Почему категорически нельзя пугать человека
Страх и инстинкт самосохранения, спасли немало человеческих жизней. Именно страх является отличным стимулом не делать того, что может быть попросту опасно. Стоит уточнить, что большая часть людей в состоянии страха теряется, не зная на что реагировать.
Что такое страх и откуда он берется
Страх формируется за счет того, что в кровь выбрасывается ударная доза некоторых гормонов, включая адреналин. Происходит это в стрессовой ситуации и при помощи центральной нервной системы. Чувство страха у каждого человека индивидуально, тут все зависит от темперамента и особенностей психики человека.
В большинстве случаев становится страшно тогда, когда надо перестать делать что-то опасное и необдуманное. Ощущение страха появляется у некоторых на уровне подсознания, и именно такие люди, как говорят медики, в группе риска.
Почему нельзя пугать человека?
Сильный испуг может иметь серьезные последствия, такие как:
— Нарушение сердцебиения, тахикардия. Для людей, имеющих проблемы с сердцем, возможны серьезные осложнения;
— Нарушение речи, заикание и логоневроз;
— Недержание мочи и энурез;
— Панические атаки;
— Нарушение психического здоровья;
— Обмороки и перепады давления.
Если человек абсолютно здоров и имеет устойчивую психику, то даже сильный испуг не будет иметь фатальных последствий, но принимая в расчет тот фактор, что абсолютно здоровых людей у нас нет, рисковать не стоит.
Организм каждого может выдержать нагрузки и стрессы, но запас прочности не бесконечен. Кратковременный испуг вызывает в организме серьезные изменения.
Резкий выброс гормонов пагубно воздействует на сосуды, происходит развитие гипертензии, резко падает давление и появляется риск коллапса или экстрасистолии.
Сильное эмоциональное напряжение делает человека дерганным, что является первым шагом к неврозу или чему похуже.
Стресс сильно ускоряет обмен веществ, но тут поводов для волнения нет, если человек не страдает анорексией, булимией или истощением.
Помните, что последствия могут быть непоправимыми.
«Людей нельзя так запугивать!» Школьница о своей принудительной госпитализации
Пока родители пытаются разобраться, как стала возможна принудительная госпитализация и кто в этом виноват, им предъявляют обвинения в плохом воспитании ребенка. Корреспондент сайта Сибирь.Реалии поговорила с Аленой и ее мамой после одного из заседаний комиссии о делам несовершеннолетних.
«Твоя мама когда-нибудь затыкается?»
Мы встретились с Алена и Ольгой в центре города. Они только что вышли с заседания комиссии по делам несовершеннолетних, где родителей обвиняли в том, что они не следили за активностью дочери в соцсетях и нарушали ее право на среднее образование. Мать и дочь измотаны физически и морально. Они долго отказывались от интервью, но все-таки решили, что «молчать о том, что произошло, будет нечестно».
Ольга, мать Алены, добавляет, что девочки снимали видео в её присутствии, и она одобряла идею Алены рассказать об этой проблеме, потому что травля в школе – это неоспоримый факт.
– Удивительно, но в том ролике (продолжительностью 01:23), который появился в сети, пока меня держали в диспансере, было больше кадров, чем в моем оригинальном (продолжительностью 00:49), – рассказывает Алена. – Некоторые кадры, например, где я подхожу к шкафу и сажусь на стул, не вошли в окончательную версию. Как они попали в ролик, который я не делала? Остается только догадываться. Во время обыска у меня изымали телефон. Как теперь это все доказать?!
– Подруга, с которой ты переписывалась, тоже пострадала?
– Нет. Но она очень за меня переживает и поддерживает.
– Что ты чувствовала в то утро, когда за тобой пришли?
– Мне казалось и до сих пор кажется, что я все это немножко со стороны наблюдаю. Будто это происходит не со мной.
– Ольга, вы сразу поняли, что это за Аленой?
– Они произнесли слова: «Обыск у Прокудиной Алены». Почему, за что, мы, конечно, не понимали. Я все время повторяла: «Вы, наверное, что-то не то делаете». А эфэсбэшники в ответ хамили. Говорили дочери: «Твоя мама когда-нибудь затыкается?»
– Меня спросили, хочу ли я поговорить с психологом, – вспоминает Алена. – Обещали, что это ненадолго. Я ответила: «Ну да, можно». И маме сказали, что меня отвезут пообщаться с психологом. Получается, что нас просто выманили из дома.
– Как ты держалась, что тебе помогало?
– Ольга, когда вы поняли, что совершили ошибку?
– Как только отошла от первого шока и поговорила с адвокатом. 27 августа я написала отказ от госпитализации и отвезла его в больницу, в Министерство здравоохранения Красноярского края и в аппарат Уполномоченного по правам ребенка в Красноярском крае. А 28-го больница подала иск в суд о госпитализации Алены без ее согласия и согласия ее представителей. 1 сентября состоялся суд, который принял решение о принудительной госпитализации. Получается, что сутки, с 27 по 28 августа, Алену держали в больнице просто незаконно.
Мыться раз в неделю и пить из ладошек
– Алена, как с тобой обращались в больнице?
– Мы уже описали все претензии и предоставили их в суд и прокуратуру. Я жила в одной комнате, где было 9 парней и 4 девушки вместе со мной. Чтобы переодеться, приходилось отворачиваться к окну или идти в туалет. А в туалете не было даже ручек, вместо них дырки. Санитары вставляли в них ручки от оконных рам и так открывали. Мыться можно было только раз в неделю, голову мыть тоже.
Ольга уточняет, что после судебного заседания, на котором было принято решение о принудительной госпитализации её дочери, она обратила внимание на грязные волосы Алены. Сотрудник больницы, сопровождавший девушку, ответила, что пациенты моются каждый вечер.
– Я этого разговора не слышала, – говорит Алена. – Но в тот же вечер меня повели мыться. Я еще удивилась, почему вдруг. В комнате для мытья стояли две обычные ванны. Мыться можно было только всем вместе, в присутствии друг друга. Я просила, можно ли подождать, пока девочки помоются, потом зайти отдельно. Мне ответили, что нет: либо моешься со всеми, либо вообще никак. Но самым тяжелым для меня был режим сна. По правилам больницы нам полагалось спать 13 часов! Некоторые санитары запрещали читать книги во время сон-часа. Можно было только лежать и смотреть в потолок. Это мучительно. Воду можно было пить только из ладошек, набирать в какую-либо посуду нельзя. Ставишь ладошки под кран, набираешь и пьешь, как животное. Наклонять голову к крану тоже нельзя. Санитары запрещали: мол, сейчас обслюнявишь кран – другие не смогут пить. В пижамных штанах спать запрещалось, только в шортах. У меня шорт 10 дней не было, приходилось спать в трусиках. Санитары угрожали детям: «Будешь шуметь, останешься без обеда» или «Не пойдешь мыться в банный день». Мне кажется, людей нельзя так запугивать. Ведь это элементарные вещи, которые должны быть у каждого человека. Первые 10 дней гулять меня не отпускали вообще. (Всего Алена провела в психбольнице 16 дней. – С.Р.) Детей с шизофренией, детей, склонных к побегам, отпускали, а меня – нет. Когда я вышла, все отметили, что я очень бледная. Прогулку мне разрешили только, когда пожаловался наш адвокат. Единственное, что было более-менее нормальным, это еда – кормили нормально. Фрукты, сладости мне передавали родители. Но кушать «передачки» можно было только 15 минут в день. За это время мало чего успеешь. Мы шли в столовую, где стояли холодильники и хранились посылки, 15 минут ели, потом убирали все в холодильник и возвращались обратно в палату. После того как в СМИ рассказали о моих условиях содержания, меня и других девочек переселили в палату получше – без мальчиков, там были розовые стены и новые покрывала.
– Когда ты поняла, что тремя днями это не закончится?
– Ко мне подходила девочка, которая тоже лежала там за якобы интерес к каким-то группам, и повторяла, что мы тут только до 1 сентября, после нас выпустят. И я все время успокаивала себя этим. В итоге ее выпустили 31 августа. А у меня 1 сентября был суд.
«Судья сказал, что меня помещают в больницу бессрочно»
– Ты знала, что он состоится, тебя предупредили?
– Никакого лечения я не получала, обследование тоже не проводилось. Один раз ко мне пришла психолог и попросила нарисовать картинку животного, которого не существует. Я нарисовала, описала его. И все. Персонал продолжал пугать, что я здесь надолго. Я спросила у медсестры, где мои влажные салфетки, которые лежали в портфеле. Она ответила, что я как-то плохо себя веду, хотя мне здесь быть еще долго. За день до того, как меня выпустили, мне позвонила мама и сказала, что мы скоро встретимся. Я подумала, что ее опять ко мне пустят. Но она добавила: «Ты едешь домой». Я расплакалась, мама тоже плакала. А врач, которая сидела рядом со мной и следила за моим разговором, сказала: «Сюрприз». На другой день приехали мама с папой, адвокат и меня забрали.
«Они растоптали меня как гражданина»
– Твоя жизнь как-то изменилась? Чувствуешь ли ты недоверие к людям?
– Смотря к каким. Я никогда не думала, что взрослые могут так нагло врать. Главный врач больницы Гершенович в СМИ говорил, что он лично меня осмотрел. И на основе этого осмотра принял решение, что меня нужно здесь оставить! А он никогда меня не осматривал. Только один раз, когда ко мне на свидание пришел адвокат, Гершенович подошел к нам и поговорил – единственный раз! Большая часть моей жизни сейчас занята этой темой. Я читаю статьи, смотрю ролики, анализирую. Не только о себе, а в принципе. Сейчас я сдаю экзамены, которые должна была сдать еще 25 августа, но из-за госпитализации не могла этого сделать. А родителей на комиссии обвиняют, что это они якобы не проследили. В итоге я сильно опаздываю, ведь уже месяц учебы прошел. Апелляционный суд мы проиграли, почти час шло рассмотрение жалобы, решение первого суда оставили в силе. Но мы будем и дальше обращаться в суды. Я за справедливость, чтобы такого больше не случалось. Большинство почему-то предпочитают не выходить на связь. Именно поэтому такие вещи становятся возможными. Та девочка, с которой мы лежали, не стала поддерживать со мной связь. Она удалила все свои аккаунты в соцсетях. Мне же, наоборот, кажется, что об этом нужно рассказывать. Поначалу, когда я только вышла из больницы, думала, что нужно как-то это изменить, чтобы в нашей стране такого больше не случалось. Но сейчас мне кажется, что все бесполезно и я ничего не поменяю. Думаю, что закончу школу и уеду учиться в другую страну.
– Как твои друзья встретили тебя после выписки?
– Родители одной из подруг запретили ей со мной общаться. Еще одна девочка из лагеря в беседе что-то не очень приятное высказывала. Но большинство поддержали. Особенно мои друзья из «Твори-Горы». Это они приезжали на суд и стояли под окнами больницы. И сейчас стараются побыстрее вовлечь меня в нормальную жизнь.
– Ольга, какие обвинения вам предъявляет комиссия по делам несовершеннолетних? Что означает формулировка «нарушение права на среднее образование»?
– То, что Алена сдает экзамены для перехода в 9-й класс сейчас, а не весной. Но у нас сложилась такая ситуация. Алена с зимы находится на семейном обучении (семейная форма обучения – это совместное желание ребенка и родителей учиться дома без каких бы то ни было медицинских показаний. – СР), таково было решение Алены, и мы его поддержали. Весной, когда нужно было сдавать экзамены, школы закрылись на карантин. Мы звонили, спрашивали, как быть. Нам сказали сдавать в августе. А в августе, за день до экзаменов, за Аленой пришли.
– Как вы дома справляетесь с этой ситуацией?
История Алены взволновала многих красноярцев. Известный красноярский телеведущий Владимир Перекотий, узнав от адвоката, что Алена мечтает об электрогитаре, объявил на своей страничке в фейсбуке сбор. В течение нескольких дней было собрано 20 тысяч рублей. После того как Алена вышла из больницы, Перекотий передал ей гитару, сказав: «С тобой неправильно поступили, не теряй, пожалуйста, веры в людей».
На своей странице в фейсбуке журналист отчитался перед «спонсорами»: «Спасибо всем за содействие и отдельно – перечислившим копеечку. Пришло больше 20 тысяч. Договорились с Ольгой, что часть потом пойдет на музыкальные допнужды. А часть, поскольку комбик покупать не пришлось, уже есть, – прямо сейчас она перечислит правозащитным организациям «ОВД-Инфо» и «Агора».
В больнице, где Алена проходила «обследование», корреспонденту Сибирь.Реалии сообщили, что все вопросы необходимо направлять в пресс-службу краевого Минздрава. В пресс-службе заявили, что обстоятельства госпитализации Алены Прокудиной являются врачебной тайной, которую нельзя разглашать «третьим лицам».
Геннадий Онищенко о прививках от COVID: «Уговорить нельзя заставить. Запятую ставьте сами»
Доктора медицинских наук, заместителя президента Российской академии образования (РАО) Геннадия Онищенко порадовало, что власти не планируют «перезапускать» кампанию по вакцинации от COVID-19. Наличие таких планов опроверг пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков.
«Это постоянная кампания [по вакцинации], которая должна вестись и ведется на постоянной основе в разных сегментах. Никакого перезапуска нет и быть не может», — отметил Песков в ходе брифинга, отвечая на соответствующий вопрос.
Он опроверг планы по введению в России обязательной, «тотальной» вакцинации от коронавируса. Ранее со статьей, что во властных структурах рассматривают вопрос о возможной «перезагрузке» прививочной кампании, выступил «Коммерсант».
В авторской колонке для ФАН Геннадий Онищенко рассказал о своем отношении к этому вопросу. Отметим сразу — данное мнение является личной позицией автора, которая может не совпадать с позицией редакции ФАН.
Вакцинация: уговорить нельзя заставить. Колонка Геннадия Онищенко
Озабоченность наших властей и медицинского сообщества в связи с недостаточной эффективностью агитационной кампании по вакцинации от COVID-19 вполне обоснована. Очень хорошо, что это беспокоит все большее количество россиян.
Но должен сказать, наверно, для кого-то неприятную вещь. На самом деле нужно, чтобы эта кампания уже началась по-настоящему. Пока лично я, к сожалению, не вижу согласованной целенаправленной работы в этой области. То, что мы имеем сейчас, трудно назвать нормальной агитацией за прививки.
Исключений в виде положительных примеров агитации, к сожалению, немного. Как правило, все попытки запугать людей разговорами о смерти приводят к тому, что они в силу особенностей человеческой психики просто отказываются верить «пугальщикам». Так что попытки стимулировать вакцинацию при помощи политики устрашения, на мой взгляд, дали обратный эффект.
Рискну даже сказать несколько слов в защиту антипрививочников, которых на западный манер у нас иногда называют антиваксерами. Думаю, многие из этих людей — просто жертвы ошибок, совершенных теми, кто в силу своей профессии и занимаемой должности был обязан дать доходчивые объяснения необходимости прививок.
Так что работу на ниве пропаганды вакцинации от COVID-19, на мой взгляд, пора пересмотреть.
При этом считаю, что нам не нужно идти по пути создания каких-то новых органов, отвечающих за вакцинацию. Считаю, что за это должны отвечать Минздрав и служба эпидемического надзора. Кроме того, на мой взгляд, в деле пропаганды вакцинации должна быть усилена роль оперативного штаба по противодействию пандемии. Всем остальным структурам должна быть отведена в большей степени вспомогательная роль. Их задача — достучаться до определенных возрастных, социальных и профессиональные групп.
Еще хочу обратить внимание вот на что. Любые нововведения не должны сопровождаться отрицанием того, что было сделано раньше. Неприемлемо разрушать работающие механизмы. На мой взгляд, не стоит обвинять врачей и ученых, что они не справились с работой по пропаганде вакцинации. Просто нужно эту работу упорядочить, добиться, чтобы обществу не посылались взаимоисключающие противоречивые сигналы.
Должен напомнить, что с первого дня пандемии из-за рубежа была начата гибридная информационно-террористическая атака, которая, к сожалению, оказала влияние на многих, в том числе в нашей стране. Вот откуда все эти идеи дискредитации вакцинации, атаки на российские вакцины и так далее. Вот откуда все эти попытки политизировать все, что касается российских препаратов, нашей системы здравоохранения, что само по себе недопустимо. Проблема профилактики COVID-19 исключительно медико-социальная — политизации тут не место.
На мой взгляд, занимаясь этой проблемой, нужно более жестко контролировать информацию о вакцинации, которая попадает в публичное пространство. Считаю, что тем, кто за это отвечает, не стоит проявлять излишнюю терпимость к людям с медицинскими дипломами, которые позволяют себе выступать с, мягко скажем, странными заявлениями по поводу прививок. Такие вещи надо жестко отслеживать и принимать соответствующие меры. Не только действия, но и слова медиков ни в коем случае не должны быть во вред обществу.
При этом поддержу то, что было сказано сегодня на самом высоком уровне, по поводу отсутствия планов ввести тотальную обязательную вакцинацию. Это абсолютно правильное решение. На мой взгляд, пугать людей тотальной вакцинацией не только неправильно, но и просто контрпродуктивно. Как говорится — уговорить нельзя заставить. Запятую в нужном месте поставьте сами. Лично я — за информированное согласие, как прописано в нашем законодательстве.
Что касается правил вакцинации, то напомню, в нашей стране есть национальный календарь прививок, который исполняется. Да, пандемия COVID-19 создала для всего мира новую реальность, на которую необходимо адекватно реагировать.
Напомню, наша страна всегда был пионером в деле профилактики инфекционных заболеваний. Еще во времена СССР инициативы наших выдающихся медиков помогли победить страшные болезни по всему миру. Так остается и сегодня, так будет и впредь.
