Книги
Ритуалы бедствия: антропологические очерки / С. Б. Адоньева, И. С. Веселова, А. В. Степанов, Л. В. Голубева, Н. А. Курзина, Ю. Ю. Мариничева; под ред. С. Б. Адоньевой. — СПб. : Пропповский центр, 2020.
Магические практики севернорусских деревень: заговоры, обереги, лечебные ритуалы. Записи конца XX — начала XXI века: в 2 т. Т. 2: Вологодская обл.
Магические практики севернорусских деревень: заговоры, обереги, лечебные ритуалы. Записи конца XX — начала XXI века: в 2 т. Т. 1: Архангельская коллекция
В книге представлены работы петербургского этнографа и фольклориста Валентина Виноградова (1974–2012): кандидатская диссертация и несколько статей, относящихся к магистральному направлению его исследований — почитаемым местам как зонам контакта между сакральным и профанным мирами в русской культуре Северо-Запада России, а также механизмам сохранения и передачи информации о них. В основе исследований В. Виноградова — материалы, собранные им в экспедициях по Северо-Западу России и на Русский Север. В Приложении к диссертации содержится объемный корпус народных повествований о почитаемых местах.
Цель настоящего издания ― представить читателю внутренний мир двух мужчин, который они открывали своими дневникам. Удивительно, но мы гораздо лучше представляем повседневность Пьера Безухова и Евгения Онегина, чем повседневность своих деревенских предков. Их жизнь мы представляем извне, посредством советского кино и советской литературы. Публикуемые крестьянские дневники уникальны. Во-первых, потому что в них совершается работа по определению себя и освоению тех стилей речи, которые могут очертить и фрагментировать ландшафт внутреннего мира. Во-вторых, потому что эти дневники достоверно свидетельствуют о том, что «маленькие» или «простые» люди, бородатые крестьяне-мужики с картинок про русскую деревню и бравые фронтовики в выгоревших ватниках, существовали не только на плакатах, картинках и в кино. Они существовали, были. И были не меньше и не проще, чем мы сами.
Коммуникативные конвенции и социальные сценарии: Филологический практикум / сост. С. Б. Адоньева, С. О. Куприянова; под общ. ред. С. Б. Адоньевой. — СПб., 2014. — 336 с., ил.
В книге представлены исследования, в которых методы, используемые для анализа коммуникативных стратегий, формирующих социальные отношения, приложены к фактическому материалу — речевой и поведенческой практике современного российского общества. Объекты исследования разнообразны: социальные и языковые механизмы, позволяющие осваивать половозрастные роли, традиционные и новые символические практики (от обряда «убийства молодок» до современной рекламы). В фокусе внимания авторов — отношения между коммуникативными конвенциями и социальными сценариями.
Книга С. Адоньевой «Символический порядок» открывает серию исследований под общим названием «Первичные знаки, или прагмемы», затрагивающих социальные, символические и психологические механизмы конструирования реальности. Несмотря на образование, городской быт и жизнь в мегаполисе, любой человек наследует свои повседневные практики (соблюдение распорядка дня, гигиены, ведения домашнего хозяйства и др.) от своих родителей, а они, в свою очередь, — от бабушек и дедушек. Эта книга посвящена вопросам о том, что и почему мы принимаем и воспроизводим; каковы механизмы нашего поведения и какие схемы влияют на результат наших повседневных действий.
«Прошлое в будущем — вот та конструкция, которая меня интересует. Прошлое как предмет рефлексии всегда представляет собой идеологическую конструкцию: такое прошлое создается для того, чтобы иметь дело с настоящим» (С. Адоньева).
Комплекс Чебурашки, или Общество послушания: сборник статей / Сост., общ. ред.И.С. Веселовой. СПб.: Пропповский Центр, 2012. — 272 с., ил. — (Серия «Первичные знаки, или прагмемы»)
Взыскание оценки, постоянное осматривание по сторонам в поисках наблюдателя, который не выпускает тебя из поля зрения — даже когда ты уже повернул за угол и можно снять ненавистные шапку и шарф, — угроза гневного оклика не дают нам свободы ощутить свист ветра в ушах и чувство независимости.
Адоньева С. Б. Прагматика фольклора. СПб.: «ПАЛЬМИРА», 2018. (2 изд-е)
Магические практики севернорусских деревень заговоры обереги лечебные ритуалы
Магические практики севернорусских деревень: заговоры, обереги, лечебные ритуалы. Записки конца XX — начала XXI в. / Сост. С. Б. Адоньева, А. В. Степанов. 2 т. (Т. 1. Архангельская коллекция; Т. 2. Вологодская коллекция). СПб.: Пропповский центр, 2020
Если в дороге ночью будешь, бежи и говори:
«Впереди меня крест, —
Позади меня крест,
Над моей головой
Сам Исус Христос».
(Записано от женщины, 1912 г. р., в деревне Пиремени Шотогорского сельсовета Пинежского района Архангельской области 15.07.1986 Е. П. Гладких, Л. С. Ермаченко.)
Слову «просвещение» в России не повезло, если, конечно, в 2020 году можно сказать, что где-то есть страны, в которых его смысл кристально ясен. Эпоха Просвещения неотделима от рационального знания, она была им порождена и сделала его всеобщим достоянием. Наверное, самый расхожий, узнаваемый образ того времени навеян не рокайльной живописью в духе Ватто, не классицистической скульптурой Кановы и Фальконе, а Энциклопедией Дидро и д’Аламбера. Энциклопедия и другие подобные ей книги помогли обрушить множество заблуждений, царивших прежде, критически пересмотреть суеверия и предрассудки, которыми была полна культура предшествующих веков. Но тот же критический пафос породил и незаконных детей Просвещения — конспирологию, сомнение в авторитетах, нигилизм, набравших сегодня такую силу, в том числе в нашей стране. Под маркой «просвещения» нередко внедряются диковатые идеи, сомнительные мифы и откровенная ложь. Порой кажется, что борьба с мракобесами и шарлатанами сегодня стоит так же остро, как и в XVIII веке.
Но изначально задачей просвещения была не столько борьба с суевериями, сколько рациональное объяснение устройства мира. Сами по себе суеверия — часть мира, их не обязательно во что бы то ни стало ниспровергать, их можно еще и изучать. Возможно, если бы люди, по-настоящему ценящие просвещение, тратили больше сил на рациональное разъяснение механизмов возникновения предрассудков, то и не надо было бы уделять столько сил разоблачению лжеученых? Бороться с неправдой необходимо, но я не уверен, что следует «искоренять» ее, как во времена инквизиции искореняли само просвещение. Гораздо логичнее и продуктивнее бороться за правду. Вот почему сборник фольклорных записей, отражающих самые настоящие суеверия, собранные и прокомментированные специалистами, кажется мне лучшим образцом того, что называется просвещением.
Как слов не знаешь, в лес лучше не ходить. Мужик один подошел к избушке, а слов он не знал.
«Хозяин да хозяюшка, пустите переночевать да ночь переспать». Вот пришел. А ночью в лесу все зашумело, деревья-то до земли кланятся. Леший это. А из-за печки голос: «Тише-тише, человек здесь». Это хозяюшка. И ребенок плачет. Это у нее ребеночек родился. И стихло все.
Есть и жена и дети.
Так разы ж он покажется? Кошкой ли, собакой обернется, зверьком каким.
(Записано от женщины, 1901 г. р., в селе Конёво Конёвскoгo сельсовета Плесецкого района Архангельской обл. 13.07.1980 И. Бочаровой, Е. Яроцкой, А. Крюковой.)
Книга «Магические практики севернорусских деревень» ни в коем случае не пытается «разоблачить» суеверия русских крестьян, но собирает наследие традиционной народной русской культуры, такие как заговоры, обереги и ритуалы, бережно и с любовью анализирует их, объясняет развитие отдельных сюжетов, причины их возникновения. Словом, описывает духовный мир русского крестьянства. Эта книга представляет собой отчет о кропотливой фольклорной работе, проделанной с 1978 года до наших дней. Перед нами результат титанического труда — длиной в множество «полевых километров» и сроком в сорок лет.
НА СУД
Царь земной, царь морской, царь небесный,
Судьи, не могите судить (такого-то) за это дело.
(Записано от женщины, 1926 г. р., в селе Конёво Конёвского сельсовета Плесецкого района Архангельской области 11.07.1980 Е. Киселевой, А. Красновой.)
НА ПОДХОД К НАЧАЛЬСТВУ
Заговор перед виной:
Царская служба, молодецкая храбрость,
будь передо мной, как стелька перед ногой.
Высшие чины и нижние чины мы вынесем,
на стену положим, золотыми замками заложим,
ключи в море бросим.
Вы для рабы Божьей Клавдии
милось творили,
зла не желали,
и рот не отворяли на рабу Божью Клавдию, на Иванову дочь и на Марьину.
И во веки веков аминь, Мои слова ключи и замок.
(Записано от женщины, 1919 г. р., в деревне Масельге Лекшмозерского сельсовета Каргопольского района Архангельской области 09.07.1979 С. О. Тананейко, Е. И. Титовой.)
Составители книги Светлана Адоньева и Андрей Степанов отмечают, что «традиционные», привычные нам фольклорные записи делались в конце XIX — начале ХХ века. Материалы же для их антологии собирались и продолжают собираться практически сегодня. Эта книга говорит о трансформации и жизни русских магических практик. Пережив освобождение крестьян, революцию, коллективизацию, Великую Отечественную войну, исход из деревни в 60–70 годах и крах СССР, традиционные практики сохранились и даже не так уж принципиально трансформировались. Традиция оказалась более живуча, чем грандиозные модернистские проекты, почти уничтожившие религию, но не сумевшие побороть «суеверия».
Вот когда маленький простудится, на губах, дак: «Золото золотом, серебро серебром, бром бромом, если есть болезнь — уходи добром. Аминь». У меня у сына было, маленький, дак всё. Потом тут бабушка одна дала, подсказала. Я вот теперь и людям всем говорю, кого увижу, дак сама. На вазилинчик можно или на крем, пальчиком поводишь.
(Записано от женщины, 1926 г. р., уроженки деревни Тимино, в деревне Березник Poкcoмского сельсовета Вашкинского района Вологодской области 11.07.2002 Е. Е. Самойловой, О. И. Алимовой.)
Когда переезжала в новую квартиру (в городе), одна женщина посоветовала купить что-нибудь, «чтобы домовой не выселил, мол, женщина из деревни. ». Купила водку и банку консервов и поставила под окно в маленький холодильничек.
(Записано от женщины, 1926 г. р., уроженки деревни Верхняя Река, в деревне Слудке Топецкого сельсовета Виноградовского района Архангельской области в июле 1990 г. И. И. Разовой, С. И. Жаворонок.)
Сам способ сбора фольклорного материала сегодня изменился. Если раньше ученые обращали внимание только на текст заговоров, оберегов и причитаний, то в конце ХХ века стало очевидно, что манера поведения, интонация, физические действия информантов играют ничуть не меньшую роль, чем сам текст. Составители «Магических практик» поставили себе задачу восполнить этот пробел. В их книге приведены не только тексты заговоров или примеры «магического этикета», но и полностью диалоги информантов и фольклористов, описывающие, в том числе, какие действия совершает тот или иной человек и как именно он произносит заговор.
Вот как чужой вот появится, так худо бывает. Не по двору, говорят, не по двóру, говорят этой животинке.
Ну, не может она места найти в этом дому. Корова будет на ногах сохнуть и всё. А так и человек: говорят, ой, да ему и не пó двору — сохнет эдак.
Вот, ходят — просят доброходушка. Бабушку-знахарку приводят.
А как выгнать? В глухое время ночью выгоняют — ходят. Делают батог длинной и гоняют по стенам всё — гонят, машут.
Да, по всем, что: «Уходи с нашего двора, чужой доброходушка». Вот, рябиновый батог высекут да веревку совьют наопашку и поперек солнышка и гоняют — гонят.
Да, поперек солнышка.
А веревку вот к батогу привязывают. И гонят его: она и трепощется, и его и гонят.
(Записано от женщины, 1935 г. р., местной, в деревне Бурнихе Режского сельсовета Сямженского района Вологодской области 16.07.2006 А. В. Степановым.)
О традиционной ментальности русского крестьянина судить сложно — уж больно много искажений накопилось, слишком сильно изменилась вся среда его обитания за последние 100–150 лет, время жизни 6 поколений. Фактически собирание фольклора — единственный способ реконструкции мировоззрения наших предков.
Порой изучение обрядов, заговоров и других образцов устной традиции говорит нам нечто совершенно новое и в корне противоречит нашим устойчивым стереотипам. Кто не слышал с детства, что неуважение к чужой собственности, вообще всему чужому глубоко заложено в русской культуре и от этого все наши местные беды? Но традиция говорит об обратном! В традиционном мире нет ничего «ничейного» у всего есть хозяин — либо конкретный, либо символический. Уважение к чужой собственности и покою является основой поведения русского крестьянина. Причем «хозяин» леса, болота, хлева в сознании наших предков был не менее строг, чем сосед, и свое отношение к нему надо было выказывать еще более уважительно и осторожно.
В лесной избушке тоже надо проситься: «Бабушка-избушка, пусти переночевать, сохрани и сбереги от злых людей, лесных зверей». То же самое!
Бабушка. Свекровь. Они вот раньше ходили в транспорт, ну, как это раньше, ну, ходили, возили груза на лодках. Вот она говорила, что в избушках так не скоро и уснешь. Надо проситься. Спали ведь и не только в избушках, спали ведь и под елками, и всяко.
(Записано от женщины. 1961 г. р. местной, в деревне Бычье Быченского сельсовета Мезенского района Архангельской области 24.07.2016 Д. С. Вакулиным, М. М. Евдокимовой.)
Даже если предположить, что «Магические практики севернорусских деревень» покупают в «практических» целях, чтобы использовать результаты работы фольклористов, так сказать, по назначению, то плохо ли это? Ведь прочтя комментарии и вступительную статью, пережив процесс просвещения, читатель сможет понять нечто большее, чем руководство к действию, необходимому, чтобы найти «пенсне или ключи».
А дома-то вот обычно только чего, вещи когда теряем, дак мы обычно полотенце завязываем вот.
Инф. 1: Да. Вот потеряла чё-то и найти не можешь.
Инф. 2: Повяжи полотенце и говори: «Домовеюшко, поиграй и отдай». Говоришь просто: «Домовеюшко, поиграй и отдай». И найдешь.
Да, узелком. Вот узелок завяжи.
Инф. 1: Оно даже вот может, оно может даже день иной раз провисеть, и не найдешь.
Просто, чтоб его видно было, повесила и сказала: «Домовеюшко, поиграй и отдай».
(Записано от женщины, 1960 г. р., местной, женщины, 1973 г. р., местной, в деревне Азаполье Целегорского сельсовета Мезенского района Архангельской области 13.07.2008 Ю. Ю. Мариничевой.)
Медвежья голова, колдовские конфетки и ножницы под подушкой: какие заговоры помогают жить на Русском Севере
В русской деревне за магией далеко ходить не надо: пойдешь не вовремя в баню — там черти, заблудишься в лесу — встретишь подозрительных дев. Чтобы не нарушать невидимые границы миров и сохранять символический порядок в своем пространстве, деревенские жители из поколения в поколение передают друг другу заговоры, обереги и лечебные ритуалы — им и посвящен чудесный двухтомник «Магические практики севернорусских деревень», который вышел в издательстве Пропповского центра. «Нож» публикует подборку материалов, собранных фольклористами, — почитайте, кому нужно молиться, чтобы не опаздывать на автобус, и зачем благодарить стиральную машинку.
«Магические практики севернорусских деревень» — труд фольклористов и антропологов, которые записывали заговоры и обереги на в севере европейской части России, самые ранние записи, вошедшие в издание были сделаны в 1978 году, самые поздние — в 2018 г.
В сборнике заговоры представлены не как устойчивый текст, а как описание всей ситуации, как ритуал, где важны не только слова, но и жесты, движения, позы и эмоции говорящего и слушающего. Записи, которые мы приводим ниже, позволяют увидеть место оберегов и заговоров в жизненном мире советской и постсоветской деревни.
Мы публикуем заговоры и описания ритуалов из первого тома сборника. В угловых скобках приводятся слова интервьюера или пояснение к действиям информантов.
Как правильно хоронить человека
Через два часа ходят наряжают. Если мужчина умер — мужчины, если женщина — женщины, человека четыре. Пока домовище не сделано, на лавку ложат, мужчину — на мужскую лавку, женщину — на женскую. Могилу копать не родичи должны. За могилу деньги дают — сколько дадут, их на обед приглашают трапезниками. Хоронили на третий, четвертый день. Родичи должны под гробом проползти, когда его поднимут, чтобы не бояться. Когда хоронят, по могилам не ходят, пока не закопают покойника. Говорят, его все покойники встречают. Чтобы потом не бояться, из могилки надо земли за шиворот положить.
Чтобы зубы не болели
Сходи на кладбище, погрызи столбик и скажи: «Онемийте так же мои зубы, как у покойного губы». Говорить до трех раз.
Чтобы не тосковать
Быват, если скучаешь по какому человеку, умер либо уехал куда. Ничего не можешь поделать. Так чтоб он больше не виделся тебе — надо на реку ходить, рано утром ходить и поздно вечером, и лицо мыть кулаками, вот этими.
— Река Пинега, куда ты текешь, бежишь?
— Я теку, бежу в пучину-море.
— Унеси с рабы Божьей Татьяны кручину-горе.
Чтобы комары не кусали
«Комар комара ешьте,
Комар комара грите,
А меня не ворошите.
Комар комару — малина,
А я — горькая рябина».
Чтобы родинок не было
Мне еще тетка посоветовала. Чтобы родинок не было на теле, нужно пойти на луг, где кони валялись в траве, и на том месте поваляться, в траве-то. А у меня родинок-то много было. Вот я пошла в поле за деревню и сделала так, повалялась. И все родинки скоро сошли.
Кому нужно молиться, чтобы все было хорошо
«Спаси, Господи, люди твое
И благослови достояние твое,
Побед благоверному нашему императору
Михаилу Сергеевичу на супротивные даруя
И охраняя престол свое жительство».
Царь раньше был, так я сама уже переменила на Горбачёва.
Читайте также
Как мыть пол, чтобы муж не был пьяницей
Первая информантка: Запуга-то еще есть такая, только от нее узнала слово «запуга». Что когда девушка молодая, нельзя сыро пол мыть.
Вторая информантка: Что?
Первая информантка: Пол мыть сыро нельзя, иначе муж пьяница будет. Здесь говорят же так.
Вторая информантка: Тогда у нас в деревне, *****, всю дорогу пол сыро мыли! Полдеревни ходит, лягается, всю дорогу, ***! Редко, значит, у кого сухо-то мыли…
Первая информантка: Нет, у нас же, знаете, как пол моют? Мыли раньше, да? Что ведь надо… сначала схватывают, то есть моют, почти не отжимая тряпку сначала, а потом засушивают как бы, это уже второй раз.
Вторая информантка: Это когда, это когда половицы деревянные, блин, просто пол деревянный, половицы-доски, ничем не обшиты, ничего, вот, наверное, тогда это из старины там поперло, наверное, может.
Первая информантка: Еще со стола нужно обязательно чтоб не рукой мусор собирать, а тряпочкой.
Вторая информантка: Это че? Тоже муж-пьяница будет?
Первая информантка: Тоже плохая примета какая-то. Свистеть дома нельзя. Сейчас считается, что это денег не будет, а раньше, что это высвистываешь кого-то из дома. Еще птичка…
Вторая информантка: Прятаться… Дома в прятки играть тоже нельзя.
Первая информантка: А, прятки детям тоже запрещают, да. К покойнику, если дети дома в прятки играют.
Вторая информантка: На улице идите, поиграйте, прячьтесь… это-то я да, это я еще помню, да.
Что делать, если боишься оставаться один дома
Нож да топор — на порог. Если один в доме остается человек и боится в доме, чтобы никто не перешагнул порог, вот это для… устрашает.
Ну, кто его знает. Может, шум человеку, или кажется человеку, а тем самым он успокаивает свою нервную систему.
Если один кто-то в доме…
А чтобы нечистая сила никакая не приходила.
Да-да-да. Да и зверь его вот, примерно, он видит металл если, зверь ведь крепко чувствует. Зверь не приходил, особенно медведи, любители сходить по путевым избам да… или охотничьи избы, в охотничьих избах…
Что нужно говорить, чтобы работа спорилась
Второй информант: И всегда чего ведь на работе: «Ну, благословесь». Благословесь. Как отработать мне-ка или что ли. И хорошо отработашь.
Первый информант: И вот я на работе то…
Второй информант: «Пресвятая ты Мати Богородица». Или что ли. Или опять вот и тоже заблудишься тоже: «Ну, Пресвятая Мати Богородица».
Первый информант: «Пресвятая Мати Богородица, не забыдь. Дай мне всего! Блага!
Второй информант: Дай силы.
Первый информант: Выполнить мне любую работу. Чтобы сегодня, в течение месяца, наставить план накопления кормов на сто процентов». Сбывается всегда. Эти молитвы всегда сбываются. Вот. Я научилсэ от родителей.
Как лечиться с помощью деревьев
Первая информантка: Да, я люблю стоять около березки. Так стану, стою.
Да. И сок так начинает двигаться по стволу, даже прикоснешься ухом, и слышно. И даже позвоночник чувствуется, если полностью как бы доверишься ей.
Вторая информантка: Ну, это от переживаний, это всё… Пойду к березке я…
Первая информантка: Как захочется. Я вообще по-своему лепечу.
«Милая моя подруженька, березонька, Господи, любимая моя, до чего я тебя люблю, ты бы знала». Ох, как начинается это всё. Любовь — она вообще созидательная сила.
Делается так: надо три конфеты-карамельки, обязательно карамель чтоб была, вот три дня и три ночи проносить под мышкой.
Ну под мышкой у себя: ты спишь с ней и всё… Там работаешь… Вот, а потом надо угостить конфетками. И всё.
Ну вам не надо, дак…
Это у меня бабка здесь… стара бабка-то… Я сам узнавал насчет того, как присушить… В 87 году-то приехал сюда, в деревню…
И девка тут одна появилась… Я тоже пришел сюда… Да, бабка, говорю: «Бабушка, у меня девка есть такая на примете одна: сколько, говорю, за ней ни бегай, ни черта, говорю, знаешь…» Ну, я ей соврал, знаешь… Она подходит ко мне: «Вот, говорит, три карамельки, на, возьми!» Три дня, говорит… Ну и тут, значит, сказала мне: походи с ними, перед девкой скажи… Вот она мне и сказала эти слова-то… Всё.
Ничего. Так я ей не все скормил-то: одну и отдал только.
А так-то до трех лет она, до трех лет действует… Это вообще конфетки, присуха… До трех лет. А вторую конфету отдал пацанчику маленькому, годика, наверно, три было. А третью — евоной матери отдал. Они все, *****, забегали за мной. Вот три года они… Парень — тот с меня не слазил, увидит — с рёвом ко мне. Мать тоже увидит меня, всю дорогу бегает, знаешь… «Пойдем», — подмигивает… Это все интересно вот так, а с другой стороны — худо…
Зачем у дома сажать рябину и почему осиновый кол в доме — полезная вещь
Я только знаю, что вот рябину надо посадить у дома, рябина будет убирать всех нечистых дьяволов да этих, нехороших людей. Всех вот… рябина. Черемуху нельзя садить у дома.
Она из дома выводит хозяев.
Хозяева умирают. И осину тоже нельзя садить. А Катя говорила, говорит: «Осину-то можно только взять… кол осиновый, чтобы осина убирала этих всех, как, нехороших людей».
Ну, палку осиновую. Дома держать.
Дома, да, тут поставить вот, чтобы… чтоб каки нехороши люди не приходили.
Может быть интересно
Почему нельзя ходить в баню ночью
Первая информантка: После двенадцати, кстати, нельзя в баню ходить.
Вторая информантка: Да, там чёрти, чёрти, чёрти.
Вторая информантка: Мне рассказывали, может, и врут, там, это, одна пошла, Катя Поташева, у нас в школе, типа топором руку отрубили. Ну, этому, чёрту.
Нет, она… с ней ходили, наверно, кто-то или что-то. Ну, это, может, врут они — а где тогда рука?
Почему нужно благодарить и банника, и стиральную машинку
Ну, я тоже ведь, помоюсь, это все, дак. Тоже благодаришь всех. Стираешься, дак машинку свою поблагодари и баянника, и баню, и всех, что дали мне хоть хорошо выстираться да вымыться, дак. Верю не верю, но все равно думаю в себе-то.
Почему опасно встречаться в лесу с девками в красных сарафанах
Не знам, каки девки. Стары люди так говорили, нас и не спускали. Вечером туда идти. На место. «Не ходите, а то девки в красных сарафанах выйдут, что ли, и вас утянут». Всё боялись вечером ходить.
Кому нужно молиться, чтобы успеть на транспорт
Вот на дорогу я могу вам сказать, вы меня младше. Вот пойдете, мало ли я еду куда-нибудь, я всегда говорю. Вот бывает даже вот, за медикаментами поеду, транспорта нет никакого, пойду к магазину встать раньше, извини меня, это же, это самое… Всё равно уеду и сяду вперед. Выходишь из дому и попросись: «Татьяна Николаевна, дай пути-дорожки». Есть покровительница дорог, святая Татьяна Николаевна. «Татьяна Николаевна, дай пути-дорожки». Всё, уеду. И никаких передряг, ничего. Но надо говорить то… передавать только тем, кто младше вас.
Как лечиться медвежьей головой
Это голова медвежья. А вот обкатываешь младенца с этой головы.
«Как на медвежью голову нет ни призору, ни прикосу, так на раба Божьего, кто, нет ни призора, нет ни прикоса». Вот тоже три раза. Да. А вот, например, вот ребенка, ну, например, ты, мама, приведешь сына, и плачет, тоскует. Вот обычно на реку ведут и с корзунков моют.
Да. «Как вода на корзунках не держит, так у рабого Божьего тоска не держись». Вот ведь, вишь, пальцем вот так моешь. Дай сюды, вынимаю, положь на стол
Да, вот это медвежий череп.
Да. Медвежий череп. Это детей мою я. Даже вот Римму мыла. Ей тоже черепом мыла. Ее тоже кто-то опризорил, дак я мыла.
Помогло, да. Вот так я детей мою этим черепом. Это-ти, девчонки, медвежий череп.
А во, нет, вот так. Так вот так раз и так. Это, знашь… Во така медвежья голова. Вот так всех мыла. Да. Бросаешь голову в муравейник. Вот медведь попадет, бросашь голову в муравейник. Муравьи вот это всё объедают. Всё объедят, вот это одно останется.
А потому что голова, ведь на медведя нет ни призора, нет ни прикоса. Нету ведь. Кто на него позавидует? Таки, так и на ребенка.
Что делать, если снится или приходит покойник
Вот ей все рассказала. Говорю, середка ночи вскочишь, как дика, что где-то он тут и… не знаю. И вот она меня научила, как делать. Спать ложишься — под подушку ложишь ножницы. «Я на ножницы ложусь, никого не боюсь». Я стала ножницы ложить под подушку. Вот: «На ножницы ложусь, никого не боюсь». Потом опять, ишь, идет, мне вот, что идет он. Говорит, к воротам там, этим, острием топор положи туда к дверям.
Да, открывается дверь. Острый топор — никто не войдет. Не войдет никто. И вот мне потом и боле это, не стало ниче такого.
Так тут на ночь дак.
На ночь. А так-то убирашь.
Что делать, если заблудился в лесу
Нас родители учили: «Если вы заблудитесь в лесу (мы знаем как вот, у нас же лес-то далеко, нам нужно сотни километров, там же другой, Пинежский район, там — Коми), надо всю одежду, которая у тебя есть, на левую сторону переодевать». Слыхали?
Да, на одну, вот там направо, все на леву сторону: трусики, майку, там в чем ты оделся — все на левую сторону. Как бы перевертышем сделать и попросить домовика, не домовика, а лесовика, чтобы он тебе дал выйти. Я всегда всех честных родителей начинаю вспоминать, всех, кто умерли, всех, прошу помощи у всех. «Там, бабушка, называю имя, дедушка, там, еще кто-то, там, помогите выйти из лесу!»
Ага, я прошу всегда, так они как-то помогают, я выйду потом, заблужусь, а потом выйду!
