Разработчик рассказал о вакцине от COVID-19 для подростков
Вакцина от коронавирусной инфекции, которую планируют применять для подростков, близка по составу к «Спутнику V» и оптимизирована под возраст для минимальных побочных эффектов. Об этом 27 октября сообщил руководитель лаборатории механизмов популяционной изменчивости патогенных микроорганизмов Центра имени Гамалеи Владимир Гущин.
«Самое главное — подобрать такой состав, который обеспечит наилучшие сочетания хорошего качества», — сказал он в прямом эфире в рамках просветительской кампании «Разберемся в вакцинах вместе», организованной обществом «Знание» совместно с общероссийской акцией #МыВместе.
Гущин добавил, что вакцинация подростков является мировой практикой.
«Все страны, где успешно идет программа вакцинации, она не ограничивается взрослыми, она переходит сначала на подростков. И сейчас уже активно обсуждается введение вакцинации с пяти лет. В нашем случае Центром имени Гамалеи проведено клиническое исследование, получены все необходимые данные для того, чтобы просчитывать, что в ближайшее время эксперты Минздрава завершат экспертизу и будет принято положительное решение об использовании «Спутника М», — подчеркнул специалист.
Ранее в этот же день директор Национального исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии имени Гамалеи Александр Гинцбург сообщил, что детская вакцина против COVID-19 может быть зарегистрирована в ближайшем будущем.
«Сейчас работают эксперты: проводится фармакоэкспертиза. Надеюсь, в скором времени на положительное решение о регистрации», — заявил он.
16 октября Гинцбург рассказал, что вакцина от коронавируса для детей, разработанная в Центре имени Гамалеи, может получить название «Спутник М», где «М» означает «маленькие».
До этого, 28 сентября, стало известно, что премьер-министр России Михаил Мишустин поручил выделить более 100 млн рублей на третью фазу клинических испытаний вакцины «Спутник V» среди подростков. Отмечалось, что испытания будут проводиться при участии 3 тыс. добровольцев возрастной группы 12–17 лет.
23 сентября Минздрав РФ получил документы от Центра имени Гамалеи на регистрацию вакцины от COVID-19 для подростков. Помощник министра здравоохранения Алексей Кузнецов сообщил, что в случае принятия положительного решения о регистрации вакцины препарат будет производиться и применяться для защиты подростков от новой коронавирусной инфекции исключительно на добровольной основе, а также при согласии родителей или представителей.
На фоне ухудшения эпидемиологической ситуации российские власти призывают граждан вакцинироваться, чтобы обезопасить свое здоровье и позаботиться о своих близких.
В стране продолжается масштабная кампания по вакцинации. Граждан прививают бесплатно. В России зарегистрировано пять вакцин от коронавируса: «Спутник V», ставший первой в РФ и мире вакциной от COVID-19, а также «Спутник Лайт», «ЭпиВакКорона», «ЭпиВакКорона-Н» и «КовиВак».
Роспотребнадзор (стенд)
Роспотребнадзор (стенд)
Об обязательной вакцинации против COVID-19 в вопросах и ответах
Об обязательной вакцинации против COVID-19 в вопросах и ответах
1. Может ли человек отказаться от обязательной прививки против новой коронавирусной инфекции?
Может. Но при эпидемической угрозе работодатель обязан отстранять от работы сотрудников, которые отказались делать прививку при отсутствии медицинских противопоказаний, но подлежащих обязательной вакцинации.
При угрозе возникновения и распространения опасных инфекционных заболеваний главные государственные санитарные врачи в субъектах Российской Федерации могут выносить постановления о проведении профилактических прививок гражданам или отдельным группам граждан по эпидемическим показаниям. Это указано в подпункте 6 пункта 1 статьи 51 Федерального закона № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения». Такие полномочия подтверждаются пунктом 2 статьи 10 Федерального закона № 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней». Приказом Минздрав Российской Федерации в календарь профилактических прививок по эпидемическим показаниям внесена прививка от коронавируса. Она становится обязательной, если в субъекте вынесено соответствующее постановление главного государственного санитарного врача о вакцинации отдельных граждан или категорий граждан (работников отдельных отраслей).
2. Будет ли считаться лабораторное подтверждение наличия антител как показание для медицинского отвода для вакцинации против COVID-19?
В перечне медицинских противопоказаний для вакцинации против COVID-19 наличие антител не значится. Кроме того, в настоящее время не существует как единой отработанной методики измерения уровня антител, достаточного для создания у человека иммунитета, так и системы оценки эффективности и быстроты адаптации антител к мутирующим штаммам вируса. Используемые медицинскими организациями диагностические тест-системы для определения иммуноглобулинов класса G к вирусу SARS-CoV-2 имеют разные единицы измерения и не сопоставимы с точки зрения их результатов.
Переболевшим COVID-19 рекомендуется сделать прививку через 6 месяцев после выздоровления, так как после перенесенного заболевания у человека развивается естественный иммунитет к вирусу, но пока достоверно неизвестно как долго он сохраняется и насколько хорошо защищает от инфекции. Вакцины обеспечивают более надежную защиту.
3. В соответствии со ст. 11 Федерального закона N 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» проведение профилактических прививок осуществляется с добровольного согласия гражданина или его законного представителя. Постановление об обязательной вакцинации нарушает закон?
В соответствии со ст. 11 Федерального закона №157-ФЗ иммунизация проводится при наличии информированного добровольного согласия гражданина.
Вместе с тем, в соответствии со ст. 51 Федерального закона №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» Главные государственные санитарные врачи по субъектам Российской Федерации уполномочены выносить постановления о проведении профилактических прививок гражданам и или отдельным группам граждан по эпидемическим показаниям при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний. При такой ситуации работник, который отказывается проходить вакцинацию, должен быть отстранен от работы до получения прививки, либо до улучшения эпидемиологической обстановки.
4. Если сфера деятельности нашей организации не входит в перечень для обязательной вакцинации сотрудников, но у нас в штате есть водители, специалисты, обслуживающие коммунальную инфраструктуру предприятия, а также сотрудники, работающие на пищеблоке организации, то нужно ли прививать всех сотрудников или только тех, кто попадает под действие постановления?
Обязательной вакцинации подлежат только сотрудники организации, осуществляющие деятельность в сферах, перечисленных в постановлении.
Стоит понимать, что чем больше доля привитых, тем коллектив более защищён против COVID-19. Руководитель любой организации заинтересован в бесперебойной работе своего коллектива, в текущей эпидситуации это возможно только при иммунизации не менее 80% сотрудников.
5. Почему перечень категорий (групп) граждан в постановлении шире, чем в Постановлении Правительства Российской Федерации от 15 июля 1999 г. «Об утверждении перечня работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями и требует обязательного проведения профилактических прививок».
В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 51 Федерального Закона № 52-ФЗ при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих, к которым относится COVID-19, главный государственный санитарный врач субъекта Российской Федерации выносит постановление о проведении профилактических прививок по эпидемическим показаниям, в котором определяет отдельные группы граждан, а также сферы услуг (перечень работ) с высоким риском заболевания инфекционными болезнями в условиях неблагополучной эпидемиологической ситуации.
6. Какую ответственность несет работодатель за неисполнение постановления Главного государственного санитарного врача?
За нарушение требований в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения предусмотрена административная ответственность в соответствии со ст. 6.3 ч.2 КоАП РФ.
7. Можно ли работать без масок тем, кто привит или имеет справку с антителами?
Нет. Требование о соблюдении масочного режима сохраняется вне зависимости от прохождения вакцинации.
Президент «Лиги защитников пациентов»: Часть детей, вакцинированных от COVID-19, умрут
26 июля 2021, 16:02 — Общественная служба новостей — ОСН Большинство опрошенных россиян (69%) заявили, что не готовы вакцинировать своих детей от коронавируса. В опросе участвовали 500 родителей подростков от 12 до 17 лет из …
Большинство опрошенных россиян (69%) заявили, что не готовы вакцинировать своих детей от коронавируса. В опросе участвовали 500 родителей подростков от 12 до 17 лет из всех округов страны. Есть ли необходимость прививать детей, в эфире Общественной службы новостей рассказал президент «Лиги защитников пациентов» Александр Саверский.
«Я не вижу никакой необходимости. Дети, действительно, если и болеют, то это для них обычное ОРВИ. От того, что мы сделаем им вакцину, для взрослых не будет идти болезнь легче, а для самих детей это представляет риск. При любой вакцинации часть людей погибает. Детей собираются прививать во время клинических исследований, когда они не завершены. Я считаю, что это преступление.
У нас никогда не было вакцин от ОРВИ. Пока мы создаем вакцину, количество мутаций делает бессмысленным создание вакцины. Клинические исследования еще не завершены, поэтому ни о какой безопасности мы говорить не можем. У любой прививки есть серьезные осложнения. Поскольку мы собираетесь привить всех детей, часть из них умрет, а от ковида они не умирают.
С апреля стали поступать сообщения о смертях от вакцинации. С экрана телевизора говорят, что осложнений нет. На самом деле, они есть. Я напомню, что у нас 80% людей считаются бессимптомными носителями. Если вы их включите в число людей, которые болели, то чудом окажется, что смертность такая же, как при гриппе. При гриппе нет такой мутации, как при коронавирусе, так как ковид очень быстро мутирует. У меня есть множество знакомых врачей, которые говорят, что это невозможно, это совсем не грипп. У гриппа достаточно устойчивое образование для вируса. В легкую подменять одно другим – некорректно».
В конце июня Всемирная организация здравоохранения разрешила прививать детей от коронавируса. В то же время в организации отметили, что дети и подростки обычно легче переносят COVID-19, чем взрослые.
Последняя капля: Принудительная вакцинация заставляет родителей забирать детей из школ
Родительские сообщества кипят. «Принудительные вакцинаторы», начав со взрослых, сегодня пытаются добраться и до детей. Что, естественно, воспринимается большинством родителей как беспрецедентное вторжение в самое святое – в семью и покушение на конституционное право человека на образование.
Уговаривать никого не планируется. Будут принуждать насильно. Ведь дети для любого – слабое место, и, если некие высокопоставленные дяди и тёти решат, что без прививки школьники не будут допущены к образованию (или допущены к самому его «плебейскому» варианту – «дистанционке»), для многих семей это будет сильнейшим выкручиванием рук. В разговоры про «добровольность» после того, что «вакцинаторы» вытворяли со взрослыми, понятно, никто не верит.
Открыто родители говорить боятся, но комментарии в соцсетях близки к паническим. Так, например, Екатерина из Краснодара, будучи сама учителем, в беседе с Первым русским телеканалом Царьград поделилась, что ребёнка своего планирует забрать из школы и перевести на семейное образование:
Если только начнётся тема детской вакцинации независимо от возраста 12 лет, я не буду ждать, когда петух клюнет. Я сразу же подаю на семейное образование.
То, что творится сегодня в системе образования, иначе как антиконституционным беспределом назвать трудно. Не желающие прививаться не до конца проверенной вакциной педагоги массово отстраняются от работы, хотя Министерство просвещения с честными глазами заявляло ещё в середине августа, что принудительная вакцинация учителей недопустима.
Но говорить – одно, дела же свидетельствуют об обратном: со стороны министерства давят на школы, делая «крайними» директоров, которые, выполняя «указание сверху», блокируют педагогам пропуска, вызывают полицию и творят тому подобные противозаконные непотребства. За которые, если что, они же и будут впоследствии назначены «козлами отпущения».
Существует для учебных заведений даже «обязательный список для вакцинирования». И то, что подобные списки противоречат Конституции, никого не волнует: нет прививки – нет работы. Недовольны? Обращайтесь в суд. Где наверняка тоже есть свои «распоряжения сверху» по части продвижения к всеобщей и поголовной вакцинации. Татьяна Алексеева, учитель московского колледжа архитектуры №26 (с 28 августа не допущенная к занятиям), делится:
Формулировка звучит так: «до устранения причин». Ощущение такое, что работодатель ждёт, что люди сломаются и поставят вакцину. Среди сотрудников у нас есть такие люди, и я их лично знаю, которые не хотели ставить вакцину. Но они пошли и поставили себе эти прививки. Кроме всего прочего, в течение лета достаточно сильное давление оказывалось на сотрудников. Присылались письма, напоминания, локальные нормативные акты – заставляли подписывать эти акты, что они обязуются поставить первую и вторую дозу вакцины. Либо получить медотвод.
Единственным выходом в подобной ситуации многие родители (из тех, кто могут себе это позволить) видят переход на домашнее образование. Так, у Кристины Сандаловой, эксперта Национальной ассоциации семейного образования, сын которой уже девять лет учится дома и блестяще сдаёт все ЕГЭ, телефон буквально разрывается. Вопрос один: как перейти на семейное образование? Кристина предполагает:
Вполне возможно, что начнут нагнетать опять, чтобы вакцинировать всех в «добровольно-принудительном» порядке. Хотите ходить в школу – вакцинируйтесь. Ну, а не хотите – переходите на дистанционку. То есть люди уже, глядя на происходящее, волнуются и готовятся заранее, что нужно знать с юридической точки зрения, чтобы иметь пространство для манёвра.
Эксперты уже фиксируют огромный рост спроса на услуги репетиторов и стремительное увеличение популярности семейного образования. Так, например, в Крыму за последние четыре года число детей, обучающихся дома, увеличилось в два раза – с 535 до 1208. Депутат Госдумы Пётр Толстой в своём телеграм-канале написал, что данный факт говорит только об одном – это уже не просто тренд, а это скорее диагноз:
Может быть, хватит ставить эксперименты на наших детях? России нужны свободные, думающие и творческие ребята, а не натасканные на заполнение бланков будущие потребители. Если мы не примем решительные меры, то закончится всё тем, что школы окончательно утратят доверие родителей. А это уже напрямую скажется на будущем всей страны.
Что с того?
Но кому есть дело до детей, когда во главу угла ставится не здоровье и не образованность, а достижение «спущенных сверху» процентов вакцинации? Любым способом, пусть даже вопреки здравому смыслу и интересам страны. Поэтому и звучат тревожные звонки родителей, учителей не допускают к рабочим местам, а покупка фальшивых справок о вакцинации становится самым прибыльным бизнесом.
При этом репетиторы и домашнее образование абсолютному большинству граждан сегодня просто не по карману. А значит, у родителей возникает резонный вопрос: «Коль скоро школьное образование у нас бесплатное, то есть финансируется на наши налоги, а детей в школы не пускают, то с какой стати мы эти налоги платим?»
Звучит убедительно, особенно если учесть, что научный центр вирусологии и биотехнологии «Вектор» заявляет, что не видит необходимости для начала вакцинации несовершеннолетних. Необходимости нет. А стало быть, если тотальную вакцинацию детей хотят сделать тотальной и принудительной, значит, это кому-нибудь нужно. Любопытно узнать – кому именно?
Принудительная вакцинация и QR-коды. Что не так с нашей ковид-борьбой?
В России отмечаются рекордные показатели смертности от коронавирусной инфекции, нам угрожают локдауны и жизнь по QR-коду. Вопрос вакцинации встал ребром, и создаётся впечатление, что чиновников интересует не здоровье людей, а факт самой прививки, поэтому и придумываются различные меры, нередко граничащие с дискриминацией. Куда заведёт эта яростная чиновничья борьба с ковидом?
Ограничительные меры вызывают недовольство граждан. К тому же во многих регионах власти вынуждены вводить карантин, переводить школьников и студентов на удалёнку. В 25 регионах страны закрыты почти 605 школ, 117 дошкольных учреждений.
Людей ограничивают, нарушая права
Эти проблемы в студии «Первого русского» ведущая программы «Вакцина правды» Олеся Лосева обсудила с кардиологом, врачом общей практики Денисом Прокофьевым и президентом общероссийской организации «Лига защиты пациентов» Александром Саверским. Дискуссия получилась очень интересная.
Олеся Лосева: Местным властям дали право решать, исходя из эпидемиологической ситуации, какие им принимать антиковидные меры, чтобы снизить уровень заболеваемости. В 38 регионах России стала реальностью обязательная вакцинация, в Новосибирской и Свердловской областях, а также в Карелии собираются вводить электронные пропуска, а в 26 регионах страны без QR-кода не пустят в кафе, рестораны и на спортивные мероприятия. В Калининградской области хотят приостановить оказание плановой медицинской помощи из-за загруженности системы здравоохранения. Перечислять можно и дальше.
Однако кампания по вакцинации тормозится, а отказ от прививки влечёт за собой усиление ограничительных мер. Ко всему этому люди относятся по-разному, и это их право.
Денис Прокофьев: На самом деле мы должны говорить о том, что у нас в стране в один миг все, включая пациентов, стали эпидемиологами. Хотя эпидемиология – это очень узкое направление медицины, и таких специалистов единицы.
Многие люди и о вакцинации, и об ограничительных мерах судят, исходя из своей внутренней позиции. Если любому человеку поставить вопрос не так, как это обычно делают журналисты, а спросить у них, что важнее – QR-код, посещение кафе, ресторанов или ваша жизнь, я уверен, что большинство выберут именно жизнь.
Кто у нас получает QR-код? Люди, которые вакцинировались либо переболели ковидом. То есть те, у кого есть антитела. Находясь в общественном месте, человек рискует заразиться. Но вакцина даёт людям защиту, она позволяет выработать антитела и снижает смертность. С этим спорить нет смысла, об этом говорят во всём мире. То есть вакцинированный человек в определённой степени защищён. Невакцинированные граждане, попадая в общественное место, рискуют заразиться – у них нет антител, они подвергаются риску, а возможно, и смертельной опасности.
Я ничего плохого в QR-кодах не вижу. Есть технические проблемы, но они все решаемы. Уже созданы сайты поддержки, не только Госуслуги, где этот код можно получить. И если мы можем сохранить жизни многих людей, не допустив и не подвергая их риску, это нужно сделать.
– Александр Владимирович, я уже вижу, что у вас всё внутри кипит, вы совершенно не согласны с этой позицией?
Александр Саверский: Мне всегда говорят, что я не имею права рассуждать как врач. Хорошо, я буду рассуждать как юрист. Любые ограничения прав по формальным признакам могут вводиться только тогда, когда существует определённая степень угрозы.
Нам говорят: у вас пандемия. Стоп, пандемии у нас официально нет, потому что, как выяснилось, ВОЗ не вправе её объявлять. И такого понятия в структуре ВОЗ не существует. Эпидемия у нас официально объявлена или нет?
Д.П.: Официально во всём мире коронавирус признан пандемией. Что ещё официального вы хотите?
А.С.: Я уже сказал, что это неправда. Она признана Всемирной организацией здравоохранения чрезвычайной ситуацией международного значения.
– Я вынуждена вмешаться, иначе у нас спор пойдёт именно в юридической плоскости.
А.С.: А для меня это очень важно, потому что только это даёт основания для того, чтобы ограничивать права. Я как юрист говорю. Не пустить меня в кафе – это что такое? Это нарушение моих прав.
– Но при этом защищается жизнь других людей, которая подвергается опасности.
А.С.: А это ещё нужно доказать.
– Мы собрались здесь, чтобы поговорить об антиковидных мерах. И что может поспособствовать разрядке этой ситуации. По мнению многих людей, самое опасное место для заражения – это транспорт.
А.С.: Вы предлагаете его остановить?
– Можно пересмотреть логистику, транспортные потоки, каким-то образом разгрузить эти забитые битком трамваи, троллейбусы и автобусы. Вариантов тут много. Но в этом предложении есть доля истины.
Это не вакцинация, а бизнес?
К беседе в студии подключился по скайпу доктор медицинских наук, профессор Александр Редько.
– А каково ваше мнение, Александр Алексеевич?
Александр Редько: Я выступаю за процедуру вакцинации, но то, что сейчас происходит в России, да и во всём мире – это не вакцинация, это бизнес, ничего другого я здесь не вижу. У нас никогда не было массовой искусственной иммунизации, кроме 1975 года, когда массовой вакцинацией остановили холеру, начавшуюся в Астрахани.
Но людей тогда прививали проверенной вакциной без побочных действий. И она реально работала. Больше такой ситуации у нас не было. А сейчас мы пытаемся непроверенной вакциной с недоказанным действием уколоть каждого гражданина нашей страны. О вакцине и вакцинации должны рассуждать специалисты, а их почему-то отодвигают в сторону. Почему не слышно вирусологов? Почему институты вирусологии отодвинуты в сторону?
Посмотрите, у нас сейчас выступал врач-кардиолог, он несколько раз повторил слово «антитела». Это что, показатель иммунитета? Тогда послушайте академика Виталия Зверева, который говорит, что у него не было антител, пока он не начал ухаживать за больной, после этого антитела повысились в семь раз. Не антитела решают вопрос, а клетки памяти, Т-клетки. И если мы говорим об иммунитете, то надо понимать, что ориентироваться на антитела – то же самое, что ориентироваться на ПЦР-тесты, это пустое дело.
– Вы говорите, что антитела – это не показатель защиты. Значит, мы должны ориентироваться на Т-клеточный иммунитет теперь? А это довольно дорогой анализ, да и понять, что это такое, сложно.
А.Р.: Показателем защиты является уровень клеточного иммунитета. Да, и он понятен, и он ясен. И он отчётлив. И если мы клетки памяти имеем, настоящие сенсибилизированные к тому или иному патогену, то они выработают необходимое количество антител. Более того, я могу вам сказать, если много антител, то вообще нельзя делать инъекцию.
Антитела производятся Т-клетками. И изучать антитела в крови вообще глупость. Потому что, если мы будем всё время скапливать антитела в крови, то она станет сметаной. Человек имеет Т-клетки, и они реагируют на тот или иной патоген, выделяя, когда надо, вот эти антитела. У меня их нет, ноль, хотя я и болел. Если возникнет какая-то ситуация, то я выработаю их в нужный момент.
И у того же самого академика Зверева их стало в семь раз больше нормы после того как он проконтачил с больной. А до этого их не было. То есть это значит, что у него не было иммунитета? Он был. Просто надо в этих вещах разбираться, прежде чем судить.
– Значит, Т-клеточный иммунитет, антитела, сметана… Поясните мне, пожалуйста, Денис Александрович.
Д.П.: Отвечу уважаемому коллеге, он мне постоянно говорит о кардиологе. У меня семь специализаций разных врачебных. И, наверное, я имею право рассуждать. Я сразу сказал, что эпидемиологи – это уникальные люди, их действительно мало ввиду того, что просто эпидемии в мире случались не так часто. Мы работаем уже на протяжении двух лет с ковидными пациентами, вели огромное количество людей в обсерваторе, более пяти тысяч людей с подтверждённым коронавирусом, поэтому мне кажется, что я имею право высказать своё мнение.
А в отношении того, что научный мир якобы не подтверждает антитела и вакцинацию, мы всегда основываемся на позициях доказательной медицины. У нас есть уважаемые академики – Валентин Покровский, Александр Чучалин, которые стояли и будут стоять на передовой в проблемах вирусных инфекций и подтверждают необходимость вакцинаций.
Вирус может идти только по двум путям. Либо он является вакциноуправляемым, что мы сейчас видим, либо создаётся противовирусный препарат, который оказывается эффективным в отношении вирусов. Противовирусного препарата нет, есть только возможность проведения дезинтоксикации и симптоматического лечения последствий, которые вызывает острореспираторный вирус. Поэтому мы с большей склонностью можем сейчас утверждать, что он является вакциноуправляемым.
О том, что это не вакцина, я готов только поставить между вакцина равно лекарство. Давайте не будем называть вакцину вакциной, назовём её лекарство, которое снижает количество смертности. С этим я соглашусь. Но отрицать вакцину, которая создана на аденовирусе и не считать её вакциной, на мой взгляд, безосновательно.
Вопросы безопасности паника отменять не должна
А.С.: Меня, как юриста, беспокоит вопрос о безопасности. У нас было серьёзное разработанное законодательство о санитарно-эпидемиологическом благополучии. Так почему с момента, когда все заговорили о пандемии, с февраля-марта 2020 года, это законодательство отодвинули в сторону и стали использовать такие понятия, как режим повышенной готовности, чрезвычайная ситуация.
У нас же СанПиНы эти были нарушены уже в марте прошлого года, когда пациентов с подозрением на ОРВИ стали массово свозить в больницы и устраивали там очаги инфекции. Это же нарушение.
– К врачам, мне кажется, вообще было много вопросов. Была паника, никто не знал, не понимал, что происходит.
Д.П.: Тогда нам надо было найти средство борьбы с болезнью. Существует термин такой офф-лейбл, когда лекарства применяются вне инструкций. В ситуации, когда заболеваемость становится массовой, когда растёт смертность, необходимо предпринимать шаги, чтобы остановить смертность. Сегодня у нас существует 12 временных рекомендаций, написанных лучшими врачами. Эти рекомендации направлены на то, чтобы спасти жизнь пациентам и провести профилактику.
Вероятно, в самом начале пандемии какие-то рекомендации могли быть ошибочными. Но тогда никто в мире толком не знал, что происходит и как с этим бороться. Сегодня уже найдены способы если не для полной победы над ковидом, то хотя бы для спасения людей в тяжёлых ситуациях.
Что вы предлагаете, оставить людей с КТ-4, которые задыхаются, у которых падает оксигенация, у которых растёт температура? Ну давайте мы закроем их дома, ничего не будем делать и дадим им умереть. Ну, а вакцинация – это единственный путь, по которому сейчас нужно идти.
А.С.: В самом начале КТ-4 мало у кого было. Процесс, который происходит сейчас, действительно отличается от того, что было в самом начале по числу людей, которые оказались в стационарах. К счастью, ковид – это не чума. За 2014 год от пневмонии умерло 42 тысячи человек. За прошлый год официально от ковида скончались 56 тысяч человек на фоне огромного стимулирования медицинских учреждений в постановке диагноза коронавирусная инфекция.
Пройти вакцинацию – это настоящий квест
На связь со студией «Первого русского» вышел руководитель коррпункта Царьграда в Екатеринбурге Сергей Уфимцев.
– Сергей, какие ограничительные меры уже коснулись вашего региона? Есть информация, что глава Свердловской области планирует ввести чистые от коронавируса зоны, как на это реагируют люди?
Сергей Уфимцев: О том, что у нас появятся ковид-фри-зоны, нам объявили через пару недель после выборов. Губернатор Евгений Куйвашев сообщил, что у нас появятся определённые общественные места, куда смогут попасть только те, кто либо вакцинировался, либо переболел. И буквально 1 октября у нас ввели обязательную вакцинацию, сказали, что у нас будут QR-коды. Первый этап начнётся с 25 октября.
– Что значит объявили обязательную вакцинацию? Для всех или для определённых категорий граждан? Не могли бы вы уточнить?
С.У.: Обязательная вакцинация для определённых категорий граждан. У нас обязаны привиться чиновники, учителя и работники сферы услуг. Чтобы не потерять работу, люди поспешили вакцинироваться, из-за чего у нас образовались огромные очереди в поликлиниках.
Я на личном примере понял, что у нас с вакцинацией полная чехарда. Вчера я пришёл в поликлинику на ревакцинацию. Просидел целый час и ушёл, потому что невозможно находиться в таком скоплении народа, а ждать приёма у терапевта пришлось бы часов пять. Столько времени ждать я не готов. Уверен, что и сотни людей поступают точно так же, в поликлинике невозможно привиться, потому что там всего один прививочный кабинет.
– Действительно, в регионах есть проблемы с вакцинацией, что также может быть тормозом для прививочной кампании, из-за чего те граждане, которые согласны вакцинироваться, не могут этого сделать.
Понятно, почему в регионах складывается такая тяжёлая ситуация и власти хотят ввести повсеместно QR-коды или объявить локдауны. Это помогло бы снизить нагрузку на медицину, на врачей – местное здравоохранение с потоком заболевших людей не справляется. А это уже последствия оптимизации.
Паника не нужна, к болезни надо относиться спокойно
А.С.: Не только оптимизации, но и созданной паники. Раньше люди с ОРВИ в больницы не обращались, а сейчас они из-за каждого чиха бегут к врачу. Вот вам нагрузка. Поэтому первое, мы обсуждали это с вами год назад, что нужно сделать – это убрать панику и слово «пандемия» тоже, потому что это неправомерное употребление термина.
– То есть ваша позиция – относиться ко всему спокойнее?
А.С.: Конечно. Должно быть взрослое отношение к этому. Почему люди с разными позициями в этом вопросе не могут нормально разговаривать друг с другом? Почему две стороны в апреле прошлого года разошлись во мнениях, а до истины так и не добрались?
– В этом вся и проблема. Когда разговариваешь со специалистами и спрашиваешь: почему у нас тормозится вакцинация, говорят: нет у людей доверия. Потому что со всех концов звучит совершенно разная информация. Потому что доверяют тому, что кто-то написал в соцсетях.
А.С.: Да, абсолютный хаос. На самом деле это война понятий.
– Это, отчасти, информационная война. Как журналисту мне приходится признать, что я и мои коллеги во многом проиграли, хотя и сами находились в непонятном положении, мы тоже не понимали, что такое коронавирус, как с ним бороться.
Людей надо успокаивать?
Д.П.: На самом деле никого успокаивать не надо. Надо приходить к единому стандарту оказания медицинской помощи в стране. Мы говорим о панике. Я считаю, что иммунная система связана и со стрессовыми ситуациями, она контролирует поведение всех органов и систем.
Нам много стало известно за это время о вирусе. У нас есть схемы, протоколы лечения. Мы сегодня говорили о смертности, о заражении, но у нас есть число выздоровевших людей, которых действительно вытаскивали из очень и очень тяжёлых состояний.
Мы понимаем, что делать. И медицинскому сообществу на сегодняшний момент нужно выступать абсолютно единым фронтом. Я уверен, как бы мы ни спорили с коллегами, мы всё равно находимся на одной стороне баррикад, наша цель – спасение жизней пациентов.
– У нас так складывается ситуация, что во многих регионах вводятся ограничительные меры, QR-коды, требуют с людей ПЦР, и это вызывает естественное недовольство. Такие ограничения – это вынужденная мера и другой альтернативы им нет?
А.Р.: Категорически с этим не согласен. Ограничения только увеличивают количество больных. Помните эту историю, когда вертолёты приземлились в Хакасии, там была семья Лыковых, они все умерли из-за того, что у них были ограничения в общении. Из-за того, что они не тренировали свой иммунитет. И поэтому они погибли. И у нас, как только создаются локдауны, маски и всевозможная ерунда, у нас ослабевает иммунитет, который должен получать, как нас учили в школе, дробную иммунизацию, мы должны контачить. Именно от этого мы спасаемся. Именно это нас тренирует, именно это нас спасёт.
Завершая программу, Олеся Лосева напомнила, что в последнее время ради того, чтобы заставить людей вакцинироваться, высказываются подчас совершенно безумные предложения. К примеру, президент Филиппин Родриго Дутерте предлагает тех, кто отказывается от прививки, вакцинировать во сне. Создаётся впечатление, что кто-то хочет заработать на вакцинах, а кто-то и пропиариться. Что будет дальше, пока никто сказать не может.
Программа «Вакцина правды» выходит на «Первом русском» по пятницам в 14:00. Не пропустите!
