Почему монахи отказываются от создания семьи?
Аудио
– Я работаю в школе, и ребята меня спросили: «Почему монах дает обет безбрачия, почему у него нет семьи? Ведь предназначение человека – продолжение рода». Я попыталась объяснить, что он хочет служить только Богу, поэтому дает такой обет, но мой ответ не удовлетворил ребят, я не смогла ответить, почему монах дает именно такой обет.
– Он не только такой обет дает, он дает три обещания Богу: безбрачия, нестяжательности и послушания. Самый трудный обет – послушание. Некоторые мои прихожане недавно вернулись с Валаама и общались с одним из послушников, моим другом, рабом Божиим Максимом. Он говорит: «Это понятно, когда продолжение рода было важнейшей идеей во времена Ветхого Завета, когда весь народ жил ожиданием Спасителя, Мессии, но после прихода в мир Христа эта идея потеряла свое великое значение». Слава Богу, что Господь дает детей, дает возможность умножать любовь в служении детям.
Почему монахи дают в том числе обет безбрачия? Вот разговор двух семинаристов. Один настраивается на белое духовенство, а другой хочет быть монахом, и ему говорят: «Как же так? На приходе матушка, дети…» А он говорит: «Я слабый человек, я очень люблю Бога и Церковь, я понимаю, что не смогу разделить служение Церкви и служение семье, поэтому по своей немощи выбираю один путь – служение Богу». «Женатый человек заботится о том, чтобы угодить жене, неженатый заботится о том, чтобы угодить Богу», – говорит апостол Павел и продолжает: «Я бы хотел, чтобы все были как я, но это пожелание, а не повеление, поэтому те, которые выходят замуж или женятся, будут иметь скорби по плоти, а мне вас жаль». Поэтому здесь все зависит от силы любви: если человек возлюбил Бога всем сердцем, но не хочет ни с кем делить эту любовь, он становится монахом. Но людей с такой сильной любовью к Богу очень немного, поэтому абсолютное большинство людей находит некоторый баланс.
– …находя время и для семьи, и для Бога: для малой церкви и для большой.
– К сожалению, очень часто для Бога бывает по остаточному принципу.
Православная Жизнь
Отвечает протоиерей Владимир Пучков.
Когда без малого четверть века назад я решил поступать в семинарию, то не без удивления открыл для себя, что у большинства как моих сверстников, так и у людей старшего возраста достаточно специфичное отношение к духовенству.
Взору большинства священник представал тогда примерно в том же свете, в котором изображался в фильмах девяностых годов: человеком «не от мира сего», всегда ходящим (а может, даже и спящим) в рясе, носящим длинную бороду и говорящим с характерным оканьем. Священнику, опять же, по мнению большинства, нельзя было жениться и есть мясо, также при всём этом Церковь непременно должна была платить ему большие деньги. По прошествии нескольких лет обывательский взгляд на священника изменился, чему немало способствовало повсеместное открытие храмов. Ведь когда в городе одна-две церкви, то горожанину, почитай, с живым попом и пересечься негде: у одного-двух священников на весь город своих дел невпроворот, а в церковь обыватель обыкновенно не ходит. Точнее, может, и заходил бы раз-другой в течение года, но так ведь далеко, попробуй найди время, силы и желание! Итак, храмов стало больше, священников, соответственно, тоже. Доступность церквей вкупе с тем интересом ко всему прежде запрещённому, который имел место в девяностые, привели к тому, что священников стали видеть чаще, чаще с ними общаться и пересекаться в самой разной обстановке. В итоге обыватель так или иначе узнал, что представляет собой настоящая священническая жизнь. Как следствие, нелепых стереотипов стало гораздо меньше. Впрочем, некоторые темы вызывают обывательский интерес, как и прежде. И пусть этот интерес в девяти из десяти случаев праздный, всё же он куда более здоровый, нежели тот, какой имел место четверть века назад.
Одной из таких неизменно интригующих тем является вопрос брака и безбрачия в среде духовенства.
Брак и безбрачие – две стороны одной нормы
Для начала давайте разберёмся в предварительных понятиях. Духовных лиц можно разделить на две условные категории: духовенство и монашество. К духовенству относятся люди, получающие от Церкви право священнодействия. Это три иерархические степени: епископы, священники и диаконы. В свою очередь монашество иерархической степенью не является. Оно представляет собой не что иное, как особый образ жизни, тогда как иерархически монахи стоят на одной ступени с мирянами.
Вот как раз для монахов безбрачие и является нормой жизни. Здесь нет ничего от «бремён неудобоносимых» (Лк. 11:46) или угнетения человеческой свободы. Первое и главное, что требуется от желающего стать монахом – осознанное желание и свободный выбор. Когда же человек этот выбор делает, он попадает в среду, живущую по собственным, весьма строгим, правилам. Цель монашества – полное отречение от мирской жизни, от суеты мира сего и излишних житейских попечений. В этой связи естественным видится отказ от семейной жизни и брака, поскольку, имея обязательства перед женой и детьми, полностью посвятить себя Богу невозможно. Собственно, само слово «монах» происходит от греческого «моно» – один. Итак, безбрачная, уединённая жизнь – норма для монаха. И не нужно задавать вопросы о том, как монахи живут без женщин. Выбор монашеской жизни – это, как правило, сознательный выбор зрелого человека, знающего мир и мирскую жизнь, понимающего, от чего и ради чего он отказывается, а потому в женщине как спутнице жизни элементарно не нуждающегося, поэтому без женщин монахи обходятся самым что ни на есть естественным образом.
С духовенством же всё несколько сложнее. Низшие степени священства – священники и диаконы – отличаются между собой разновидностью служения. Одни (и их большинство) несут служение приходское, то есть служат в городских и сельских храмах или же в соборах. Соответственно, живут в миру, имеют одни интересы и одни заботы со своими прихожанами и потому хорошо знают, чем их паства живёт и дышит. В подавляющем большинстве приходские священники и диаконы являются людьми семейными, имеющими жён и детей. С одной стороны – в этом их благо, поскольку священнослужитель, занятый большую часть времени в храме или в связи с ним, может позволить себе быть спокойным за бытовую сторону жизни. А кроме того, это – возможность регулярного снятия психологического напряжения, без которого в священническом служении не обходятся никогда и которое ничем не снимается так эффективно, как временем, проводимым в кругу семьи и посвящаемым жене и детям. С другой стороны, семья – это ещё и определённая пастырская необходимость. Поди пойми, чем живёт большинство твоих семейных прихожан, если у самого ни семьи, ни жены, ни забот, ни проблем.
Конечно, в диаконы или священники нередко рукополагают монахов. Надо ведь кому-то и в монастырях служить. Впрочем, жизнь монаха в священном сане мало отличается от жизни монаха вообще. Поэтому священнослужители-монахи обходятся без женщин столь же естественно, сколь и их нерукоположенные собратья.
Кроме того, из монахов, точнее исключительно из монахов, избираются епископы – высшее духовенство. И, естественно, их жизнь проходит по-монашески уединённо. Хотя насыщенность и напряжённость архиерейского служения невероятно далека от тихого монастырского жития, вряд ли стоит недоумевать тем, что и архиереи обходятся без женщин: если у простого монаха мы предполагаем определённый уровень сознательности и твёрдости в выборе монашества, то не тем ли более эти качества должны быть присущи епископу, избираемому из монахов с мудростью и опытом.
Не бывает нормы без исключений
Так, наверное, подумали вы по мере чтения предыдущего абзаца. И, скажу вам, недаром. Ведь помимо вышеописанной православной практики существует, например, ещё католическая. Очень простая. В Католической Церкви семейного духовенства, кроме, разве что, диаконов, нет. Для священников там предусмотрен целибат. Причём безальтернативно. И не спрашивайте о том, как священники обходятся без женщин, мне самому это понять сложно, ведь приходское служение – это не тихая жизнь за монастырскими стенами, где день на день похож и за тебя решают большую часть проблем от финансовых до бытовых. И тем не менее Западная Церковь этим установлением дорожит и воспринимает целибат духовенства как традицию древнюю, по-своему обоснованную и, конечно же, общеобязательную. По крайней мере, ни один из Римских Пап, имевших возможность убедиться, что обязательное безбрачие не только не делает служителей алтаря достойнее, но, напротив, способствует греху и разврату, не решился на отмену обязательного целибата для священников.
Такое явление, как целибат, существует и в нашей Церкви. Он ни в коей мере не является обязательным, появился сравнительно недавно (причём не без западного влияния), и священников-целибатов в Православной Церкви сравнительно немного. Но тем не менее они есть и вместе со вдовыми священниками составляют своеобразную прослойку сознательно или вынужденно безбрачного духовенства, не являющегося при этом монашествующим, то есть так или иначе обходящегося без женщин. Впрочем, в наше глубоко постсоветское время, когда Церковь ещё не успела восстановиться после десятилетий противостояния официальному безбожию, приходское служение нередко несут и монашествующие.
А как же всё-таки должно быть?
Конечно, стремиться к идеалу нужно во всём. Даже в том, что далеко не первостепенно и в чём неидеальность более чем простительна. Но если уж говорить о том, каков идеал, то он, безусловно, состоит в том, чтобы в мужских монастырях служили монашествующие священники, а в соборных и приходских храмах – женатые. Даже в женские монастыри правила повелевают определять на служение семейных священников во избежание возможного соблазна. Правда, в эту схему никак не укладываются священники-целибаты. Что ж, неудивительно. Явление это, повторюсь, для Православной Церкви новое и совершенно нетрадиционное. Что говорить, когда само слово каждый коверкает как хочет. Помню, как однажды в годы учёбы в семинарии один студент меня спросил: «Как правильно: ‟целебат” или ‟целибат”?» Выслушав ответ, он задумчиво посмотрел сначала на меня, потом к себе в текст и написал… «целебат». Впрочем, как вы понимаете, это как раз и не показатель.
В разные времена в жизнь Церкви входили явления, понятия и вещи совершенно новые и доселе ей незнакомые. И ничего, приживались, становясь постепенно сначала терпимыми, затем нормальными, а потом и вовсе превращались в благочестивую традицию. Безбрачное священство тоже, полагаю, приживётся. Тем более что оно не требует приносить какой-нибудь специальный «обет целибата» и при этом обещает куда меньше ответственности, чем монашество или брак. При этом не стоит забывать, что существуют люди, по натуре являющиеся одиночками. Они не нуждаются ни в ком, им хорошо наедине с собой, в частности, мужчины легко обходятся без женщин, и это не стоит для них ни трудов, ни усилий. Глупо было бы думать, что подобное свойство натуры может быть препятствием к священству в случае, если брать на себя подвиг монашеской жизни человек не собирается. Однако процентное соотношение безбрачных священников к семейным и монашествующим останется в будущем, полагаю, примерно таким же, как и сейчас. Потому как неудобств для священнической жизни целибат сулит куда больше, чем выгод, да и приемлем он далеко не всем. В конце концов, в сегодняшнем своём разнообразии практик Церковь не настолько далеко отошла от нормы, чтобы нынешнее положение вещей не было вполне терпимым и не имело бы шанса со временем стать одной из разновидностей нормы.
Брак или монастырь – только два пути для христианина?
Протоиерей Максим Первозванский. Фото: radiovera.ru
Узнать свое сердце и волю Божию
Нужно понимать, что жизнь идет своим чередом – сегодня она одна, завтра чуть другая, послезавтра третья. И в этом течении жизни нужно знать, во-первых, расположение своего сердца, понимать, к чему оно лежит, к чему, проще говоря, меня по-настоящему влечет. Причем здесь важно отделить временное увлечение от серьезного и постоянного прилежания сердечного.
Например, если я чувствовал всегда призвание к монашеской жизни, а тут вдруг влюбился, что это значит, что мне нужно жениться? Вовсе нет, это значит, что мне нужно подождать, когда ослабнет эта влюбленность, и понять, а действительно ли я хочу строить семейную жизнь, иметь детей и так далее.
Или я всегда хотел иметь семью и чувствовал, что это мое, а потом вдруг встретил старца, или съездил в паломническую поездку и увлекся монашеской темой. Значит ли это, что мне теперь нужно идти в монахи? Нет. То есть нужно отделить свой базовый сердечный тренд от каких-то, может, и сильных, мощных, но временных эмоциональных скачков настроения. Это сделать не всегда просто, но нужно, чтобы не совершить ошибку.
А во-вторых, нужно стараться понять, чего от нас ждет Господь, к чему Он нас призывает. Все мы хотим жить, но Господь может призвать нас умереть. Так и тут – мы можем хотеть одного, но Господь явным образом призывает нас к другому. Конечно, легко сформулировать желание – хорошо бы нам знать волю Божью. Но очень сложно это желание распознать.
Иногда бывают какие-то знаки (хотя я не призываю их искать и разводить мистику), когда Господь через встречи, события, даже явные чудеса или чьи-то слова указывает нам Свою волю. А иногда мы познаем волю Божью как раз через общее устроение своего сердца. Как сказано: «Даст ти Господь по сердцу твоему и весь совет твой исполнит» – если ты хочешь семью, то Господь чаще всего эту семью тебе даст.
Хочу замуж, да не за кого?
Чем старше я становлюсь, тем больше убеждаюсь в том, что те люди, которые жалуются, что так хотели жениться, выйти замуж, а Господь не дает, на самом деле не хотели этого по-настоящему, или хотели не так. То есть слова говорятся одни, а в сердце другое. Мы же определенным образом себя ведем, ставим, подаем, когда хотим жениться или замуж. Поэтому, когда человек «уневестился», как правило, у него не возникает проблем, чтобы найти человека и создать семью. Но часто люди, которые говорят «Хочу замуж» на самом деле, в реальной жизни озабочены чем-то другим. Это может быть учеба, карьера, какие-то семейные неурядицы и т. п. – масса вещей, которые поглощают глубинный интерес и человеческую энергию.
Или человек встает в такую позу: «Да, я хочу замуж, но не за кого же!» И попробуй объясни. Это тоже внутренняя позиция, некая готовность заранее отвергнуть любое предложение – или конь недостаточно белый, или принц недостаточно стройный, или доспехи не так начищены. Как известно – у кого есть желание, тот ищет возможность, у кого желания нет, тот ищет повод.
То же самое касается и монашества. Можно сколько угодно размышлять, что сейчас и монастырей нормальных нет, и духовники перевелись, и неизвестно, как спасаться. А на самом деле есть и духовники, и монастыри, и идеи, как спасаться. Но после грехопадения мы все в духовном смысле инвалиды. У нас спутаны мысли, чувства, нет четкости желаний, постоянства устремлений и так далее. Мы не можем ни в себе разобраться, ни в мире, остается только предъявлять претензии.
Конечно, неправильно, и ни в коем случае не нужно жениться, если ты этого не хочешь, если нет любви, если нет желания создать семью, родить детей, делать счастливой свою вторую половину, пытаться как-то строить свой дом, обрастать хозяйством, воспитывать, учить и так далее. Конечно, не нужно идти в монастырь, если ты не хочешь быть монахом, если сердце твое не горит к службе, к послушанию, к молитве. Человеку очень трудно бывает разобраться в себе и в воле Божьей. И если у него не получается этого сделать – он и не женился, и не пошел в монастырь, то часто он вообще не знает, чего он хочет в этой жизни.
Апостол Павел: «Выдающий замуж свою девицу поступает хорошо; а не выдающий поступает лучше»
Семья – это действительно серьезное и сложное испытание для христианина. Это очень хорошо понимают люди, которые недавно женились или вышли замуж. Раньше ты часто ходил на службу, стоял, молился, а теперь у тебя ребенок на руках, капризничает, плачет, и ты вынужден вместо того, чтобы стоять на службе, толкаться с ребенком в предбаннике, или приходить только к «Отче наш». Или раньше ты читал акафисты и каноны, имел возможность спокойно, не раздражаясь, делать какие-то дела по хозяйству, а теперь только на бегу что-то можешь прочитать, и всё время ругаешься от усталости.
Семейная жизнь – она не столько благостна и не столь православно-велелепно организована, как думают молодые люди. И в ней очень много вещей, которые препятствуют духовной жизни. Действительно, такой интенсивности посещения храма, индивидуальной молитвы, достижения внутреннего духовного спокойствия, внутреннего устроения очень сложно добиться. Семейная жизнь – это суета, суматоха, нервы, особенно если люди пытаются жить по-православному, рожать детей.
Я часто общаюсь с православными семейными людьми, которые говорят: «Да у нас практически никакой духовности в семье, времени поговорить с детьми о Боге или нормально помолиться нет. То уроки, то готовка, три работы у отца, которого мы не видим, то еще что-то, мы все какие-то задерганные». Да, конечно, организовать духовную жизнь в семье сложно. Но всё это оправдывается и окупается только одним, тем, о чем мы до этого говорили – жизнью не для себя. Семейная жизнь убивает эгоизм.
Конечно, монастырский путь более прямой, потому что там и эгоизм убивается послушанием, и есть всё для духовного роста – ежедневное богослужение, келейная молитва, духовник. И искушения, которые подстерегают монаха, уже чисто духовные. Но только человек с серьезным внутренним расположением к монашеской жизни сможет их потянуть. У человека должно быть не временное увлечение монашеством, а именно предрасположенность, любовь к уединению, молитве, Богу, Которому ты хочешь посвятить всю свою жизнь. И тогда, безусловно – это более прямой путь.
Чем опасен «средний путь»?
У нас часто принято упрекать людей, которые и в монастыре не оказались, и семью не завели, в эгоизме. Связано это как раз с тем, что и монашеский путь, и путь семьи вынуждает человека жить не для себя. У человека, находящегося или в монастыре, или в семье, в большинстве случаев просто не получается жить для себя, это подразумевает сам уклад монашеской или семейной жизни. И это как раз является основой православной аскезы: «Отвергнись себя, возьми крест свой и следуй за Мной». А в современной жизни, когда человек живет один, у него есть возможность жить для себя.
Раньше так не было. Еще 100 лет назад жить одному было гораздо сложнее, чем в семье. Не случайно «супруги», по прямому значению слова – пара волов. То есть тащить плуг жизни одному было гораздо тяжелее, чем вдвоем. И человек в здравом уме и трезвой памяти не мог выбрать для себя одинокой жизни. А сейчас это возможно. Если у человека есть жилье, хорошая работа, можно, придя домой, не думать об уроках с детьми, ужине на всю семью или, если речь о монастыре, бежать на послушание. Человек не обязан делать то, что не хочет: захотел – лег спать, захотел – почитал книжку, захотел – включил телевизор, захотел – помолился, захотел – поехал в паломническую поездку, захотел – пошел на службу и так далее. Ты можешь хотеть малого, но ты это можешь исполнить. И это, в общем, не хорошо с точки зрения спасения души.
А когда говорят о том, что надо в любом случае или выходить замуж, жениться, или идти в монастырь, то подразумевается, что это два магистральных спасительных пути для человека. А путь одинокой жизни – сложнее, потому что гораздо больше соблазнов и возможностей жить для себя. И в этой ситуации, если человек не выбрал для себя ни семью, ни монастырь, ему надо прикладывать специальные усилия, чтобы жить не для себя – заниматься благотворительностью, социальной деятельностью, состоять в молодежном объединении при храме и т. п. И тогда нельзя будет сказать, что такая жизнь менее спасительна, чем жизнь в браке или монастыре.
Но сложностей больше. В молодости, когда много сил, ты ездишь в детские дома, дома престарелых и так далее, потом в какой-то момент тебе станет просто лень. И смотришь, человеку уже 40-50 лет, а ему ничего не надо, устал от жизни. В семейной жизни или монастыре – хочешь не хочешь, надо что-то делать. Например, хочешь спать, а у ребенка болит живот – хочешь не хочешь, встаешь, идешь за лекарствами, начинаешь его утешать, баюкать и так далее. Или если ты монах, то утром, хочешь не хочешь, идешь с утра на службу, потом на послушание.
Когда же ты один, это сложно реализовать – даже дела милосердия ты делаешь, когда хочешь. Поэтому очень важно создать себе такую ситуацию, когда ты будешь вынужден делать то, что не хочется.
Есть замечательная история. Однажды еще молодой Лао-Цзы шел по одной из дорог Китая и встретил старика, который выкопал яму рядом со своим полем. На дне ямы выступила вода, к воде вниз вели ступеньки, старик зачерпывал бурдюками воду, поднимался наверх и носил эту воду себе на огород. Лао-Цзы посмотрел на него и сказал: «Отец, давай я тебе подскажу: здесь ставишь две палки, здесь еще одну, привязываешь на веревку бурдюк, и не надо будет спускаться». А тот посмотрел на него и сказал: «Юноша, неужели ты думаешь, что я не знаю, как устроен колодец-журавль? Но человек, использующий механизмы, сам становится как механизм и теряет уверенность в побуждениях собственного духа».
Страшная беда современного общества, особенно городского – отчуждение от жизни, от ее смысла. Конечно, журавль – это детский лепет по сравнению с теми вещами, которые мы привыкли использовать – нажал кнопку, чайник вскипятил воду, машинка постирала, посудомойка помыла и так далее. Мы не понимаем, как растут овощи, животные, мы живем в бетонных клетках, не понимая и не зная, как устроена живая жизнь. И именно в силу этого страшного отчуждения одному человеку необыкновенно сложно создать для себя духовную жизнь.
Приходишь домой, а делать нечего, а тут современные искушения социальных сетей, телевизора и так далее. Именно поэтому предпочтительней, если есть сердечное прилежание, реализовать или семейную жизнь, или идти в монастырь.
И не в монастыре, и не в семье, как же спасаться?
Любое изменение жизни требует изменения жизни, простите за тавтологию. А человек не готов поменять свою жизнь. Понятно, что если ты 90-летняя старушка с тремя инвалидностями и живешь в ветхом жилье, то это одно, а если здоровый мужчина или молодая женщина, и при этом не можешь никак себя сдвинуть в места, это уже не вызывает сочувствия.
Если из города в деревню переехать, много плюсов – свежий воздух, фермерские продукты, рыбалка, но что-то и потеряешь, какие-то удобства – печку топить придется, лопатой снег от крыльца отбрасывать.
Как говорил кот Матроскин, «чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно купить что-нибудь ненужное». Всегда обязательна утрата, а к этому люди не готовы. Именно поэтому многие не женятся и не выходят замуж. И чем старше человек становится, тем сложнее ему это сделать – он уже может адекватно оценить потери и риски.
Желания нет, внутреннего, человек может его декларировать, но на самом деле его нет. Может быть, сил нет, я не обвиняю, потому что мы все духовные инвалиды, но рецептов очень много: можно присоединиться к какой-то общине; можно продать квартиру в Москве и купить добротный дом у монастыря; можно, как один мой знакомый, отправиться в путешествие автостопом, посмотреть, как живут люди.
Даже если человеку за 50, он всю жизнь ухаживал за больным родственником, например, и с семьей не сложилось, он всё равно может создать семью. Как? Например, пойти в ближайший детский дом и для начала предложить свою помощь. Понятно, что мы свои силы не знаем, не нужно говорить об усыновлении, но можно позаниматься с ребенком, а потом, если что-то сложится, взять над ним патронаж. И так создается семья, то, что помогает человеку жить и спасаться.
Поэтому, если человек готов, у него есть миллион возможностей, а под лежачий камень вода не течет. Но, как говорил преподобный Серафим Саровский, спасающихся мало, потому что решимости мало. Это касается и монашеской, и семейной жизни.
Монахиня-это женщина, которая дает обет посвятить свою жизнь религиозному служению, как правило, живя под обетами бедности, целомудрия и послушания. Мона́шество (монах, монастырь, от греч. μόνος — «один, одинокий», μονάζειν — быть одному, жить уединённо, μοναχός, μοναστής — живущий уединённо, μοναστήριον — уединённое жилище). Для начала не «монашек», а монахиней. Уважение должно быть. А отвечая на вопрос: поживите в монастыре и поймёте. Монахам тоже нельзя, деточка. Монахи и монашки относятся к ЧЕРНОМУ духовенству, попы — к БЕЛОМУ. Христианские монахини дают обет безбрачия, который подразумевает, что монахиня не имеет права иметь никакой телесной связи с мужчинами. Выйти замуж им можно только за Христа! Но жизненный опыт показывает что нет сейчас, в данное время, невест Христовых в монашеских рядах.:( Показать список оценивших. Различают белое духовенство (священники, не приносившие монашеских обетов, в частности — обет безбрачия) и чёрное духовенство (монахи, рукоположенные в священный сан). Монашка это производное просторечное слово от монахиня. У монахини детей быть не может, у них вместо детей те, кого они вымаливают. Это у них главное занятие. Бог сказал, что одному человеку быть не хорошо. Монашкой называют пренебрежительно монахинь или инокинь, так же в быту женщин, которые ограничивают себя в чём-либо. Но, к духовному званию это не имеет никакого отношения. Для того чтобы стать монахиней, достаточно просто прийти в монастырь и заявить о своём желании? Чтобы стать монахиней, вы должны быть крещеной христианкой, не моложе 18 лет, не состоять в браке и не иметь детей на иждивении. Всё не так просто. Да, уход в монастырь – дело добровольное, в его основе – желание уйти от мира и посвятить себя монашеской жизни. Нормальное обращение к монахиням сестра. Монахини это общее название всех женщин, которые решили посвятить свою жизнь служению Богу. В 09:30 монахини, послушницы и паломницы с песнопением идут на трапезу (обедать). В Писании о монашках ничего не говорится. Замуж не выходят по собственной инициативе. Они очень удобно устроились — живут за счёт церковных прихожан. Занимаются распутным поведением, делают после этого аборты, а потом новорожденных закапывают. Затем сестры расходятся чтобы выполнять возложенные на них послушания (обязанности) до 16:00, прерываясь на маленький полдник. «В чем заключается служение монашек?». — В служении Богу, при отсутствии мирских попечений, отвлекающих от служения. «И можно ли им выходить замуж, если они передумают служить Богу?». — Конечно. можно. Примерно так же можно, как женатому можно уйти из семьи, если муж передумал. Затем начинается вечерня (вечернее богослужение). Но, в православных монастырях есть несколько степеней монахинь. Нельзя идти под венец, если где-то, пусть даже на самом отдаленном горизонте сознания, присутствует «третий». Обет девства объясняется тем, что Божьи сестры не могут обзаводиться семьей, рожать детей и выходить замуж. До тех пор, пока остается двойственность, пока остаются сомнения и колебания, с заключением брачного союза спешить нельзя. Распорядок монастыря построен таким образом, чтобы у обитательниц было как можно меньше личного времени. А почему монашки не могут жить плотской жизнью, так потому что они являются невестами Бога! Это тоже сказал не я. Примерно так же можно, как женатому можно уйти из семьи, если муж передумал. Если же подготовительный период прошел, а люди не только не разлюбили друг друга, но, наоборот, еще крепче привязались друг к другу, сроднились, поняли, что они готовы соединить свои судьбы, тогда после венчания их брак получает завершение, обретает полноту через физическую близость.
Открытый христианский форум JesusChrist.ru
Добро пожаловать на Открытый христианский форум JesusChrist.ru. Для того чтобы писать в форуме, Вам необходимо зарегистрироваться и войти на форум через ссылку для входа.
|
Иисус говорил, что это не всем дано, и не всем нужно, но только немногим (Матфея 19:12). Так что если люди решили стать монахами, кто их может осуждать за это?
Вообще же Библия не запрещает жениться. Потому попы и епископы женаты (см. 1 Тимофею 3). То, что католическим священникам не разрешают жениться, я считаю небиблейским постановлением (им просто вменили добровольное решение в обязаловку).
Да пожалуйста )) И спасибо за комплимент.
между прочим, и со своими женами не разрешают встречаться, когда они на выезде(тренировках)
Очень приятно поговорить с умным человеком.
Спасибо, что разъяснили.
p.s.
У меня тоже возникла в свое время мысль о сравнении
со спортсменами, футболистам, между прочим, и со своими женами не разрешают встречаться, когда они на выезде(тренировках). А на выезде они бывают ой как часто.
Более уместна параллель с армией. Монах- это воин Христов, ведущий духовную брань. Собственно говоря, не только духовную. Кажется, на острове Крит есть памятник греческим монахам-снайперам, которые боролись с нацистами. Последние их жутко боялись. И ничего, воевали: в монашеских одеяниях и с винтовкой. Вы ни разу не задумывались, почему большинство монастырей представляют из себя крепости и по средневековым меркам вполне себе основательные?
В Великую Отечественную войну монахи занимались разведывательной, диверсионной деятельностью против оккупантов, организацией и сокрытием подполья и т.п. Для монахов борьба с антихристианским нацизмом (а его антихристианскость именно как религиозного богоборческого учения была утверждена как на Западе специальной буллой Римского Папы от 1938 года, так и на Востоке) была логическим продолжением брани духовной (поста, молитвы и т.п.).
Всё же, по поводу монашества рекомендую ознакомиться с этими стихами Священного Писания:
8 Он говорит им: Моисей по жестокосердию вашему позволил вам разводиться с женами вашими, а сначала не было так;
9 но Я говорю вам: кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, [тот] прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует.
10 Говорят Ему ученики Его: если такова обязанность человека к жене, то лучше не жениться.
11 Он же сказал им: не все вмещают слово сие, но кому дано,
12 ибо есть скопцы, которые из чрева матернего родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит.
(Матф.19:8-12)
Примечание: здесь не может идти речь о кастрации, так как сказано:
17 скажи Аарону: никто из семени твоего во [все] роды их, у которого [на теле] будет недостаток, не должен приступать, чтобы приносить хлеб Богу своему;
(Лев.21:17)
20 ни горбатый, ни с сухим членом, ни с бельмом на глазу, ни коростовый, ни паршивый, ни с поврежденными ятрами;
(Лев.21:20)
1 У кого раздавлены ятра или отрезан детородный член, тот не может войти в общество Господне.
(Втор.23:1)
Самооскопление как хирургическая операция считается страшнейшим из грехов и массовым человекоубийством.
7 Ибо желаю, чтобы все люди были, как и я; но каждый имеет свое дарование от Бога, один так, другой иначе.
8 Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться, как я.
(1Кор.7:7,8)
24 В каком [звании] кто призван, братия, в том каждый и оставайся пред Богом.
25 Относительно девства я не имею повеления Господня, а даю совет, как получивший от Господа милость быть [Ему] верным.
26 По настоящей нужде за лучшее признаю, что хорошо человеку оставаться так.
27 Соединен ли ты с женой? не ищи развода. Остался ли без жены? не ищи жены.
28 Впрочем, если и женишься, не согрешишь; и если девица выйдет замуж, не согрешит. Но таковые будут иметь скорби по плоти; а мне вас жаль.
29 Я вам сказываю, братия: время уже коротко, так что имеющие жен должны быть, как не имеющие;
30 и плачущие, как не плачущие; и радующиеся, как не радующиеся; и покупающие, как не приобретающие;
31 и пользующиеся миром сим, как не пользующиеся; ибо проходит образ мира сего.
32 А я хочу, чтобы вы были без забот. Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу;
33 а женатый заботится о мирском, как угодить жене. Есть разность между замужнею и девицею:
34 незамужняя заботится о Господнем, как угодить Господу, чтобы быть святою и телом и духом; а замужняя заботится о мирском, как угодить мужу.
35 Говорю это для вашей же пользы, не с тем, чтобы наложить на вас узы, но чтобы вы благочинно и непрестанно [служили] Господу без развлечения.
36 Если же кто почитает неприличным для своей девицы то, чтобы она, будучи в зрелом возрасте, оставалась так, тот пусть делает, как хочет: не согрешит; пусть [таковые] выходят замуж.
37 Но кто непоколебимо тверд в сердце своем и, не будучи стесняем нуждою, но будучи властен в своей воле, решился в сердце своем соблюдать свою деву, тот хорошо поступает.
38 Посему выдающий замуж свою девицу поступает хорошо; а не выдающий поступает лучше.
39 Жена связана законом, доколе жив муж ее; если же муж ее умрет, свободна выйти, за кого хочет, только в Господе.
40 Но она блаженнее, если останется так, по моему совету; а думаю, и я имею Духа Божия.
(1Кор.7:24-40)
1 И взглянул я, и вот, Агнец стоит на горе Сионе, и с Ним сто сорок четыре тысячи, у которых имя Отца Его написано на челах.
2 И услышал я голос с неба, как шум от множества вод и как звук сильного грома; и услышал голос как бы гуслистов, играющих на гуслях своих.
3 Они поют как бы новую песнь пред престолом и пред четырьмя животными и старцами; и никто не мог научиться сей песни, кроме сих ста сорока четырех тысяч, искупленных от земли.
4 Это те, которые не осквернились с женами, ибо они девственники; это те, которые следуют за Агнцем, куда бы Он ни пошел. Они искуплены из людей, как первенцу Богу и Агнцу,
5 и в устах их нет лукавства; они непорочны пред престолом Божиим.
(Откр.14:1-5)
3 если кто даст обет Господу, или поклянется клятвою, положив зарок на душу свою, то он не должен нарушать слова своего, но должен исполнить все, что вышло из уст его.
4 Если женщина даст обет Господу и положит [на себя] зарок в доме отца своего, в юности своей,
5 и услышит отец обет ее и зарок, который она положила на душу свою, и промолчит о том отец ее, то все обеты ее состоятся, и всякий зарок ее, который она положила на душу свою, состоится;
(Чис.30:3-5)
Также и монахи: по старой традиции (т.е., по форме), описанной ещё в Пятикнижии, дают и исполняют обеты служения Господу, указанные нам в Завете Новом.
Тут есть ещё очень важный аспект: неженатого человека нечем шантажировать. У него гораздо меньше родных, которых можно взять в заложники- и это тоже помогает хранить и распространять Благую Весть в самых агрессивных условиях (например, в Индии и исламских странах).
Опять же, монахи часто берут на себя роль организаторов детских домов и школ. Т.е., становятся детям, как бы, «вторыми отцами» и «матерями». Родственниками духовными, ибо сказано:
28 И начал Петр говорить Ему: вот, мы оставили все и последовали за Тобою.
29 Иисус сказал в ответ: истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради Меня и Евангелия,
30 и не получил бы ныне, во время сие, среди гонений, во сто крат более домов, и братьев и сестер, и отцов, и матерей, и детей, и земель, а в веке грядущем жизни вечной.
31 Многие же будут первые последними, и последние первыми.
(Мар.10:28-31)
14 Не к постыжению вашему пишу сие, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих.
15 Ибо, хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием.
16 Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу.
(1Кор.4:14-16)
Попам значит можно, а монахам нельзя?
Хотя обе группы положили свои жизни служению Господу.
«Поп» не смотря на этимологию, тем не менее, во времена большевистских гонений на Церковь приобрело пренебрежительно-оскорбительное значение. Поэтому, пожалуйста, старайтесь избегать употребления этого термина.
Монашествующие- это монашествующие. Духовенство- это духовенство. Прошу не путать два не всегда пересекающихся понятия. Духовенство бывает двух видов: женатое ( «белое» ) и безбрачное ( «чёрное» ). Монах- это необязательно пресвитер или епископ. Что называется, «учите матчасть». 😉
Как уже описано апостолом Павлом, возможны для духовенства оба варианта: как женатое, так и безбрачное. В этом свете стихи:
2 Но епископ должен быть непорочен, одной жены муж, трезв, целомудрен, благочинен, честен, страннолюбив, учителен,
(1Тим.3:2)
6 если кто непорочен, муж одной жены, детей имеет верных, не укоряемых в распутстве или непокорности.
7 Ибо епископ должен быть непорочен, как Божий домостроитель, не дерзок, не гневлив, не пьяница, не бийца, не корыстолюбец,
(Тит.1:6,7)
Может иметь двоякое толкование:
1. В первом случае подразумевается, действительно, женатое духовенство и наличие одной жены, чтобы при наличии многих жён не получилось так, как с Соломоном. И под детьми в этом случае подразумеваются именно его же, епископа, дети.
2. Во втором случае под «женой» подразумевается Церковь, а под детьми- чада духовные.
Исправлено пользователем Maxim Vyalkov 14/05/05 09:04 AM.
