Ищем педагогов в команду «Инфоурок»
( изучить материал урока, выписать в тетрадь термины и названия народных праздников, запомнить )
Новые термины : «обычай», «обряд», «традиция», «театрализация»
ОБЫЧАЙ- это прочно установившиеся в определенной общественной среде правила поведения людей, соблюдаемые в силу привычки и общественного мнения.
ОБРЯД- совокупность действий (установленных обычаем или ритуалом), в которых воплощаются какие-либо представления.
ТРАДИЦИЯ- это установленные ещё в древности законы, обычаи, отношения между людьми которые существуют, как совокупность разных привычек.
ТЕАТРАЛИЗАЦИЯ- обыгрывание, представление, где каждый участник хорошо знает своё место и свою роль.
С егодня мы продолжим знакомиться с башкирскими театрализованными обрядами. Нам предстоит побывать на празднике Сабантуй. Ведь этот праздник представляет собой театральное действие, которое разворачивается на майдане, а непревзойденным режиссёром этого действия является сам народ. Всё сплетается в этом чудесном празднике: и награда за труд, и надежда на хороший урожай, и общение с расцветшей природой, и любовь молодых людей, и удальство джигитов, и мудрость аксакалов, и многое-многое другое.В былые времена длинными вечерами девушки собирались на посиделки и рукодельничали : вышивали, вязали, шили.Перед сабантуем назначались сборщики подарков, которые обходили все дома, в первую очередь семьи, где были невесты или молодые женщины. Там сборщикам выносили красивые расшитые полотенца. Платки, пёстрые отрезы, домотканые ковры – паласы.Разноцветные подарки привязывали к длинным шестам, а большие вещи укладывали на телеги, и в окружение веселой и шумной толпы эта процессия с шутками и смехом обходила аул, создавая праздничное настроение.Для празднования выбирали широкий майдан. Здесь проводились главные соревнования.С утра на майдан со всей округи стекались празднично одетые люди. Майдан становится ареной многочисленных состязаний: национальной борьбы, схваток силачей, соревнующихся в подъеме тяжести (например, гири), различного рода юмористических соревнований — боя на бревне мешками, набитыми травой или сеном; разбивания с завязанными глазами палкой горшков, расставленных на земле; доставания ртом монет со дна сосуда с кислым молоком; бега с ложкой во рту, в которой находится сырое яйцо; бега с полными ведрами на коромыслах; бега в мешках и т. д.
Целый день длится праздник. Главным в сабантуе являются состязания-игры. Как нельзя лучше этот праздник характеризует стихотворение написанное Ольгой Ивановой «Сабантуй».
Эволюция сценарной драматургии в русской народной праздничной культуре
Статья просмотрена: 2024 раза
Библиографическое описание:
Свечникова, О. Б. Эволюция сценарной драматургии в русской народной праздничной культуре / О. Б. Свечникова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2012. — № 2 (37). — С. 338-341. — URL: https://moluch.ru/archive/37/4271/ (дата обращения: 30.10.2021).
Статья содержит в себе краткую информацию о возникновении и развитии ритуально-обрядовых действ в русской народной праздничной культуре, которые исторически эволюционировали: традиции, обычаи, обряды и ритуалы первобытности и язычества трансформируются в драматические игры. Эти игры, в свою очередь, предшествовали спектаклям народного театра и народных театрализованных представлений. Так, в процессе эволюции возникла необходимость создавать авторские сценарии театрализованных народных представлений и праздников на их традиционной ритуально-обрядовой основе, что положило начало развитию сценарной драматургии народных массовых зрелищ.
Article comprises a brief information on occurrence and development of ritually-ceremonial actions in Russian national celebra tory culture which historically evolved: traditions, customs, ceremonies and rituals of primitiveness a re transformed to drama games. These games, in turn, directly preceded performances of a folk theatre and the national dramatized representations. So, in the course of evolution there was a necessity to create author’s scenarios of the dramatized national representations and holidays on their traditional ritually-ceremonial basis that has begun development to dramatic art.
Анализируя праздник в контексте драматургии и режиссуры, в первую очередь, следует детально рассмотреть понятие «праздник». Приведем точки зрения ведущих специалистов. Теоретик литературы и гуманитарный эпистемолог XX века М.М.Бахтин пишет: «Всякое празднество – очень важная первичная форма культуры. А культура праздника слагается из культуры игры, слова, движения, музыки, звука, моды, костюма, этикета, обычая, ритуала. Словом, из совокупности разных культур» [2, с. 18].
Согласно утверждению исследователя русской традиционной культуры А. Некрыловой, праздник как социокультурное явление, «утверждая социальные порядки, нормы, художественные и нравственные идеалы, приобщает общество к традиции [5, с.34].
По мнению Д. М. Генкина, « Праздник – это комплексная форма массовой работы, включающая в себя несколько одновременно происходящих мероприятий, объединенных темой и идеей, сочетающая активное действие участников с восприятием ими зрелища. Педагогическая ценность праздника – удовлетворить интересы людей с разным культурным уровнем, поднимая его на более высокую ступень» [3, с. 12].
Народные праздники и обряды являются значимой и неотъемлемой частью многовековой духовной культуры любого народа. Праздники задолго до появления христианства были напрямую связаны с циклами природы: летнее и зимнее солнцестояние, весеннее и осеннее равноденствие, встреча и проводы времен года, сев, сбор урожая, и т.д. Позднее, для укрепления в народном сознании христианского понимания праздника, церковь опиралась на языческие традиции.
Именно в народной традиции реализуются художественная активность человека, его эстетические вкусы. В народных праздниках сосредоточены вечные гуманистические ценности. В современном обществе они необходимы как средство воспитания, как особый способ приобщения отдельного человека и его семьи к социальному целому, как чувственно-наглядный способ передачи новым поколениям норм поведения, идеалов и ценностей.
Древнегреческий историк Геродот считал праздники «наряду с расой и языком, третьим элементом, объединяющим греков, а исторически зрелище может возникнуть только там, где складываются культурные традиции» [9, с. 2].
В процессе праздника осуществляется концентрация художественного творчества и культурной жизни. Его проведение охватывает архитектурное и декоративное оформление театрализованных действий, поэзию и прозу, драматургию, музыкальные мероприятия, зрелища, процессии, народные гуляния, конкурсы, состязания и т.д. Составляющая праздника очень многообразна, но в данной статье ставится цель рассмотреть сценарную драматургию праздника, его сюжетно-образную концепцию и историческое развитие от языческих времен до наших дней. Ярким примером тому служит праздничная культура России, в частности, такой русский народный праздник как «Масленица».
Прежде всего, необходимо разобраться в таких дефинициях, как «драматургия» и «сценарий». В литературной энциклопедии терминов и понятий драматургия (греч. dramaturgia ) означает, во-первых: синоним понятия драмы как литературного рода или совокупность драматических произведений одного писателя, направления либо эпохи, нации, региона. Во-вторых, сюжетно-композиционная основа спектакля, кино- или телефильма с конкретизирующими ее подробностями, как правило, заранее зафиксированная словесно. Драматургия включает в себя произведения драматического рода литературы – пьесы (поскольку они предназначены для сцены) и сценарии, создаваемые как писателями, так и режиссерами [4, с. 25].
Таким образом, сценарий массового праздника является понятием комплексным, синтезирующим работу драматурга, режиссера, художника, композитора, организатора. Сценарий является основой всех видов и жанров театрализованных представлений и празднеств, имеющий общие черты с драматургическими произведениями театра, кино, телевидения и радио.
Существенной составляющей сценарно-драматургической основы массовых зрелищ является игровой характер композиции. Театральность и зрелищно-площадная импровизация становится истоком комедии Дель-арте [8, с. 99].
Исторически в эпоху античности сценарий формировался как дифирамб во время дионисий.
В эпоху Средневековья и Возрождения разработка сценариев религиозных мистерий и мираклей поручалась городской ремесленной гильдии. Впоследствии группа бродячих актеров комедии Дель-арте, искусство которой носит импровизационный характер, тем не менее разрабатывала для каждого спектакля свой сценарий с включением туда местных шуток, номеров, содержание которых строилось в зависимости от интересов местной публики.
Конвент Французской революции уделял праздникам и представлениям такое большое значение, что на своих заседаниях утверждал их сценарии, многие из которых писались лично Робеспьером.
Рассматривая эволюцию массовых зрелищ нельзя не отметить одного из выдающихся актеров ХVIII века Федора Волкова, которого можно смело назвать первым сценаристом и режиссером массового действа в России. В начале 1763 года Федор Волков выступил в качестве режиссера-постановщика маскарада «Торжествующая Минерва», организованного по случаю коронации Екатерины второй. Богатое оформление и реквизит, народные хоры и персонажи русских сказок, маски и колесницы, и все это было великолепно украшено и наряжено. В представлении участвовали жонглеры, акробаты и эквилибристы, специально выписанные из-за границы.
В XX столетии в России резко усилилась зрелищность спектаклей. Театр нуждался в сценарной драматургии. Текст обрастает ремарками, обозначающими интонации и движения актеров, мизансцены и шумовые эффекты. Сценарий в его письменной форме становится, наряду с диалогическим текстом, необходимым компонентом драматургии [8, с. 106].
«Неотъемлемой частью праздника было ряженье – надевали «хари» от злых духов, медвежью шкуру, несли определенную функцию скоморохи и колоброды, жрица Марены и жрица Живы. Разыгрывалось целое театрализованное действо, в котором светлая и темная стороны вступали в конфликт. Заканчивалось действо обрядом сжигания чучела Марены.
Праздник стал именоваться «Масленицей» лишь с XVI века, когда был включен в церковные праздники и по времени «сдвинут» почти на месяц, ближе к началу года из-за наличия у христиан Великого поста, которому церковная Масленица (сырная седмица) стала предшествовать. «Поначалу архаичные обрядовые действа Масленицы, затем – хороводные игрища и скоморошьи забавы содержали элементы, свойственные драматургии как виду искусства: диалогичность, драматизация действия, разыгрывание его в лицах, изображение того или иного персонажа (ряженье)» [2, с.12].
Но, поскольку понятие «драматургия» предполагает авторство и профессионализм, то вышеописанные народные обрядовые действа нельзя считать драматургией. Лишь позднее, уже в XX веке, когда отдельные авторы начали прописывать сценарии, включая в них старые элементы народных обрядов и ритуалов, и внося что-то новое, состоялась сценарная драматургия праздника. На основной сценической площадке разыгрывалось театрализованное представление с участием таких персонажей, как Зима и Весна, теща и зять, и других известных героев из русских народных сказок. Но первоначальная, языческая, суть праздника была утрачена.
На площади города работает веселый «масленичный городок», в котором непрерывно идут концерты, народные увеселения, игрища, состязания с призами, продают блины и прочую масленичную снедь» [7, с. 46].
К разработке сценария театрализованной программы и ее режиссуре, в основном, подходят с особым вниманием – сохраняется главный художественный образ праздника, его обряды, традиции, обычаи, ритуалы. Соблюдается его форма и содержание.
В настоящее время Масленица – это массовое театрализованное празднество, основанное на фольклорных традициях, сочетающее в себе дух старины и явления новизны. Все это делает праздник историческим и современным одновременно.
Подобно Масленице менялась и постепенно развивалась сценарная драматургия и других народных праздников.
Мысль о том, что корни нашего театра и театрализованных представлений надо искать в народных играх и обрядах, высказывалась многократно. Например, А. Н. Веселовский и П. О. Морозов утверждали, что эта зависимость имеет отношение не только к нашему театру, но проявилась во многих аспектах. «Как у всех других народов, писал П. О. Морозов, так и у нас, на Руси, первых признаков появления драматического элемента в словесности следует искать в культовом обряде и сопровождающих его песнях, и вместе с тем, в играх, в которых мимический инстинкт, всякому человеку присущий, находит выражение в действии» [8, с.81].
Таким образом, древнерусские праздничные игрища явились основой для возникновения театрализованных представлений и праздников современности. При этом создавались условия, благодаря которым позднее преимущественное развитие получили игрища, трансформирующиеся в драматические игры. Игры эти, в свою очередь, непосредственно предшествовали спектаклям народного театра и народных театрализованных представлений. В процессе эволюции народные театрализованные представления с их элементами ряжения и разыгрывания ролей, и передаваемые из поколения в поколение, явились предпосылкой для создания авторской сценарной драматургии.
В нашей стране авторские сценарии праздничных народных гуляний начали создаваться в советский период, наравне с расцветом праздничной драматургии в целом. В наши дни сценарная драматургия праздника приняла определенную четкую форму – это подробная литературно-режиссерская разработка содержания театрализованного праздничного действия, где в строгой последовательности и взаимосвязи, диалогически и в ремарках излагается все, что будет происходить на массовом празднике; раскрыты тема, идея, и сверхзадача, обозначены авторские переходы от одной части действия к другой, четко обозначены все элементы композиции от завязки до финала.
Итак, современная сценарная драматургия является основой всех видов и жанров театрализованных представлений и празднеств, имеющая общие черты с драматургическими произведениями театра, кино, телевидения и радио. Но в данном случае, когда речь идет о народных праздниках, сценарная драматургия неизбежно содержит в себе традиционную, ритуально-обрядовую основу русской народной праздничной культуры.
Бахтин, М. М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса [Текст] : / М. М. Бахтин. – 2-е изд. – Москва, 1990. – 543 с.
Велецкая, Н. Н. Принципы драматургии народного театра [Текст] / Н. Н. Велецкая. Москва, 1964. – 249 с.
Царев, М. И. Театрализованные праздники и зрелища [Текст] / М. И. Царев. – Москва: Искусство. 1976. – 204 с.
Шубина, И. Б. Драматургия и режиссура зрелища ; игра, сопровождающая жизнь [Текст] : учеб. – метод. пособие / И. Б. Шубина. – Ростов-на-Дону : Феникс, 2006. – 288 с.
«Волшебный мир куклы (игра, ритуал, театр)»
Авторский коллектив:
Е.А.Андреева, н.с. отдела этнографии народов Сибири и Дальнего Востока; Л.С.Гущян, ст. н.с. отдела этнографии Кавказа, Средней Азии и Казахстана, канд. культурологии; Е.В.Дъякова, н.с. отдела этнографии Белоруссии, Украины и Молдавии; М.Л.Засецкая, ст.н.с. отдела этнографии народов Северо-Запада и Прибалтики; Е.В. Колчина, зав. отделом этнографии народов Поволжья и Приуралья; Л.М.Лойко, вед. н.с. отдела этнографии народов Поволжья и Приуралья; Е.Л.Мадлевская, вед. н.с. отдела этнографии русского народа, канд. филолог. наук; О.В.Старостина, ст. н.с. отдела этнографии народов Кавказа, Средней Азии и Казахстана, канд. ист. наук.
Время и место экспонирования: 27.02.2019–12.05.2019, Российский этнографический музей
Онлайн-альбом к выставке
Народная кукла как прообраз человека могла выступать в разных ипостасях. В детской игре – это средство воспитания, в ритуальных практиках – культовый атрибут, а в постановках фольклорного театра – персонаж театрализованного действа. Зачастую при схожести конструкций фигурки были призваны выполнять разные роли, которые им отводили создатели. Этническая обусловленность куклы неоспорима, поскольку каждый народ создавал её по своему образу и подобию. Конструктивные особенности, выбираемые материалы, а также приемы достижения художественной выразительности куклы отражали определенные этнические или региональные традиции.
Антропоморфная миниатюра, выполненная с разной долей условности, могла стать атрибутом обрядов календарного и жизненного циклов, использоваться в ритуальных практиках, входить в число жертвенных даров божествам.
С обрядово-игровыми явлениями традиционной культуры тесно связаны представления фольклорного театра, особым видом которого является театр кукол. Он имеет свои жанровые разновидности и технологические средства у каждого народа. Куклы перчаточные, стержневые, а также ниточные марионетки позволяли демонстрировать различные представления – от популярной бытовой комедии, героико-романтических сцен до сложных форм народной мистерии и вертепных рождественских постановок. Каждый персонаж наделялся психологическими качествами/характеристиками в зависимости от своей роли в представлении. В ряде случаев имела место индивидуализация кукольных образов, которые наглядно демонстрировали черты известного зрителям человека или мифологического персонажа.
Детские игры с куклами являлись одним из важнейших аспектов воспитания. Обычно играли «в свадьбу», «в праздник», «в поездку на ярмарку/в магазин», «в поход в гости/прием гостей», а также воспроизводили различные хозяйственные занятия. С момента изготовления куклы, организации ее «жизненного пространства» до моделирования игровой ситуации ребенок получал представления об основных ценностных ориентирах своего сообщества: морально-нравственных принципах, распределении социальных ролей, идеальном визуальном облике. Посредством игры ребенок воспроизводил различные жизненные ситуации в соответствии с нормами и правилами поведения своей этнической группы.
Особый блок – куклы интерьерные, сувенирные, демонстрационные. Эти образы отличала тщательная проработка деталей фигуры и наряда. Часто такие игрушки становились ценными подарками, приобретая статус художественного произведения.
Создание волшебного мира кукол – особое таинство: миниатюрные фигурки оживают в руках человека (ребенка или взрослого), начиная исполнять отведенные им роли.
Попадая в музейное собрание, куклы становятся экспонатами, которые позволяют увидеть разные грани народной культуры.
Игровые куклы
Детские игры с куклами являлись одним из важнейших средств воспитания. Создавая фигурки и кукольное приданое, ребенок приобретал навыки домашних ремесел; воспроизводя в игре различные жизненные ситуации – получал представления о базовых ценностях своего сообщества.
Традиционные куклы у русских
У русских для изготовления традиционных кукол использовали различные природные и рукотворные материалы: глину, солому, дерево, бумагу, кудель, ткань, фарфор и некоторые другие. Создание более или менее разработанного антропоморфного изображения нередко требовало комбинирования двух или нескольких материалов.
Конструкция куклы в значительной мере зависела от материала. Крестообразных кукол делали из соломы, дерева, ткани. Распространенными были и другие конструкции: узелковая – в основном из ткани; на сучке; узелковая на щепочке – обычно с использованием дерева и ткани. Не менее популярными у русских были куклы-скрутки. Их делали преимущественно из ткани, но иногда из бумаги, а также с использованием дерева для изготовления ног. Для более поздних сшивных набивных кукол наполнением служили ткань, зола, опилки, кудель. Последнюю часто использовали для имитации волос; другими материалами для создания причесок кукол служили нитки, мех, ткань и очень редко – человеческие волосы.
Степень разработанности костюма могла быть очень разной: от случаев, когда для куклы шили только основные детали одежды, до вариантов воссоздания не только всех элементов наряда, включая нижнюю юбку, пояс, головной убор, обувь, чулки, но также и украшений (шейных, серег и др.) или аксессуаров (сумочки, платка).
Куклы для игры «в свадьбу». Архангельская губ., Пинежский у., с.Покшеньга. 1920-е годы
Куклы для игры в «дочки-матери». Кукла «мать с ребенком». Конец XIX – начало ХХ века. Брянская губ. Кукла «мать с ребенком». Европейская Россия. Начало ХХ века
Куклы украинцев, белорусов, западных и южных славян
Народные традиции украинцев, белорусов, а также западных и южных славян, в которых фигурирует кукла, во многом схожи между собой. От назначения антропоморфной фигурки во многом зависел материал, из которого она изготавливалась.
Игровых кукол делали из легкодоступных подручных материалов: соломы, травы, дерева, кусочков ткани; основой могли служить кукурузный початок, ветка, плотный стебель. Кукол из растительных материалов плели и перевязывали, из текстильных – скручивали, сматывали, сшивали, набивали. Кукольная одежда имитировала костюм, соответствующий локальной региональной традиции. В большинстве случаев можно определить, что игрушка, изображающая женщину, «одета» в рубаху, юбку, имеет особый головной убор. Черты лица куклы могли быть прорисованы, вышиты или не обозначены вовсе.
Куклы в гуцульских костюмах. Украинцы-гуцулы. Конец XIX– начало XX века. Галиция
Куклы из природных материалов. Украинцы. Начало ХХ века. Черниговская губ.
Куклы народов Прибалтики и Северо-Запада России
Современные коренные народы Прибалтики (латыши, литовцы, эстонцы, финны-суоми) и Северо-Запада России (вепсы, водь, ижоры, карелы, саамы) – прямые потомки древних финно-угорских и балтских племен (IV–II тыс. до н.э.). Своеобразие природы, климата, исторического развития Балтийского региона отразилось и на его «кукольном мире», в частности, на выборе материалов (дерево, текстиль, шерсть – у литовцев, эстонцев, латышей; кора, солома, береста, щепа, лен, нити – у вепсов, карел; сету; кость, мех, кожа, рог – у саамов), сюжетных образов (кукла – рыбак, охотник, воин), и, конечно, – на облачении кукол, которые интерпретировали традиционный народный костюм.
Одна из самых распространенных конструкций, которая бытовала у всех народов Балтийского региона ‑ шитая кукла. Она могла иметь соломенный или деревянный каркас (цельный или составной), обшитый тканью. Деревянные антропоморфные фигурки не обшитые тканью часто имели «лица», намеченные резьбой, краской, шляпками гвоздей (глаза) и т.п. Наряды шитых кукол варьировались от примитивной стилизации до полного копирования костюма взрослого человека в уменьшенном масштабе, включая нижнее белье, головной убор, прическу (для имитации использовали нитки, мех, волокно, шерсть, конский волос, паклю, вату) и украшения.
В XIX веке у народов северо-западных губерний России широко бытовали куклы-скрутки, а у вепсов – также узелковые тряпичные куклы. В тот же период в Прибалтике под влиянием западноевропейской традиций, появляются сувенирные куклы. В середине XIX века в Финляндии появляются первые вязанные сувенирные куклы («Егерь и его невеста»). В настоящее время традиция изготовление кукол в вязаных национальных костюмах, характеризует творчество многих мастериц в республиках Прибалтики.
Кукла в костюме невесты с острова Вормс. Шведы Эстонии. Вторая половина ХIХ века. Эстляндская губ.
Куклы «Егерь и его невеста». Финны. Середина ХIХ века. Великое княжество Финляндское
Куклы народов Поволжья и Приуралья
У финно-угорских и тюркских народов, издревле проживающих в Волго-Уральском регионе – от зоны таежных лесов до предгорий Южного Урала – для создания миниатюрных фигурок использовались, как правило, ткани домашнего изготовления и природные материалы: дерево, солома, прутья, шишки, мох. У удмуртов, например, бытовали куклы, основой которых служили еловые ветки, а у марийцев – чурбачок. Перья водоплавающей птицы, коленные косточки барана также использовались при создании фигурок.
Наибольшее распространение получили конструкции на жестком каркасе из обработанной или необработанной древесины. Заготовка иногда дополнялась перекрестьем – палочкой, изображающей руки.
Особое положение занимали куклы-скрутки из коры, ткани, бумаги. В некоторых образцах конструкция усложнялась за счет крепления к тулову рук и ног.
У всех народов региона бытовали и шитые куклы, иногда с использованием головок из фарфора.
Кукольные прически делали из льняного или конопляного волокна, шерстяной пряжи, конского, а иногда и человеческого волоса. Куклам-мужчинам прикрепляли бороду из шерсти животных, мха, растительных волокон.
В миниатюрном воплощении все разнообразие деталей реального костюма чаще всего сводилось лишь к нескольким предметам, которые позволяли создать необходимый образ. Женские персонажи должны были непременно иметь рубаху, пояс, и, самое главное, соответствующий головной убор. У куклы-невесты это свадебный кокошник, у женщины – платок, у девушки – лента. Для костюма куклы-мужчины наиболее значимой являлась цветовая символика. Например, цвет пояса указывал на то, какого рода наряд представлен: праздничный, будничный или «жениховский», несмотря на то, что пояс мог быть единственной деталью одежды.
Куклы «моховики» («лесовики»). Марийцы. Конец XIX ‑ начало ХХ века. Костромская губ., Ветлужский у.
Кукольная семья: отец, дочь и сын. Коми-зыряне. 1926 год. Автономная Область Коми, Усть-Куломский р-н
Куклы народов Сибири и Дальнего Востока
Традиционные куклы народов Сибири и Дальнего Востока, несмотря на все разнообразие форм, материалов и размеров, имеют много общего.
Основой детских кукол ненцев, обских угров, кетов, эвенков и других народов региона служили косточки животных или клювы водоплавающих птиц. Существовал запрет на детальную проработку лица и даже человеческой фигуры в детской игрушке, поэтому основной акцент делался на одежде кукол и кукольном инвентаре. Появление лиц и изготовление игрушек из ткани и дерева связывают с влиянием русской культуры. Особый интерес представляют деревянные куклы для мальчиков у народов Дальнего Востока. Когда-то они, вероятно, служили детскими амулетами, но со временем это значение было утрачено и они полностью перешли в мир детской игрушки.
У народов Северо-Восточной и Южной Сибири кукол шили из ткани или шкуры, набивали оленьим волосом или шерстью. Первых кукол делали мамы, бабушки или старшие сестры. Выходя замуж, девушки забирали кукол с собой как символ плодородия. С древними культами плодородия связано происхождение игрушек «ребенок в колыбели», распространенных у ненцев, хантов, манси и у народов Южной Сибири.
У народов Амура (нанайцев, ульчей) основой кукол служили бумага или кусочек ткани, к которому крепилась головка с косами из ткани или ниток. Одежда и прочие принадлежности делались также из бумаги. Все украшалось аппликацией из бумаги, меха и других материалов растительного и животного происхождения. Кроме того, встречались силуэтные куклы, полностью вырезанные из бересты.
Самым редким материалом для изготовления детских игрушек был камень. Только тувинцы вырезали для своих детей фигурки животных и людей из агальматолита – «мыльного камня». Со временем подобная непрофессиональная резьба по камню превратилась в художественный промысел.
Кукла «лама». Тувинцы. Конец ХIX – начало ХХ века. Китайская Империя, Северная Монголия. Куклы «сын» и «дочь». Ульчи. 1980-1990 годы. Хабаровский край, Ульчский р-н. Игрушки из бересты. Негидальцы. 1986 год. Хабаровский край, р-н им. П. Осипенко
Игрушки «мужчина» и «женщина с ребенком» из агальматолита. Тувинцы. Конец XIX – начало ХХ века. Китайская Империя, Северная Монголия
Куклы народов Средней Азии и Казахстана
Средняя Азия и Казахстан – обширный регион, простирающийся от Каспийского моря на западе до Алтайских гор на востоке, от Западно-Сибирской равнины на севере до Иранского нагорья на юге. Главная особенность его культурного облика состоит в тесном соседстве и взаимодействии двух типов цивилизации – оседлой, земледельческой и кочевой, скотоводческой. Первая сложилась в долинах рек и гор, вторая – в зоне степей и пустынь. Оседлый образ жизни в регионе вели таджики, памирские народы, часть узбеков и туркмен, отдельные группы каракалпаков и киргизов, а кочевой и полукочевой – казахи, киргизы, каракалпаки, часть туркмен и узбеков.
Игровые куклы у народов региона изготовлялись из дерева и обрезков материи (ситца, шелка, бархата и др.). Наиболее распространенной конструкцией основы была крестовина из прутьев или палочек, на которую крепили голову, сшитую из белой ткани и набитую ватой. Лицо обматывали цветными нитками или вышивали глаза, нос, рот и щеки. Одежда и головной убор для кукол, должны были соответствовать традиционному костюму того или иного народа, отражать пол и определенную возрастную категорию. Куклам делали прически из нитей или конского волоса, на одежду прикрепляли «украшения», имитировавшие настоящие.
Куклы-мужчины в детской игровой традиции встречаются гораздо реже кукол-женщин, так как именно с последними происходили разыгрывания реальных событий (повседневных и праздничных) «взрослой жизни».
У кочевых народов, помимо крестовой конструкции, была распространена кукла-скрутка, которая представляла собой плотно скатанный валик ткани, на который надевали одежду.
Куклы игровые. Узбеки, таджики. Конец XIX – вторая половина ХХ века
Куклы игровые. Казахи, киргизы. Первая треть ХХ века
Куклы народов Черноморско-Каспийского региона
Черноморско-Каспийский регион, включающий Кавказ, Крым и сопредельные территории, является контактной зоной разных культур. Здесь существовали как богатые полиэтничные города, так и высокогорные поселения, сохранявшие архаичные черты в быту и в традиционной культуре.
Культурные и религиозные различия проживающих в регионе народов отражались в назначении кукол, а также в воплощенных в них образах. Так, в традиции многих горских народов Северного Кавказа черты лица антропоморфных фигур заменялись многоцветным ромбом, который был своеобразным обережным знаком и позволял соблюсти каноны ислама. В городской иранской среде, в которой издавна была развита техника художественной миниатюры, а также у христианских народов, лицо куклы могло быть прорисовано или вышито.
Во всем регионе были распространены как игровые куклы-дети, так и куклы-мужчины, барыши и дамы, что отражалось в их местных названиях, а также в кукольной одежде, которая представляла собой традиционный наряд, проработанный иногда с мельчайшими подробностями. Костюм демонстрировал этническую принадлежность игрушки, а в городской среде еще и ее профессиональный статус. Модернизация жизни, возрастание роли городов в первой половине XX века отразились и на образе игровой куклы, которая и в селах начала приобретать черты «горожанки» в европейском, а не национальном костюме.
Кукла «ребенок» в колыбели. Армяне. Конец XIX – начало XX века. Г. Артвин, Батумская обл.
Кукла «женщина» в домашнем костюме. Персы. Конец XIX века. Г. Исфахан, Иран. Кукла «женщина» в уличном костюме. Персы. Вторая половина XIX века. Иран. Кукла «ученый-богослов». Персы. Конец XIX века. Г. Исфахан, Иран
Ритуальные куклы
Антропоморфные фигурки могли использоваться в качестве атрибутов ритуальных практик в обрядах календарного и жизненного циклов, входить в число жертвенных даров божествам, а также являться воплощением самих божеств.
Панки. Русские. Архангельская губ. Конец XIX – начало ХХ века
Панки – необычные антропоморфные изображения из дерева, которые, исходя из особенностей бытования, в современной науке принято считать обрядовой куклой. Поморы Архангельского, Онежского и Кемского уездов Архангельской губернии занимались изготовлением панок в основном весной, в период охоты на морского зверя. Фигурки вырезали из березы, сосны, ольхи, осины. Старинные панки не имели черт лица и были почти не украшены. Позднее у кукол изображали на лице глаза, рот; на тулове – одежду, обозначенную геометрическим орнаментом в техниках контурной и трехгранно-выемчатой резьбы и выжигания с помощью проволоки или раскаленного гвоздя. К XX веку орнамент одежды панок, изображенной в резьбе, приобрел реалистическую стилистику.
Образ панки явственно соотносится с древними идолами в виде скульптур. Панок изготавливали преимущественно в виде женских фигур, мужские изображения – с двумя ногами – бытовали лишь в Лудском Посаде Архангельского уезда. Исследователи полагают, что с приходом православия резные фигурки являли собой пережиток семейно-родовых божков и были связаны с культом предков, даже в конце XIX века сохраняя свое архаичное значение. На это указывает использование их в обрядах почитания умерших: на Русском Севере в определенные дни поминовения предков панок ставили на стол, в остальное же время их хранили за иконами. В доме могло быть несколько кукол. В некоторых локальных традициях при переходе в новый дом хозяин вырубал новую панку. До рубежа XIX‑ХХ веков не было принято давать деревянные фигурки детям. Лишь с наступлением XX столетия жители Русского Севера стали воспринимать панку как игрушку наравне с распространенными здесь же резными конями.
Куклы – обереги от лихорадки. Русские. 1940-50-е годы. Воронежская обл.
В народном сознании образ лихорадки олицетворялся; его обычно представляли в виде множества (7, 9, 12, 40, 77) демонических духов. Появляясь, эти духи вызывали различные симптомы заболевания. Отсюда сохранившиеся в заговорах имена лихорадок: Трясея, Огнея и Ледея (Зябуха), Дремлея и Гледея, Гнетея, Хрипуша, Глухея, Ломея, Унея, Желтея, Коркуша, Невея, Дряхлея, Пухлея, Ветрея и т.п.
«Девишник» – березка и кукла-«новобранец». Русские. Начало ХХ века. Костромская губ.
В начале ХХ века на территории Костромской губернии и в соседних с ней уездах Ярославской губернии был зафиксирован своеобычный обряд с деревцем, связанный с проводами новобранцев в армию, которых здесь называли «некрутами».
Провожаемые к призывному пункту рекруты недалеко от родного села ломали или выдергивали с корнем небольшие елочки высотой около аршина (0,71 м). Деревца приносили в деревню и в ближайший праздник девушки, матери, сестры, жены, собираясь в домах рекрутов, украшали их цветными лоскутками из ситца – «убанчивали». Изготавливали также куклу, изображавшую солдатика. Этот атрибут, состоявший из деревца и куклы, называли «девишником» и воспринимали как память о рекруте. Елочку и куклу прибивали к стене, карнизу избы или окна. Иногда на карнизе рядом с девишником делали надпись, например: «Памет[ь] молодова солдата Михаила Гусева». Деревце сохраняли там до тех пор, пока парень не возвращался из армии.
«Йерих» – домашнее божество. Чуваши. Конец XIX – начало ХХ века. Казанская губ.
Антропоморфные фигурки могли изображать семейных и родовых божеств – охранителей рода. У чувашей эту роль играли йерихи. Создавали, как правило, семью йерихов – мужчин, женщин, детей. Хранили фигурки в специальных коробах-жилищах, которые оставляли либо в роще, семейном или родовом святилище, либо в амбаре. К йерихам обращались за покровительством, особенно в сложных жизненных ситуациях. В короб складывали предметы, символизирующие определенные просьбы – ножницы для стрижки овец, чтобы был приплод скота, челнок ткацкого стана, чтобы обеспечить богатый урожай льна или конопли. Туда же помещали дары йерихам: монеты (или жестяные кружочки), лоскутки ткани, раковины, кусочки пищи, а также аргамахов – фигурки жертвенных животных, вылепленных из теста. Во время молений йерихи «участвовали» в ритуальной трапезе вместе с членами семьи.
«Иттарма» – изображение умершего шамана.
«Иттарма-ларась» – ящичек для хранения иттарма. Ханты. Конец XIX века. Тобольская губ.
Изображение «Кандальдука». Морда – рыболовная снасть-ловушка. Селькупы. Конец XIX века. Енисейская губ.
Кандальдук (Кадальджюк) один из особо почитаемых селькупами духов. В его ведении находились истоки рек и «зародыши» человеческих душ. Кандальдук был не только могущественным, но веселым и хитрым духом. Он любил песни, пляски, игру на музыкальных инструментах. Ему нравилось шутить над людьми. По поверьям баишинских селькупов, Кандальдук плавал на лодке и воровал рыбу из морд и сетей, поэтому изображали его с согнутыми в коленях ногами, словно сидящего в лодке, и с веслом. Фигуру Кандальдука усаживали на пол, мужчина пел песню и поворачивал палочку, приводящую в движение руки, таким образом, подражая гребле. Изображение Кандальдука использовалось в качестве оберега, защищавшего от злых сил – его оставляли в жилище во время сезонных перекочевок. Впоследствии подобные деревянные фигуры утратили свое символическое значение и превратились в детскую игрушку.
Куклы для вызывания дождя. Абхазы. 1920-е годы. Абхазская АССР. Таджики-хордури. Вторая половина ХХ века. Узбекская ССР, Сурхандарьинская обл., Байсунский р-н
У разных народов Евразии имела широкое распространение традиция использования специальной куклы в обряде вызывания дождя.
Во время проведения ритуала ее бросали в воду, что символизировало сакральную жертву. Если же затянувшиеся дожди необходимо было остановить, то фигурку помещали под выступ крыши в сухое место. Характерной особенностью данной обрядовой куклы в Среднеазиатском и Кавказском регионах являлось использование красной ткани для ее изготовления.
Череп лошади с ритуальными куклами. Казахи. Начало ХХ века. Восточный Казахстан, Акмолинская обл., Павлодарский у.
Куклы для лечения коклюша. Узбеки. 1920-е годы. Узбекская ССР, г. Хива
У оседлых народов, узбеков и таджиков, куклы использовали в лечебной и обрядовой практиках. Когда один из членов семьи заболевал, обращались за помощью к шаманке – палмин, которая изготовляла куклу-мужчину, если больной мужского пола или куклу-женщину, если женского, в которую с помощью магических действий переселяли дух болезни. Лицо такой куклы обматывали белой тканью, а одежду изготовляли из темных, чаще синих лоскутков.
«Грав» – вотивы. Армяне. Конец XIX века. Елизаветпольская губ.
Вотивные антропоморфные изображения грав, что переводится как «залог, обет», оставляли у церквей или в святом месте по обету либо в благодарность от избавления от болезней. Наиболее распространенным материалом для изготовления вотивных предметов, как в армянском, так и в других христианских сообществах, был металл. В комплекс ритуала, который совершал сам даритель, входило зажигание свечи у обетной фигурки, сопровождаемое благодарственной молитвой или молитвой-просьбой.
«Тикник» – кукла на кувшине для гадания (реплика). Армяне. Начало XX века. Ванская область
Самодельная кукла являлась навершием кувшина с водой, составляя с ним комплекс для гадания на весеннем празднике Амбарцум (Вознесение Христово), наступающем на сороковой день после Пасхи. В этот день по армянской традиции девушки гадали «на судьбу». Девичье «собрание» проходило на лугу, у речки. В кувшин с водой каждая из девушек опускала украшение, затем сосуд закупоривали навершием-куклой. Вечером, напевая песню-пророчество, ведущая гадания вынимала украшения по одному, и, по поверью, поющиеся в это время строки песни предрекали судьбу хозяйке предмета.
Театральные куклы
Театр кукол – особый вид фольклорного театра, который у каждого народа имел собственные жанровые разновидности, технологические особенности и средства художественной выразительности.
Куклы для вертепного театра. Русские. Конец XIX века. Новгородская губ.
Вертеп – русский народный кукольный театр, являвшийся элементом святочных развлечений. Свое название этот тип театра получил по месту, где Святое семейство укрывалось во время бегства из Иордании в Египет от злодеяний царя Ирода, – пещере (в старославянском языке «вертеп»). Истоки вертепа восходят к западноевропейской средневековой традиции устанавливать в церквах на Рождество ясли и фигурки Богородицы, младенца Иисуса Христа, пастухов, осла и быка. Позднее фигурки стали делать подвижными, а кукольные представления показывать на площадях в переносных ящиках. В Россию этот театр проник в конце ХVII – начале ХVIII веков через Украину и Белоруссию из Польши. У русских вертеп получил распространение в Сибири, унаследовав украинскую традицию, благодаря воспитанникам Киево-Могилянской академии, направленным в ХVII веке в г. Тобольск для работы; а в западнорусских губерниях – Новгородской, Смоленской – он появился под влиянием белорусского кукольного театра «батлейки».
Куклы для вертепного театра. Русские. 2010-е годы. Г. Санкт-Петербург
Изначально вертепные представления имели религиозную направленность и были связаны с рождественской тематикой, но со временем, расширив свой репертуар за счет разыгрывания бытовых сцен, они превратились в настоящий народный театр. Представления показывали профессиональные бродячие кукольники или любители – священнослужители, крестьяне, солдаты, мещане. Вертепщики приурочивали представления к Святкам; но в конце ХIХ – начале ХХ в. исполнение спектаклей превратилось в промысел, ориентированный на время проведения крупных ярмарок в разных городах России.
Переносной ящик для вертепа обычно состоял из двух ярусов, в «полу» которых имелись прорези для вождения деревянных кукол, закрепленных на стержнях. Вертепщик сам проговаривал все роли, изменяя голос в зависимости от характера персонажа. Он скрывался за ящиком, где могли находиться также музыканты и хор, музыка и пение которых дополняли действо.
Верхний ярус вертепного ящика назывался «небом», «пещерой», «хлевом»; в нем изображали подобие пещеры или хлева с яслями, а также располагали неподвижные фигурки Марии, Иосифа, младенца Иисуса Христа, домашних животных. Нижний ярус назывался «землей» или «дворцом»; здесь вертепщик разыгрывал мистерию, повествующую о злодеяниях и наказании царя Ирода, а также бытовые сценки комического и сатирического характера.
У русских вертепное представление делилось на две части: религиозную и бытовую. Первая со временем значительно сократилась, а вторая часть, совершенно не связанная с рождественской тематикой, включала без четкой последовательности разнообразные сценки: анекдоты, исторические эпизоды, танцы кукол. Очень популярны были шуточные сюжеты, высмеивающие человеческие пороки: глупость, жадность, кичливость и проч.
Кукла для вертепного театра: образ неизвестного Святого. Литовцы-жемайты. Вторая половина ХIХ века. Ковенская губ., Тельшевский у.
Куклы для вертепного театра: Цыган, Цыганка, Солоха, Русский воин – «казак на коне». Белорусы. Конец XIX– начало XX века. Могилевская губ., Быховский у., Бычанская вол., с. Быч
Куклы-персонажи для домашнего театра марионеток: Лентяй, Крестьянин-Гуриец, Крестьянин-Кахетинец, Черт. Грузины-карталинцы. 1985-1986 годы. Грузинская ССР
Театр марионеток является одним из наиболее ранних форм кукольных представлений, традиционных для культуры народов Средиземно-Черноморского региона. На городских и сельских площадях во время праздников кукловоды разыгрывали комические сценки из народной жизни. В грузинской традиции спектакли с куклами-марионетками пользовались особой популярностью во время весеннего праздника Кееноба – карнавала, который организовывался во время Масленицы. Не менее распространенными были домашние спектакли, сюжеты которых заимствовались из грузинских народных сказок, а основными героями являлись как вымышленные персонажи, так и жители различных областей Грузии.
Теневой театр, главным героем которого является городской балагур Арагос, был известен еще в Средние века. В дальнейшем он получил широкое распространение, а центральный персонаж театра под именами Карагез, Карапет, Карагезис, Каракус пользовался популярностью у многих народов. Несмотря на схожесть образов изображавших беспечного горожанина-шутника, в разных традициях отличались сюжетные линии приключений Карагеза. Так, в турецком теневом театре разыгрывались бытовые сценки с вольными шутками; в греческом наиболее популярными были социальные темы, волновавшие горожан, а в армянском основной сюжетной линией являлись путешествия главного героя, в которых он встречался с разными сказочными и реальными персонажами.
Куклы-персонажи для театра теней: Карагез, Дэв Аркавуд, Араб, Старуха, Дочь Хаджи Айваза. Армяне. 1980-е годы. Армянская ССР
Кукла-персонаж для театра теней: Карагез. Турки. XIX век. Османская империя
Перчаточные куклы
Верхний ряд: Дервиш, Китайский врач, Киргиз, Влиятельный сановник, Стражник, Старейшина цеха угольщиков, Канатоходец.
Нижний ряд: Русские солдаты, Музыкант, Певица и танцовщица, Ура-Тюбинский бек, Горожанка.
Стоят: Поводырь обезьяны, Обезьяна, Мужик Абрам, Певица и танцовщица, Еврей, Жена музыканта, Лысый богатырь
Излюбленным развлечением городского населения Средней Азии являлся кукольный театр, представления которого устраивались в праздничные дни на базарных площадях. Эти спектакли состояли из одной-двух небольших сценок, представлявших съезд правителей мусульманских держав и их увеселения или бытовые юмористические репризы. В традиционном театре использовались перчаточные куклы и марионетки, которыми управлял, как правило, один человек, произнося реплики персонажей разными голосами. Изготовлением кукол занимался сам артист. Он покупал на базаре заготовки голов из папье-маше, «гримировал» лица кукол и одевал их, придавая характерные черты того или иного персонажа.
Демонстрационные куклы (интерьерные, сувенирные, авторские)
Подобные куклы часто становились ценными подарками, приобретая статус художественного произведения.
Например, костюмные куклы – подарки И.В. Сталину на 70-летие от трудящихся Чехословакии (фото 1). Куклы «Гуриец», «Горская еврейка», «Курд» являлись экспонатами Всемирной выставки в Париже в 1900 году (фото 2). Куклы в латышских костюмах – изделия фабрики «Страуме» (Латвийская ССР, г. Рига), изготовленные в 1981 г., наглядно демонстрируют этнолокальные особенности традиционных костюмных комплексов (фото 3).
