Врач рассказал, как защититься от бактериальной пневмонии при коронавирусе
Разбираемся, что реально помогает и нужно ли при Covid-19 сразу пить антибиотики
Считается, что главная угроза при коронавирусе это поражение легких. Каким образом происходит ковидное поражение, в какой момент процесс осложняется бактериальной пневмонией? Как отличить одно от другого, есть ли способ защитить себя заранее и не допустить перехода COVID-19 в пневмонию, kp.ru рассказал кандидат медицинских наук, врач-пульмонолог Сеченовского университета Владимир Бекетов.
Первое, что важно уяснить, говорит эксперт, это то, что новая коронавирусная инфекция – это инфекция вирусная и входит в группу острых респираторных вирусных инфекций. Особняком в этой группе стоит только грипп. А значит, что для COVID-19, как и для всех респираторных вирусных инфекций, поражающих верхние дыхательные пути и легкие, характерен следующий феномен. Иммунная защита в легких ослабевает. Поэтому становится возможным присоединение вторичной бактериальной супер-инфекции примерно на 5 – 9 день течения любого острого респираторного вирусного заболевания.
РИСКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ПНЕВМОНИИ
Риск присоединения бактериальной инфекции при заболевании COVID-19 увеличивается, если пациент попадает в стационар и при этом имеет хроническую патологию верхних и нижних дыхательных путей (например, ХОБЛ – хроническая обструктивная болезнь легких) или сердечную недостаточность.
КАК РАЗВИВАЕТСЯ ПНЕВМОНИЯ
В условиях, сниженной дыхательной и двигательной активности, когда слизь по бронхам движется меньше, на фоне интоксикации организма и снижения иммунитета, бактерии из носоглотки спускаются в нижние отделы дыхательного тракта и могут начать там размножаться.
Таким образом, может быть вызван сначала бактериальный бронхит, потом и бронхопневмония с переходом в пневмонию. Развитию бактериальной пневмонии может способствовать и длительное нахождение пациента на аппарате ИВЛ. Не смотря на соблюдение всех строжайших мер обеззараживания аппараты ИВЛ являются факторами риска возникновения вентилятор-ассоциированных пневмоний.
ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛИ ПНЕВМОНИЯ ИДЕТ СЛЕДОМ ЗА COVID-19
По словам эксперта, на сегодняшний день ряд авторитетных медицинских ассоциаций выпустили меморандумы и открытые письма с призывами к коллегам уменьшить применение антибиотиков в ходе лечения COVID-19, потому что антибиотики не дают пользы, но приносят в данном случае вред, вплоть до токсического поражения печени и развития антибиотико-ассоциированной диареи.
Сам феномен вторичной бактериальной пневмонии при коронавирусе переоценен, продолжает эксперт. Подобные процессы развиваются в основном у пациентов с сердечной недостаточностью, а для них действуют меры повышенной предосторожности, ограничения в передвижении, рекомендации по самоизоляции и лечению на дому.
ВАЖНО!
Как обезопасить себя от пневмонии?
1. Вакцинироваться от пневмококка
Самая частая причина внебольничной пневмонии – это пневмококковая инфекция. Вакцинация от пневмококка дает иммунитет на 5 – 10 лет, если вы провакцинировались 13-валентной вакциной, то она гарантирует пожизненный иммунитет. Стафилококк, стрептококк и гемофильная палочка – эти бактерии чаще всего являются причинами вторичных бактериальных пневмоний.
2. Увлажнять воздух
Увлажнение воздуха в помещении достоверно снижает риски возникновения в бронхах слизистых гнойных пробок, которые ведут к закупориванию бронхов, к образованию в бронхах сухой мокроты и развитию там инфекции. Поэтому, если влажность воздуха будет выше 40%, то есть шансы на то, что бактериальная пневмония развиваться не будет. Важно понимать, что бытовые увлажнители воздуха нужно вовремя чистить.
Гродненская университетская клиника
Учреждение здравоохранения
Нужно ли пить антибиотики при ковиде? И чем это опасно? Разбираемся вместе со специалистами.
Почему при коронавирусе не надо антибиотики
Пациенту с коронавирусной или какой-то другой вирусной инфекции антибиотики нужны только тогда, когда на фоне этого заболевания развивается еще и бактериальная инфекция.
Как правило, в течение первых нескольких дней заболевания потребности в антибиотиках не будет. Для ковида присоединение бактериальной инфекции не характерно. Во многих международных рекомендациях, а также в последних рекомендациях Минздрава РБ четко прописано, что прежде чем назначать антибиотики, необходимо подтвердить наличие бактериальной инфекции. Применение антибиотиков с первых дней заболевания не подкреплено ни логикой, ни рекомендациями. Это не сработает, а может принести только вред, ухудшающий течение болезни.
Следует подчеркнуть, что даже если диагностирована пневмония по МСКТ легких, то она имеет совсем другой характер воспаления, чем при бактериальном поражении легких, и лечится не антибиотиками.
Чем опасен прием антибиотиков, помимо побочных эффектов?
Антибиотики часто влияют на функцию печени, работу сердца, некоторые из них могут угнетать иммунную систему, уменьшая количество лейкоцитов (клеток крови, ответственных за иммунитет) и количество полезных бактерий в кишечнике, также ответственных за иммунитет.
Как определить, что к ковиду добавилась бактериальная инфекция?
Очень важно осмотр врача! Чтобы он собрал анамнез: если имеются какие-то хронические заболевания, связанные с гнойной инфекцией, например, хронический бронхит, тонзиллит, бронхиальная астма, синусит, гайморит, то пациенту могут быть и нужны антибиотики, но тоже не всегда.
Немаловажным является сдача анализов. Расшифровывая формулу общего анализа крови, можно сориентироваться, какая у пациента инфекция — вирусная или бактериальная. На сегодняшний день появились еще более современные биохимические параметры, которые позволяют определить, есть ли бактериальная инфекция или нет.
Чтобы сделать правильный выбор в тактике лечения и выборе антибиотика, необходим комплексный подход, который сможет осуществить только врач! Не занимайтесь самолечением!
Врачи рассказали, почему антибиотики нельзя применять как профилактику от COVID-19
В Минздраве сообщили о вреде использования антибиотиков для профилактики коронавируса. Спрос на противомикробные препараты в стране увеличился, однако зачастую из-за боязни заболеть люди применяют их не по назначению. Рассказываем, чем могут навредить антибиотики при самолечении.
Почему антибиотики не воздействуют на вирусы
О том, что не следует использовать антибиотики для профилактики коронавируса, заявил главный микробиолог министерства здравоохранения России Роман Козлов. Он отметил, что спрос на противомикробные препараты возрос, но на самом деле такие лекарства не воздействуют на вирусы.
Врач-терапевт, кандидат медицинских наук Наталья Липина в диалоге с Москвой 24 рассказала, что такая проблема действительно возникла: люди начали скупать антибиотики. «Мы общаемся с пациентами на эту тему, все стараются закупить препарат и на всякий случай начать его принимать, если повышается температура», – говорит Липина.
Но такое самолечение бессмысленно и даже опасно, отмечает специалист. Врач объяснила, что уже само название «антибиотики» подразумевает воздействие на микробы бактериального происхождения. На вирусы напрямую эти препараты не действуют, подчеркивает Липина.
«Необоснованное применение угрожает тому, что через какое-то время у многих может возникнуть нечувствительность микробов к антибиотикам, и в будущем, когда они действительно понадобятся, они могут быть неэффективными», – пояснила она.
Побочные эффекты антибиотиков
Врачи предупреждают о том, что антибиотики влекут за собой появление дисбактериоза кишечника. И у каждого лекарства существует масса других побочных эффектов. «Когда препарат не находит себе места в организме, то есть нет показаний и нет субстрата, с которым можно соединиться, могут возникнуть любые проявления из указанных в инструкции», – говорит Липина.
В свою очередь, врач-терапевт Татьяна Романенко напомнила о том, что вывод антибиотиков из организма также оказывает влияние на человека, а само применение препаратов может вызвать аллергические реакции.
«Если у вас насморк и невысокая температура, нет смысла назначать антибиотики. Это опасно», – сказала она.
По словам Романенко, антибиотики назначаются только в случае, когда есть риск осложнений. Сюда относятся пациенты с хроническими заболеваниями, сахарным диабетом, сердечно-сосудистыми заболеваниями и другие группы риска. Либо такие препараты применяют, если вирусная инфекция сопровождается осложнениями, связанными именно с бактериями. Но делается это только под наблюдением врача, по строгой схеме и в правильных, адекватных дозах.
Почему люди боятся новых лекарств от COVID-19?
Пациентам, которые проходят лечение дома, предоставят медикаменты бесплатно
Некоторые люди начинают принимать антибиотики уже при незначительном повышении температуры или кашле, потому что боятся заразиться коронавирусом. При этом не знают о том, что не в каждом случае COVID-19 применяют антибиотики, отмечают специалисты.
Еще один аспект – боязнь людей принимать новые лекарства от коронавируса в случае, если у них подтверждается наличие COVID-19. Россияне зачастую предпочитают пролечиться самостоятельно знакомыми с детства антибиотиками. По словам Липиной, люди неохотно идут на прием новых препаратов, потому что боятся непроверенной эффективности и большого количества таблеток, которые надо принять за курс.
При этом врач-терапевт отмечает, что пока побочных эффектов от новых лекарств от ковида не наблюдала.
В свою очередь, врач-терапевт Татьяна Романенко согласилась, что не стоит переживать из-за новых лекарств от коронавируса, ведь в амбулаторной практике, когда болезнь протекает в легкой форме, можно обойтись даже без них.
Все права на материалы, находящиеся на сайте m24.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта ссылка на m24.ru обязательна. Редакция не несет ответственности за информацию и мнения, высказанные в комментариях читателей и новостных материалах, составленных на основе сообщений читателей.
СМИ сетевое издание «Городской информационный канал m24.ru» зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-53981 от 30 апреля 2013 г.
Средство массовой информации сетевое издание «Городской информационный канал m24.ru» создано при финансовой поддержке Департамента средств массовой информации и рекламы г. Москвы. (С) АО «Москва Медиа».
Информация о погоде предоставлена Центром «ФОБОС». Информация о курсах валют предоставлена Центральным банком Российской Федерации. Информация о пробках предоставлена ООО «Яндекс.Пробки».
Почему врачи отказываются от антибиотиков при ковиде?
Ситуация с коронавирусом побудила многих бежать в аптеки, чтобы запастись лекарствами. Тем более что уже «все понятно» — какие именно нужно приобретать. Фото листочков с назначениями врачей при ковиде перебрасывались через социальные сети знакомым – «на всякий случай».
Пачками закупались и те препараты, которые многие привыкли принимать без назначений врача, не задумываясь, что таким образом вносят свою небольшую лепту в то, чтобы другие, чья жизнь и здоровье на самом деле зависят от антибактериальных препаратов, лечились долго, принимая более серьезные и токсичные лекарства.
Бесконтрольный прием различных антибиотиков приводит к тому, что бактерии приспосабливаются к лекарствам и они становятся малоэффективными.
Влияние на вирусы
Вот что рассказывал главный врач известной уже на всю страну инфекционной больницы в Коммунарке Денис Проценко буквально недавно в одном из интервью:
— Мы абсолютно отказались от гидроксихлорохина и антибиотиков при отсутствии признаков бактериальной инфекции. То, что мы делали, кстати, очень активно в первой волне, потому что потенциально думали о том, что на фоне вируса очень быстро происходит присоединение микробной, бактериальной суперинфекции: вот мы назначим антибиотики и этого не допустим. В итоге увидели, что превентивное назначение антибиотиков не снизило случаев бактериального инфицирования, но привело к тем или иным осложнениям, которые описаны при использовании системных антибиотиков.
Можно ли сказать, что антибиотики вообще не нужны при ковиде? Ведь на самом деле врачи их и сейчас продолжают назначать.
Наталья Гордеева, врач-пульмонолог, доцент кафедры госпитальной терапии и иммунологии Красноярского государственного медицинского университета, говорит о том, что для этого нужны определенные показания, ну а закупка антибактериальных препаратов «впрок» — это просто выброшенные деньги, и это еще самый безобидный побочный эффект.
— При заболевании коронавирусом назначение антибиотиков в первые дни вообще не оправдано: антибиотики на вирусы не действуют. Антибактериальные препараты, как правило, назначаются лишь когда присоединяется бактериальная инфекция. И понять это может только врач, причем мы смотрим сразу на несколько факторов: повторное повышение температуры, анализы крови, где нарастает лейкоцитоз, и другие, — говорит Наталья Гордеева.
Подбор антибиотиков, по словам врача, также индивидуален и зависит от нескольких факторов: возраста, сопутствующих заболеваний и других. Наталья Гордеева приводит пример, когда при гриппе на 3-4-й день даже молодым приходилось назначать антибиотики.
— При коронавирусе бактериальная инфекция присоединяется редко. Мы сами создаем такую ситуацию, что скоро останемся без антибиотиков. Бесконтрольное назначение антибактериальных препаратов приводит к тому, что формируется антибиотикорезистентность. В свое время «Сумамед» любили назначать участковые терапевты, он прост в применении. Но это привело к тому, что на сегодня «Сумамед» мы почти не используем: к нему очень высокая резистентность, до 50 процентов в некоторых регионах, — подчеркивает врач-пульмонолог.
Она напоминает, что сразу после изобретения пенициллина хватало фактически одной дозы, чтобы вылечить пневмонию. На сегодняшний день врачи уже не пользуются пенициллином при пневмонии – чтобы человек выздоровел, понадобятся просто огромные дозировки.
Антибактериальные препараты на сами вирусы не влияют. А ведь многие из нас привыкли и себе, и детям назначать при затянувшемся ОРВИ какой-либо антибиотик.
— В отношении вирусов антибиотики совершенно бесполезны, — говорит Ольга Веселова, кандидат медицинских наук, доцент, заведующая кафедрой фармакологии с курсами клинической фармакологии, фармацевтической технологии и курсом ПО. — Потому что у антибиотиков несколько механизмов воздействия. Во-первых, они воздействуют на стенку клетки бактерии. Для формирования клеточной стенки бактерии используют ряд ферментов, и, если этот процесс нарушить, бактерия с большой вероятностью погибнет. Во-вторых, они воздействуют на синтез ДНК – это нарушает механизм деления клеток. Часть препаратов препятствуют синтезу веществ, необходимых для жизнедеятельности бактериальной клетки.
Для подавления размножения вирусов нужен совершенно другой подход с учетом того, что вирус старается свой генетический материал встроить в клетку макроорганизма. Да к тому же те структуры, на которые могли бы воздействовать противомикробные средства, у вирусов отсутствуют.
Как они приспосабливаются
Проблема в том, что мы не только принимаем бесполезные препараты, но и становимся все более безоружными перед инфекциями. В том числе и потому, что при назначении антибиотиков врачами мы не выдерживаем до конца схему лечения. На третий день стало лучше – и рекомендации врача игнорируются. А бактерия выживает и приобретает устойчивость к препарату.
Да, крошечные бактерии совсем не так безоружны, как можно было бы подумать.
На сегодняшний день они выработали сразу несколько механизмов защиты. К примеру, бактериальная клетка становится способной синтезировать фермент, который будет разрушать лекарственный препарат.
Есть еще один способ, когда клетка как бы выталкивает антибиотик: вначале она его пропускает, а потом с помощью транспортных систем его очень быстро выводит.
Такие механизмы приводят к тому, что лечение многих, даже не очень тяжелых заболеваний, затягивается, требует применения сразу нескольких препаратов или их последовательной замены.
К примеру, в XX веке специалисты были уверены, что вот-вот победят с помощью антибиотиков туберкулез: фтизиатрия с помощью новых препаратов добилась очень впечатляющих успехов.
Что же произошло в итоге?
Как только начали применять лекарства, палочка Коха начала успешно приспосабливаться – и это не удивительно с ее-то живучестью.
В начале 90-х начали говорить о том, что есть устойчивые формы туберкулеза, а уже в 2000-х годах это превратилось в настоящую проблему. Лечение лекарственно устойчивых форм туберкулеза очень дорогое и длительное. Лечение заболевания даже при обычной схеме сложное, с применением сразу нескольких препаратов.
Врачи оценивают эффективность назначенного лечения, и при плохих результатах приходится назначать более сильные препараты, которые являются и более токсичными.
Но дело не только в таблетках. Мы должны задуматься об ограничении использования антибиотиков в сельском хозяйстве, ветеринарии. Даже антибактериальное мыло или зубная паста влияют на резистентность микроорганизмов. Широкое распространение различных средств для гигиены – мыла, шампуня с триклозаном – привело к тому, что появились не восприимчивые к нему штаммы стафилококков.
А гель для десен с таким средством, как метронидазол, применяемый и для профилактики в том числе, привел к тому, что некоторые бактерии стали устойчивы к препарату, и область его использования сейчас снизилась.
В итоге появилось даже такое понятие, как «антибиотики резерва» — то есть препараты, которые применяют, только когда остальные не помогают.
Поэтому прежде чем прислушаться к совету, прозвучавшему от знакомых или родственников, «пропить антибиотики», нужно хорошо задуматься о том, стоит ли это делать. Некоторые специалисты вообще считают, что к 2050 году мы останемся без эффективных антибактериальных препаратов.
Очень хочется думать, что до этого все же не дойдет.
«Пожалуйста, не пейте антибиотики и гормоны, которые вам выписали ваши друзья!»
Сергей Собянин открыл эндоскопический центр ГКБ имени В.М. Буянова
Как будут работать поликлиники, аптеки и пункты вакцинации с 28 октября по 7 ноября
В Москве сделать бесплатный экспресс-тест на COVID-19 можно в 50 точках
Вокруг COVID-19 и вызываемых им осложнений появилось немало мифов. Низкая информированность людей и недоверие к медицине создали благоприятную среду для бума самолечения. По соцсетям гуляют списки препаратов, не имеющих никакого отношения к настоящему лечению, а люди назначают себе препараты, которые могут привести к драматическому ухудшению их состояния. В интервью «Новой газете» главный врач ГКБ № 23 им. Давыдовского профессор Елена Васильева рассказала о том, какие опасности таит самолечение от коронавируса и что делать не стоит ни в коем случае.
Влад Докшин, Екатерина Ганичева, Глеб Шульц / «Новая газета»
— Давайте поговорим про лечение коронавируса. Кому это лечение действительно необходимо?
— Надо понимать, что примерно 80–85 процентов людей, болеющих ковидом, или самостоятельно выздоравливают, или у них он протекает в относительно легкой форме. Это и очень хорошо, и в то же время большая проблема, потому что люди заразны в этот период. Они не знают, что больны, распространяют вирус, и в этом состоит коварство новой пандемии. Почему огромный процент заболевших выздоравливает самостоятельно? Потому что у нас есть собственная иммунная система. Сначала идет неспецифический иммунный ответ, потом вырабатывается специфический иммунный ответ на данный конкретный вирус, вырабатываются антитела, клетки начинают атаковать другие клетки, зараженные коронавирусом. Надо ли что-то делать в этот период с человеком?
Если он бессимптомно болеет, если у него нет тяжелых сопутствующих заболеваний, его надо оставить в покое. Не нужны антибиотики, не нужны гормоны, не нужен длинный перечень препаратов, который можно перечислять бесконечно. Как у нас сейчас бывает, когда человек заболевает: приходит сначала врач из поликлиники и рекомендует какие-то препараты. Потом пациент спрашивает своих знакомых — одного, другого, третьего. Те присылают списки рекомендованных соседями, друзьями, еще кем-то. Я нередко вижу списки из 20–25 препаратов, которые люди принимают.
Что касается так называемых противовирусных препаратов «ремдесивир» и «фавипиравир», по ним доказательства [эффективности] или не очень весомые, или их вообще нет.
Нет ни одного достоверно доказанного лекарства, которое позволило бы избежать тяжелого течения ковида.
— Когда мы говорим о каких-то препаратах, мне страшно, потому что мы с вами скажем об этом и люди, как мы видели, просто побегут и начнут сметать это с аптечных полок.
— Нет, ни в коем случае нельзя без назначения врача ничего давать. Человек может не знать, например, что ему противопоказаны противосвертывающие препараты. Не бывает лекарств без побочных действий. Если вам говорят, что лекарство без побочных действий, это жульничество. Если лекарство действует, оно действует всегда в обе стороны, оно пользу может приносить и вред. Поэтому надо обязательно по серьезным препаратам всегда советоваться с врачом.
— Давайте еще раз. Если положительный тест на коронавирус, у вас ковид — вы лежите дома. И если нет каких-то серьезных симптомов, то это все как обычная простуда.
— Не просто «лежите дома». Во-первых, не надо лежать, а надо все-таки похаживать по квартире, это профилактика тромбов.
Во-вторых, если поднимается температура и держится несколько дней или она выше 38,5–39 ˚С, конечно, надо посоветоваться с врачом. Если она держится уже достаточно долго или если появляются любые симптомы одышки, необходимо проверить насыщение кислородом. Сейчас есть такая возможность, я знаю, что в Москве дают пульсоксиметры бесплатно. И если пульсоксиметрия ниже 93, например, уже нужно беспокоиться. Если сопровождается одышкой — вызывать врача или скорую.
— А если у человека есть хронические заболевания — диабет, сердечно-сосудистые, — ему что же, сразу надо вещи в больницу собирать или тоже пока не нервничать?
— Во-первых, чем сложнее и тяжелее, тем меньше надо нервничать. Эта паника, она есть, к сожалению, и у многих врачей. Понятно почему: врачи подвержены риску, но паника мешает, паника врачей, паника пациентов мешает реально лечить. Вот чем я занимаюсь несколько часов в день — я занимаюсь психотерапией, веду очень много больных амбулаторно, и моя психотерапия сводится к тому, о чем я только что говорила. Пожалуйста, не надо пить антибиотики, не надо пить гормоны и препараты по длинному списку, присланному друзьями. Все это надо делать только по показаниям. В частности гормоны, когда они даются людям без показаний, то есть пациент не тяжелый, ухудшают прогноз. Они показаны, когда состояние утяжеляется, когда человек зависит от кислорода. А всем остальным их принимать не просто не нужно, а совсем нельзя.
— Вообще паника у людей возникла, когда начали говорить и писать, что у врачей нет единого протокола лечения ковида. Это правда, его нет?
— Это и так, и не так. Когда ковид начался, это была новая болезнь, не знали, как лечить, и вполне оправданно было пробовать разное. Не знали, как течет ковид, не знали многих симптомов, узнавали уже по ходу дела и гораздо позже, через месяц, два, три, четыре. Все новые и новые проявления этого вируса мы видим и сейчас, а тогда стихийно пробовали разные лекарства. Но на сегодняшний день картина совершенно другая.
Сейчас мы знаем, что у 10–15 процентов больных система начинает как бы буксовать, она дает не просто сбой, она начинает из-за этого сбоя гиперактивизироваться.
— То есть атакует?
— Да. Представьте себе, что машина завязла на льду или в глубоком снегу, она начинает шуметь, буксовать. Ты давишь на газ, и она начинает буксовать еще больше. Когда это происходит с организмом, выбрасываются цитокины. Вообще, это полезные для нас вещества: когда они не в больших количествах, они тоже активируют иммунную систему. Но когда их очень много, как бывает при ковиде, так называемый цитокиновый шторм, они могут повреждать ткани. Повреждение ткани приводит к выбросу еще большего количества веществ, которые стимулируют свертывание, начинается гиперкоагуляция; и, собственно, все это многообразие симптомов, которое мы видим, — это и есть проявление вот этих различных цитокинов. Реже это прямое действие вируса. И если это понимаешь, то понятен и протокол, и как лечить, а самое главное, что это уже сейчас подтверждается рандомизированными исследованиями. Вот когда только начинали, был момент абсолютно бездоказательной медицины.
— То есть несколько месяцев 2020 года?
— Да, мы вернулись в историю на 20–30 лет назад, когда не было доказательной медицины. И возвращаясь к протоколу лечения: сейчас в больницу попадают люди, у которых уже развернутая стадия, мы не кладем больных, как было раньше, у которых просто сам факт ковида или положительный тест. На сегодняшний день из препаратов у нас остается «Дексаметазон», данный вовремя, у нас остаются антицитокиновые препараты, и у нас остаются антикоагулянты, которые должны правильно даваться, в правильных дозах, это очень важно. Сейчас мы уже научились многим приемам, как правильно положить пациента, как правильно дать ему кислород, и мы гораздо меньший процент больных берем на ИВЛ и на ЭКМО. Когда к нам попадает пациент, который нуждается в кислороде, первое, что мы делаем, — помещаем его в прон-позицию и даем кислород. В разных видах — это зависит от тяжести состояния.
И практически всем мы даем антикоагулянты, от тромбов.
А дальше мы обязательно берем анализы и смотрим, развился цитокиновый шторм или еще не развился, пора уже его подавлять или не пора. Когда идет кислородная недостаточность и это подтверждается лабораторными анализами, тогда это как раз время, чтобы вводить те или иные или гормоны или антицитокиновые препараты. Одновременно мы обязательно смотрим, нет ли признаков бактериальной инфекции, если их нет, антибиотики тогда не даются. Также мы применяем и свежезамороженную плазму с высоким титром антител к коронавирусу, пока у человека нет еще собственных антител.
— Вы много всего перечислили, но не сказали про КТ, а это самая популярная в народе процедура сейчас.
— КТ нужно делать, только если это необходимо врачу для диагностики.
Мне сейчас обрывают телефон: «А можно у вас сделать КТ?» Никого не беру, как правило!
Собственно, это одна из моих задач в интервью — я очень хочу постараться хоть немножко снять панику. Да, это серьезная инфекция, но паника только помешает. Я уже говорила, это общее правило: чем сильнее вопрос, тем нужно быть спокойнее и сдержаннее и трезво принимать решения.
— То есть, когда весной всех подряд с положительным тестом отправляли на КТ, это просто потому, что не понимали, как с этим работать?
— Знаете, тогда в этом был определенный смысл. Тогда было до 30 процентов ложноотрицательных тестов, а КТ оказалось чувствительнее. И вот это очень сильно сдвинуло понимание в диагностике, и на том этапе это было очень правильно. Сейчас лучше стали тесты, сейчас мы лучше понимаем болезнь, и даже далеко не всегда КТ влияет на наши действия. Потому что бывают люди, у которых есть процесс по поражению легких, но при этом нормальная пульсоксиметрия. А у кого-то, наоборот, процент поражения небольшой, но у него есть фоновое заболевание легких, ему достаточно бывает 20 процентов, поэтому гораздо важнее общее состояние больного, пульсоксиметрия, чем просто цифры КТ.
— Давайте поговорим про антибиотики, которые исчезли из аптек.
— Эта та же тема паники. Слава богу, что их нет, потому что не нужно заниматься самолечением, особенно при коронавирусе.
— Я спрашиваю сейчас не столько про коронавирус, сколько вообще.
— И вообще не надо. Где в мире вы можете купить антибиотик без рецепта? Где?
— А у нас можно купить без рецепта?
— Да! У нас идут и сметают, потому что продается без рецепта. Нигде в Европе, в Америке вы не купите без рецепта антибиотик. Мои друзья, живущие за границей, здесь покупают рецепт и везут к себе.
— Но это как-то помогает, раз они тоже так делают?
— Это неправильно. Массовое бесконтрольное применение антибиотиков — огромная проблема. Развивается резистентность. Но в коронавирусе проблема другая, антибиотики просто почти никому не нужны. Понимаете? Их просто не надо принимать при ковиде дома. Их дают только в больнице и только в определенных ситуациях.
— Пандемия принесла нам хоть что-то хорошее?
— Хорошее в том, что на врачей обратили внимание. Вообще-то, мы и раньше работали, и нам всем могут ночью позвонить — и не обязательно с ковидом: и с инфарктом, с инсультом, — и раньше этого никто не замечал. Очень важно, чтобы с пандемией не кончилось это нормальное отношение к врачам. А то ведь Следственный комитет как активизировался до этого. Врачебные дела пошли, и я очень надеюсь, что это закончится — дела из-за врачебных ошибок. Любой врач, принимающий то или иное решение, не всегда на 100 процентов прав, все-таки болезнь — это всегда какой-то выбор, и ты должен понимать, что при таком анализе [может быть] так, а при таком — иначе. Наша работа сопряжена с определенными рисками, с определенными трудностями, бессонницей, постоянным напряжением, это и было и есть, сейчас это больше, конечно, чем было раньше.
А из грустного — это уровень недоверия к врачам и к вакцинам сейчас. Это чрезвычайно удручает.
Например, вакцина Гамалеи сделана профессиональными людьми, я их знаю много лет, и это серьезные ученые. Да, третья фаза еще не закончена, но она закончится и покажет клиническую эффективность вакцины; безопасность же была исследована еще в первой фазе.
— То есть вакцина — это хорошо и нам нужно прививаться?
— Я сама вакцинировалась «Спутником» и всю свою семью привила. Меня вакцина один раз уже защитила. Так получилось, я была в очень тесном контакте с человеком, который заболел, и были уже все проявления. То есть очень большая концентрация вируса была.
— Получается, только массовое вакцинирование дает коллективный иммунитет, а естественным путем он не нарабатывается?
— Пока нет. В Москве уже много переболело, но пока недостаточно, чтобы дать реальный иммунитет.
— Сейчас людям страшно лишний раз в больнице появиться, даже если у них есть серьезные заболевания. К чему это приводит?
— Большая беда, когда у пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями появляется затяжной приступ, который может говорить об инфаркте: рука не двигается или нога, — и если подозрение на инсульт, они терпят и не едут в больницу, потому что боятся коронавируса. Но в такой ситуации надо немедленно ехать, просто немедленно.
— Не боясь заразиться коронавирусом?
— Да, потому что медицина — это статистика. Смертность естественная от инфаркта, если его не лечить, — 30–33 процента. Это выше, чем потенциальный риск умереть от ковида, на порядок выше. Поэтому, если подозрение на серьезное заболевание, немедленно надо ехать.
— Вы так говорите, будто у вас есть данные и цифры, что люди в таком серьезном состоянии не едут в больницу.
— Да, это так, и это безумно меня огорчает. К нам приезжают люди на второй, третий день от начала инфаркта, когда совсем плохо, когда сердце уже начинает рваться. Мы стали видеть разрывы — это то, чего мы вообще не видели последние годы. У нас прекрасно — правда — работающая система помощи больным с инфарктом, я даже сама была удивлена результатами. Оказалось, что время доезда скорой помощи до человека с болями в груди как было десять минут, так и осталось, несмотря на всю загруженность скорой на ковиде. Обращайте внимание, если это острая ситуация. Не ждите, звоните в скорую. И наоборот, совершенно не нужно вдруг идти сейчас к врачам проверяться, как у нас любят. Сидели себе дома [безо всяких жалоб] и тут решили провериться. Подождите, пожалуйста, пару месяцев и проверитесь, когда, я надеюсь, будет поспокойней.
