее разочаровать: если бы служба сейчас шла у нас, и у нас бы ничего подобного не было. Невозможно обсуждать прекрасные книги, когда сзади напирает толпа с записками и через головы впереди стоящих тянутся руки за свечами, просфорами, гайтанами и «дайте иконку, чтоб с собой носить». Невозможен и неуместен никакой продолжительный диалог в это время, поэтому не сердитесь, если в ответ на вопрос об отношении церковных авторитетов к технологической сингулярности вы получите недоуменный взгляд или раздраженное ворчание. Некоторые вещи не обсуждаются на бегу. А некоторые так и вовсе не обсуждаются – к этому тоже надо быть готовым.
И третий, но по значимости далеко не последний пункт: личные качества соискателя. Человек, с утра до вечера контактирующий с другими людьми, должен иметь сбалансированную нервную систему и обладать навыками, помогающими избежать профессионального выгорания, то есть превращения в классическую «православную ведьму». Смех смехом, но признаюсь, что сама я в лавке долго работать не смогла именно из-за отсутствия необходимых навыков саморегуляции. Возвращаясь с работы, я падала лицом в подушку и исчезала для окружающих. Внутри была пустота, глубочайшее недовольство собой и миром, утомление, вызванное попытками соответствовать тому, к чему склонности совершенно не имелось. Такое случается, если работаешь не по призванию, а просто потому, что больше никого не нашлось.
В лавке не должно быть случайных людей: их для этого послушания надо тщательно подбирать и учить
Все сказанное выше говорилось с единственной целью: чтобы в лавке не было случайных людей, их для данного послушания надо тщательно подбирать, учить и воспитывать. Так же последовательно, как регентов учат гласам и управлению хором, как будущих иконописцев заставляют досконально разбираться в каноне, композиции, живописных секретах и правилах изображения святых. Никто не рождается идеальным миссионером, богословом, публицистом – всякому таланту нужно время и условия для прорастания. Послушание в лавке – огромная ответственность, и когда придет время отвечать, варианты «я не знала / не умела» в расчет приниматься не будут: все расстроенные, дезинформированные, напуганные или обиженные нами люди будут свидетельствовать на стороне обвинения.
Работа в церкви, храме. Работа для православных.
СО-ТРУДНИК Вестник православной работы.
Для размещение объявления:
1) ВСТУПИТЕ В ГРУППУ
2)НАПИШИТЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ В «ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ»(*)
Показать полностью.
*ПРИМЕЧАНИЕ: Если вы хотите не только РАЗМЕСТИТЬ ВАКАНСИЮ, но и ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ, вы можете нажать на синюю кнопку «подать вакансию» (стоимость размещения через данную функцию-100 руб.). Благодарим за поддержку! Все собранные деньги пойдут на развитие проекта.
Все объявления проходят предварительную модерацию.
=======================
Работа в церкви.
Работа в храме.
Работа для православных.
Наши цели и задачи:
— Сделать информацию о работе для православных более доступной и оперативной.
— Повысить уровень профессионализма специалистов и волонтеров, работающих в сфере профессионального развития и трудоустройства социально незащищенных групп.
— Предоставить православным работодателям возможность выбора сотрудников, обладающих ценностями православного человека.
— Способствовать повышению конкурентоспособности православных соискателей при трудоустройстве как в православные организации, так и на открытом рынке труда.
-Способствовать укреплению позитивного образа православных работодателей и соискателей.
=========================
Правила группы.
— Официальные представители православных организаций могут получить доступ к прямому оперативному размещению вакансий (без предварительного одобрения модераторами)
— мы открыты к расширению нашей добровольческой команды- предлагайте идеи, проекты..
Мы не размещаем:
— вакансии, не имеющие отношения к православию и православным
— информацию о сборе пожертвований от людей, с которыми лично не знакомы.
===
Администрация группы не является представителем ни соискателей, публикующих в группе свои резюме, ни работодателей, размещающих вакансии, поэтому не может отвечать ни за какие финансовые обязательства, возникающие между теми и другими.
Любые договоренности между соискателями и работодателями, являются двусторонними.
«Мне достаточно того, что имею»: сколько зарабатывает священник РПЦ
В Подмосковье
Наш новый герой служит в церкви. Он рассказал, почему священники страдают от выгорания и как он с этим справляется, сколько зарабатывает и какие дополнительные источники дохода бывают у духовенства, как священнослужители могут потерять место работы и так ли часто встречаются батюшки на очень дорогих автомобилях.
Дискуссия в комментариях вышла настолько содержательной, что врывается в текст
Под этим материалом герой открыто и подробно отвечает на вопросы читателей, и некоторые из его ответов нам кажутся важными дополнениями к его рассказу, поэтому мы добавили их в текст — вы увидите их на таких же вставках, как эта.
Образование
Я вырос в хорошей, но не религиозной семье. У нас не принято было регулярно ходить в храм или молиться дома. А меня уже в юношестве привлекали «помогающие» профессии: хотелось стать либо врачом, либо священником. В 14 лет я решил, что после школы пойду в семинарию. В старших классах алтарничал — помогал при богослужениях в алтаре в одном из подмосковных храмов. Алтарничать перед семинарией обязательно: без рекомендации настоятеля храма и благочинного округа поступить на учебу невозможно. Я познакомился с замечательными священниками Москвы и области, которые всей своей жизнью показывали пример жертвенного служения. Думаю, общение с ними и стало определяющим фактором при выборе профессии. В то же время это было и мое личное, осознанное решение.
В семье поначалу без энтузиазма отнеслись к моему выбору. Но когда родители поняли, что он окончательный, от меня отстали. Очень им благодарен, что не стали препятствовать дальше.
Чтобы подать документы на поступление в семинарию, необходимо пройти собеседование в Новодевичьем монастыре: тут с абитуриентами знакомится ректор, благочинные и другие важные лица. Сегодня для поступления нужны результаты ЕГЭ, также проводятся внутренние экзамены. Важны не только твои знания, но и стремление, желание служить Богу и людям. Узнать это в формате обычных вступительных испытаний непросто, поэтому при поступлении абитуриенты около недели живут в семинарии и проходят различные послушания, сдают экзамены, ходят на службы, общаются с преподавателями. Всего во время поступления проходишь 4—5 собеседований. По крайней мере, так было до прошлого года: слышал, в этом собираются что-то менять, но что именно — не знаю.
В семинарии я провел пять лет. Там ты живешь в мужском коллективе и учишься. У нас были профильные предметы: литургика, догматическое и нравственное богословие, история Церкви, экзегетика Ветхого и Нового Заветов, греческий и латынь, патрология. Были и светские предметы: риторика, история России, английский, психология, пение и другие. Еще мы выполняли различные послушания: убирали снег на улице, чистили в трапезной картошку, алтарничали, убирались в храме и так далее. Нам платили стипендию — около двух тысяч рублей, круглым отличникам больше.
Домой разрешалось выезжать раз в месяц, после лекций в субботу, а в понедельник утром нужно было возвращаться на занятия. Каникулы были после Рождества Христова — около пяти дней, три-четыре дня после Пасхи и летом — месяц-полтора.
была стипендия в семинарии
Люди идут в священники по разным причинам. Некоторые выбирают этот путь, потому что отец священник — есть связи и возможность в дальнейшем стать настоятелем большого прихода. Но таковых, слава Богу, меньше. Намного больше тех, кто служит по призванию.
Если у тебя нет призвания, то ты, возможно, станешь требоисполнителем, но не священником. Требоисполнителями называют тех, кто делает что положено и как положено, но без души, лишь бы сделать. Зачастую такой священник после службы тут же убегает из храма, не хочет тратить свое время на общение с прихожанами. Все по минимуму. Таких сразу видно.
В семинарии я встречал студентов, которые, отучившись несколько лет, уходили, так как понимали, что лучше быть хорошим прихожанином, чем плохим священником. Это честно и правильно.
Наша священническая «карьера» вполне предсказуема. Если во время обучения ты не успел жениться и рукоположиться, то есть стать священником, то на пятом курсе администрация семинарии распределяет тебя в храм чтецом — это первая степень церковнослужителя. Ты остаешься на этой должности до тех пор, пока не женишься и не рукоположишься либо не станешь монахом. Женитьба — обязательное условие для священника. У меня есть несколько знакомых, которые уже лет пять служат чтецами, так как до сих пор не женаты, но и в монастырь не хотят.
После семинарии всех обязательно приписывают к конкретному храму: указ о назначении на приход выдают на выпускном вместе с дипломом. Обычно после учебы тебя отправляют туда, откуда ты пришел. Например, я поступал в семинарию от храма в своем городе и вернулся туда же. Но бывают и исключения: во время обучения в семинарии студент может познакомиться с преподавателями из других благочиний и по договоренности перейти в другой район.
получал в чине чтеца в подмосковном храме
После семинарии я женился и довольно скоро стал диаконом — это первая степень священнослужителя. Диакон помогает священнику и епископу совершать службу, он украшает богослужение, благодаря ему оно становится более торжественным. Также диаконы преподают в воскресных школах, проводят беседы с людьми перед Крещением. При этом ни одно из семи Таинств — крещение, миропомазание, исповедь, причащение, елеосвящение, или соборование, венчание и священство — они совершать не могут.
Более шести лет назад меня рукоположили в священники. Я ощущаю себя на своем месте: мне нравится помогать людям, приятно видеть, как человек постепенно меняется, меняется его жизнь, его семья. Понимаешь, что это Бог твоими грешными руками помогает и отвечает людям на их просьбы.
Суть профессии
Также любой священник должен быть хорошим психологом, утешать, поддерживать, зачастую помогать решать вполне себе земные проблемы. Например, у прихожан бывают вопросы о том, как наладить отношения с родителями, как привести ребенка в храм, где и как найти себе жену или мужа и так далее. Приходят с проблемами, связанными с работой или ее отсутствием, советуются по поводу отношений с начальством и коллегами. И, конечно, обращаются, если болеет или умирает близкий человек.
На мой взгляд, нормальный священник не будет заниматься бытовыми вопросами прихожан: подсказывать, какой марки купить машину, в какой цвет покрасить волосы, где в доме забить гвоздь, куда поехать отдохнуть. К сожалению, некоторые и сюда свой нос суют и заставляют своих духовных чад спрашивать у них на все разрешение. А по моему мнению, священник должен «воспитать» прихожанина свободным, чтобы он не прибегал со всякими мелочными вопросами, умел сам организовать свою религиозную жизнь и нести за это ответственность.
У священника есть и прямые обязательства: совершать службы, причащать, венчать, крестить, исповедовать и так далее. Самое радостное для меня — венчать и крестить тех, кто знает, зачем им это нужно, а не просто «чтобы не развестись» и «чтобы Бог защищал».
Сложнее всего отпевать, особенно в моргах, где бывает по пять-шесть отпеваний подряд и на каждое дают минут 15—20. А если стоит жара, то при всем старании работников морга запах тления все равно просачивается повсюду. Все на потоке, никто ничего не понимает, всем бы только закончить побыстрее. Это самое тяжелое: видишь, что никому ничего не нужно, просто «отмахал кадилом» и все.
Как и врачи с учителями, мы подвержены выгоранию.
Это происходит из-за большого потока людей, которые приходят со своими бедами, слезами, горем, и ты так или иначе погружаешься в их трудности. Конечно, со временем приобретаешь профессиональную привычку «стряхивать» с себя эти проблемы при выходе из храма. Но когда с этим сталкиваешься изо дня в день, из года в год — это тяжело. Растет раздражение, появляется апатия, сложно восстановить силы. Об этом нужно не забывать и заранее принимать меры.
Помогает духовная жизнь, молитва, консультация с более опытным священником, собственная исповедь. В нашей епархии есть хорошая традиция ежегодной исповеди в Новодевичьем монастыре во время Великого Поста. Ее принимают опытные священники, которые служат в храмах Московской епархии более 30 лет. Лично мне такие исповеди очень помогают.
Только после трех-четырех лет служения я понял, зачем нужен отпуск в 28 календарных дней. Раньше уходил всего на две недели, и этого было достаточно. Хороший отдых, качественное время, проведенное с близкими, дает силы. Мир в семье священника очень важен. Когда в тылу надежно, на фронте все хорошо.
Еще тяжело понимать, что твой КПД очень низкий: как бы ты ни старался, как бы ни проповедовал, все равно не сможешь заставить человека поверить в Бога, ходить в храм и меняться. Реально действуют только слова, подтвержденные твоей собственной жизнью. И то не сразу, а со временем. Но ты должен сеять, а взрастет семя веры в сердце человека или нет — это от тебя не зависит.
Место работы
Более пяти лет я служу в подмосковном храме. Он не городской, но и деревенским его сложно назвать — у нас микрорайон. Молодежи до 25 лет к нам приходит мало, людей среднего и старшего поколения, пенсионеров — побольше. Крестины, как и венчания, проводятся нечасто, так как у нас не город.
В Церкви своя строгая иерархия. Как правило, границы областей совпадают с границами епархий, каждой епархией управляет епископ, который также может награждаться званием архиепископа или митрополита. У нас это митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий — один из старейших епископов в Русской Православной Церкви, он управляет Московской епархией с 1977 года.
Обычный священник видит своего управляющего епископа очень редко: когда рукополагается или чем-то награждается. Наград у священнослужителей много: есть богослужебные, есть общецерковные. Богослужебные дают за выслугу лет, общецерковные — за деятельность. Например, если священник помимо службы несет какие-то административные послушания или возглавляет отдел в епархии, ему могут дать грамоту или орден.
В каждом районе есть благочинный — он следит за порядком во всех местных храмах, смотрит, чтобы функционировали все епархиальные отделы, решает конфликты в приходах, общается с администрацией города. В реальной жизни все зависит именно от него: если у тебя сложились отношения с благочинным, то все будет более-менее хорошо. В противном случае бывает плохо, так как в его власти перевести священника в другой храм, снять настоятеля с должности, запретить его в служении. Причем даже если ты хороший, исполнительный священнослужитель, но чем-то не понравился благочинному, могут начаться проблемы. Это не всегда так, но бывает. Я знаю случаи, когда в соседние районы приходили новые благочинные и в скором времени там начинали менять настоятелей приходов, переводить священников на другие места служений.
Вообще священник довольно уязвим, у него мало средств защиты от благочинного и архиерея. Тут все как в миру. С той лишь разницей, что если ты, например, бухгалтер и тебя выгнали из одного офиса, то ты можешь пойти в соседний. У нас не так.
Если священника запретят в служении, то он потеряет возможность служить, а значит, и зарплату.
Есть три вида прещения, то есть церковного дисциплинарного наказания:
Заштатного и запрещенного священника обычно прикрепляют к какому-то другому приходу или монастырю, где он несколько лет служит как обычный чтец. Ему платят зарплату, но в разы меньше, и он не может совершать треб, то есть лишается дополнительного заработка. По истечении срока его могут восстановить в служении.
Извержение из сана означает, что обратного пути в священство у тебя нет.
Проблема в том, что большинство священнослужителей имеют только семинарское образование и больше ничего не умеют. Если такого священника запретят, то в соседний приход он не пойдет и даже в соседнюю епархию перевестись будет чрезвычайно сложно. Вот это и есть наша ахиллесова пята, и все это знают. Некоторые церковные власти этим манипулируют. Особенно учитывая, что большинство священников — многодетные.
В общем, запрет в священнослужении — это больная тема и страшный сон для любого священника. Можно оспорить решение, но для этого надо обратиться в общецерковный суд. Также в каждой епархии есть свой епархиальный суд, куда входят опытные священнослужители.
У нас благочинный вменяемый, человечный, это уже дорогого стоит. Также у меня сложились хорошие отношения с другими священнослужителями в благочинии, что тоже важно.
Благочинные назначают настоятелей. Они в храме отвечают за все: ведение службы, чистоту, финансовые вопросы, порядок ремонта, отчеты и прочее. Если храм городской, то настоятелю могут помогать другие священники. Они совершают рядовые службы, несут различные послушания.
Зарплату настоятель себе назначает сам, исходя из финансовой возможности прихода и сообразуясь с собственной совестью.
Правящий архиерей посещает храмы в своей епархии. Такой приезд епископа всегда дорого выходит настоятелю, так как за это он должен заплатить епископу — слышал, что в нашей епархии это минимум 100 тысяч рублей, — его диакону и иподиаконам (помощникам) плюс накрыть стол после службы. В общем, приезд епископа — это очень затратное мероприятие, хотя и очень торжественное. Но! Не все епископы берут деньги с настоятелей за свой приезд.
Рабочий день
Самые рабочие дни для нас — это выходные, так как большинство людей приходят в храм именно в субботу-воскресенье.
Я совершаю Литургию — это главная служба в Церкви — три-четыре раза в неделю, бывает и чаще. Перед этим нужно прочитать положенное молитвенное правило. Но самая важная подготовка к службе — это сама жизнь священнослужителя, то, как и чем он живет. Об этом очень хорошо пишет апостол Павел: священнослужитель «должен быть непорочен, одной жены муж, трезв, целомудрен, благочинен, честен, страннолюбив, учителен, не пьяница, не бийца, не сварлив, не корыстолюбив, но тих, миролюбив, не сребролюбив, хорошо управляющий домом своим, детей содержащий в послушании со всякою честностью; ибо, кто не умеет управлять собственным домом, тот будет ли заботиться о Церкви Божией? Не должен быть из новообращенных, чтобы не возгордился…» Лучше и не скажешь! Кроме того, накануне службы нельзя иметь близость с женой.
По рабочим дням я встаю в 6:25, молюсь, добираюсь до храма. В 8:00 начинается служба, около 10:00 заканчивается. После службы могут быть различные требы: крещения, отпевания, молебны. Бывают беседы с прихожанами. До вечерней службы я дежурю в храме.
Любой человек, который заходит в храм в течение дня, может поговорить со мной о своих проблемах.
В 17:00 — вечерняя служба: она может длиться от полутора до двух с половиной часов. Если никакого праздника нет, то в храме бывает от 5 до 20 человек.
Домой я обычно возвращаюсь в 20:00—21:00. На неделе у меня, как правило, один-два выходных, их я провожу дома, с женой и детьми. Стараюсь быть с ними как можно чаще. Но бывает, что выходных нет совсем, например в последнюю неделю перед Пасхой.
Помимо службы в храме у священника могут быть и различные послушания. Его на них назначает настоятель храма, они могут быть связаны с его светской профессией. Например, если священник по светскому образованию журналист, его могут назначить руководителем отдела по работе со СМИ в своем благочинии. Если он врач — могут поставить во главе отдела по взаимодействию с медицинскими учреждениями. Также в послушания часто входит преподавание в воскресной школе, православных гимназиях, семинарии, на библейских курсах. Кроме того, священник может работать в административном центре епархии. У нас он располагается в Новодевичьем монастыре, там работают делопроизводители, секретари и так далее. Еще священник может возглавлять какой-нибудь отдел в своем благочинии, у нас их много.
Если ты настоятель храма, к твоей работе добавляется огромное количество отчетов о социальной, миссионерской, молодежной деятельности прихода, а также поиск спонсоров для храма. Спонсоры сейчас на дороге не валяются. Это в нулевые годы, по рассказам, их было больше, сейчас же это редкость. Думаю, дело в том, что по разным причинам авторитет Церкви сильно упал в глазах общественности.
Так что теперь храм, как я понимаю, живет в основном за счет пожертвований людей: чем больше прихожан — тем выше доходы. Если в городе храм может ежемесячно получать до миллиона рублей, то в сельской местности сумма будет гораздо ниже. Также можно сдавать в аренду помещения, трудиться в сфере сельского хозяйства, заниматься бизнесом, который не противоречит Уставу Церкви и постановлениям Соборов, то есть не приводит к умножению человеческих страстей: пьянства, блуда и так далее. Эти средства идут на реставрацию зданий, постройку воскресных школ и прочие цели. Я знаю настоятеля, который разводит коров и другую живность, а продукты реализует у себя в храме.
Сколько зарабатывают российские священники, и как устроиться работать в церковь
Многие ошибочно полагают, что зарплаты священникам платят из бюджета, то есть из налогов, которые платят другие россияне. Но на самом деле это вовсе не так. Давайте разберемся, из каких средств формируются доходы священнослужителей, от чего зависит их размер и может ли «человек с улицы» устроиться на работу в церковь.
Как стать священником
Если раньше священником мог стать любой желающий при условии, что он долгое время прислуживал в церкви, то сейчас попасть в число священнослужителей могут только выпускники духовной семинарии, получившие высшее образование. У вчерашних семинаристов есть выбор: они либо остаются холостыми и постригаются в монахи, либо женятся и просят епископа принять их в священники. Еще один вариант — написать прошение о постриге, и стать священником уже после определения в монастырь.
При этом стоит различать церковнослужителей и священнослужителей. Первые — свещеносцы и чтецы — не имеют права совершать церковные таинства, например, венчать или крестить людей, — они лишь помогают священнослужителям в проведении служб. А вот священнослужители — диаконы и иереи — могут выполнять требы, совершать богослужения, заходить в алтарь и возглавлять приход. Существует между ними и промежуточное звено — иподиаконы, которые не считаются священнослужителями, но все-таки имеют право находиться в алтаре.
От чего зависят зарплаты работников церкви
В распоряжении прихода имеются только те средства, которые пожертвовали прихожане. Причем пожертвования — это не только те деньги, которые попадают в специальные урны, но и средства, которыми верующие расплачиваются за свечи, требы, крестики и религиозную литературу — словом, за все, что можно отыскать в церковной лавке. Причем «цены», то есть рекомендуемая величина пожертвований за свечи, записки и все прочие «товары», определяется настоятелем конкретного храма.
И само собой, такой доход не может быть постоянным: по большим православным праздникам, например, на Пасху или Рождество, сумма пожертвований возрастает в несколько раз, а летом, когда основная масса прихожан, которую составляют пенсионеры, разъезжаются по дачам, существенно падает. Кроме того, итоговая сумма зависит и от местоположения прихода. Так, если храм расположен в деревне с парами сотен жителей, доход может не достигать и 10 тысяч рублей, а вот в крупных приходах Москвы их величина измеряется миллионами рублей.
При этом на зарплаты и налоги церковь обычно тратит порядка 40% пожертвований. Каких-то определенных окладов для свечниц, уборщиц, звонарей и священников не существует — все зависит от дохода прихода и желания настоятеля. Как правило, работнику, который трудится на полной ставке, устанавливают оклад не ниже прожиточного минимума.
Какие зарплаты получают священники
Итак, повторимся: если приход маленький, и его доход составляет 10–20 тысяч рублей в месяц, то и платить зарплату сотрудникам не из чего. В итоге всю работу, включая уборку храма, выполняют сам настоятель и его супруга, матушка, или простые прихожане, которые готовы служить церкви на безвозмездной основе.
Что касается более крупных приходов, — например, в одном из областных центров, здесь рядовой священник может получать зарплату от 20 до 200 тысяч рублей. Эта сумма будет складываться из оклада и того, что ему удалось заработать на требах. При этом зарплаты молодых священнослужителей не бывают высокими и редко превышают 35 тысяч рублей в месяц. В Москве ситуация иная — в столичном храме священник может рассчитывать на зарплату в 200 тысяч рублей. А настоятели самых известных храмов России и вовсе могут похвастаться зарплатой свыше миллиона рублей.
Ранее сообщалось, что в ближайшее время на территории Нижегородской области появятся семь новых храмов.
