Зачем в тюрьме под ноги вновь прибывшему в камеру бросают полотенце
Эта давняя тюремная традиция сегодня становится анахронизмом. Раньше таким нехитрым способом проверяли вновь прибывших в камеру (в основном «первоходов» (осужденных, первый раз отбывающих наказание в исправительном учреждении ФСИН)) на знание блатных правил и обычаев.
Заключенные, оповещенные о том, что скоро к ним в «хату» (камеру) будет доставлен новый сиделец, расстилали перед входом полотенце и ожидали реакции вновь прибывшего сокамерника. Если он, войдя в камеру, наклонялся и поднимал полотенце, делался вывод о его полной непричастности к уголовному миру. Мало того, такой поступок фактически ставил крест на его дальнейшей воровской карьере. А по совокупности обстоятельств могут в дальнейшем явиться причиной зачисления его к «опущенным», самой низкой, презираемой и всячески угнетаемой касты в уголовной иерархии.
Правильным считались следующие действия. Впервые вошедший в камеру должен был тщательно вытереть о полотенце ноги, как о приквартирный коврик, затем пройти в «хату», поздороваться со всеми и спросить: «Кто смотрит здесь за положением?». Такой ответ идентифицировал вновь прибывшего, как своего человека, знающего воровские законы, и неукоснительно им следующего.
Данный обычай зиждется на неукоснительном воровском запрете, а именно:
Почему в тюрьме нельзя поднимать с пола любые вещи и предметы
Этот запрет основан не только, и не столько на принципе «не я бросил, не мне и поднимать», а сколько на понятии наклоняться, трактуемого, как нагибаться или «прогибаться под изменчивый мир». По традиции, вор не должен быть готов к покорности, и уж тем более, не вправе демонстрировать свое смирение с чужой волей.
Что упало, то пропало. Такой принцип исповедуется на зоне. То есть, если в лютый мороз на тюремном плацу у заключенного упала на пол шапка, он должен про нее забыть, так, как будто ее не существовало.
Воровские авторитеты в один голос утверждают, что делать этого нельзя ни в коем случае. Наоборот, на брошенный или упавший предмет целесообразно наступить ногой, вытереть об него ноги (если это полотенце), потоптаться на лежащей на полу вещи. Так «первоход» избежит многих печальных для себя последствий в настоящей и будущей жизни в колонии.
Почему нельзя поднимать полотенце в тюрьме
Правильное поведение при заходе в камеру (на воровском жаргоне – «хату») – это первое подтверждение того, что осужденный знаком с понятийными особенностями кодекса профессиональных воров и уважает их.
Первые шаги авторитета
Как правило, о «заезде» вора в законе в то или иноке МЛС становится известно задолго до его появления в камере. Как говорил бывший нацбол Роман Попков (НБП – запрещенная на территории РФ организация), отсидевший в начале нулевых в местах лишения свободы 4 года, в тюремных камерах хорошо налажена система оповещения посредством так называемых «дорог» (особой почты – по нитяным канатам («коням») через окна камер), «малявы» с важной информацией передаются на этапе и другими способами.
Вор, как и любой осужденный, впервые зашедший в камеру, должен вербально поприветствовать население «хаты». Приветствие максимально нейтральное. Известный историк и исследователь тюремной жизни Виталий Лозовский говорит, что в подобных случаях достаточно обычного «здравствуйте» – для представителей всех мастей заключенных. Вор в законе никогда не станет здороваться за руку с новыми знакомыми (правило, по словам всех экспертов, имеющих опыт пребывания в МЛС, которое должно соблюдаться представителями каждой из категорий заключенных). Это объясняется тем, что человеку не известен иерархический статус претендента на рукопожатие: если «законник» прикоснется к осужденному, низвергнутому по тюремной масти на социальное «дно», он автоматически становится ему равным.
Прибывший в камеру воровской авторитет занимает самое престижное спальное место – подальше от двери, ближе к окну, ему в принципе создаются максимально комфортные условия пребывания в «хате», которые только возможны в подобном случае.
… и блатных, а также других
Более того, добавляет Попков, низшую, самую презираемую, касту заключенных в МЛС сейчас предпочитают содержать в отдельных камерах, поэтому среди новичков, заходящих в камеры к «бродягам» и «мужикам», представителей этой масти нет.
Испытания для первоходов
Осужденный со стажем Заур Зугумов в своей автобиографической книге «Бродяга» пишет, что труднее всего дается первый опыт общения с сокамерниками первоходам – тем, кто раньше никогда в МЛС не попадал. Нередко новички должны были пройти «испытание полотенцем» – перед ними стелилось полотенце, и если зашедший в камеру его поднимал, то это означало, что новичок уже не поднимется по воровской иерархической лестнице (по понятиям, о полотенце полагалось вытереть ноги).
И Виталий Лозовский, и Роман Попков подтверждают, что если первоход попросит разъяснить ему правила поведения в камере, то «старшие товарищи» это охотно сделают. Издеваться над новым сидельцем нельзя, по понятиям, это беспредел. Ему укажут спальное место, расскажут об основных тюремных законах. Новичок должен накрепко уяснить: врать своим сокамерникам по поводу своего статуса категорически нельзя – опытные заключенные хорошие психологи, и обман почувствуют сразу. Надо быть осторожным как на словах, так и в действиях – даже за одно неосторожное слово в МЛС могут строго спросить.
Почему нельзя поднимать полотенце в тюрьме
вы это с какой целью интересуетесь?
Дык память освежаю:))
. Потому как за что наказывать не знающего правил и устава местного, человека?
.
Это не местный устав, а общий:). Предполагается, что человек должен быть в теме, например, он вор.
Это не местный устав, а общий:). Предполагается, что человек должен быть в теме, например, он вор.
Ну, допустим, человек воровал-воровал, наконец поймали, посадили и претендует он на положение вора, а не мужЫка или хуже. А про полотенце ему не сказали. И окажется он там, куда не хотел.
Так полотенце для того и положено. Чтобы определить, имеет ли он право претендовать.
Ну, допустим, человек воровал-воровал, наконец поймали, посадили и претендует он на положение вора, а не мужЫка или хуже. А про полотенце ему не сказали. И окажется он там, куда не хотел.
Ой, ну и тема. 005:
А что такого? От чего там зарекаться нельзя?;)
автор, детектив пишете?
Нет, память тренерую:)
Но претендавать если что, ни на что не буду.
Ну на что-то все же придется, на нормальное отношение, хотя бы.
Спасибо, Светланушка!:flower: Значит, выбираем перешаг:)
Смотри не ошибись! Перечитай сама ещё раз первоисточник. А то попадёшь в тёплые объятия местной камерной любительницы свеженьких женских тел.
Хм. как у нас в стране люди любят к блатной музыке тянуться. оно конечно «от тюрьмы да от сумы не зарекайся», но зачем вам это?
Смотри не ошибись! Перечитай сама ещё раз первоисточник. А то попадёшь в тёплые объятия местной камерной любительницы свеженьких женских тел.
Я пока никуда не собираюсь, но в случае чего за себя постоять вполне в состоянии, мы это проходили, не волновайтесь;)
О, ОРГАЗМО! а в Вашей цитате саффсем другие правила! Вот я скорее что-то такое помню.
Новичок в тюрьме или как первоходу правильно вести себя в хате. Тюремная иерархия
Тюремное заключение – серьезное испытание для любого человека, не привыкшего к замкнутому пространству и довольно специфическому обществу. Особенно жестоко оно для первоходов, то есть людей, отбывающих заключение в первый раз.
ИВС, СИЗО, судебное заседание, приговор, этапирование, карантин, поселение на зоне – на каждом из этих этапов возможны ошибки, приводящие к поистине катастрофическим последствиям. Совершив одно неправильное действие даже по незнанию, можно попасть в касту неприкасаемых («обиженных»), откуда в ряды «мужиков», а тем более «блатных», уже пути нет.
О тюремной иерархии
Тюремное общество глубоко иерархично. Это накладывает жесткие рамки на систему взаимоотношений осужденных. Прежде всего имеет значение «масть» заключенного:
Костяк тюремного сообщества, этакая местная элита. Блатные пользуются максимальным количеством привилегий, но и ограничений на них налагается тоже много. «По понятиям», им запрещается работать, подчиняться администрации, заниматься уборкой, а ранее ворам в законе даже нельзя было иметь семьи. Блатные придерживаются строгих правил, и если вы их выучите, проблем быть не должно. Эти люди заинтересованы в сохранении порядка в камере, и из их числа назначаются положенцы и смотрящие, призванные не допустить беспредела. С ними лучше обращаться уважительно, но без подобострастия.
Самый многочисленный класс, так сказать, народ. Мужики спокойно работают, живут по общим правилам и рассчитывают побыстрее вернуться на волю, в обычное общество. Если первоходу удается избежать ошибок на старте, как правило, он становится мужиком. Это идеальная позиция.
А вот это как раз люди, которые эти самые ошибки совершили (за исключением добровольных гомосекусуалистов или сидящих по статьям за изнасилование). Обычно это неправильно сказанные слова и определенные поступки (воровство у своих, донос администрации, общение с другими людьми из этой касты). Ранее ритуал «опускания» предполагал совершение гомосексуального акта с потенциальной жертвой, сейчас такое встречается редко и преимущественно на малолетке. В женских тюрьмах и колониях гомосексуальные связи и вовсе не табу.
Пособники администрации, делающие для нее грязную работу в надежде на снисхождение. Быть частью этой группы низко, поэтому редко кто идет на сотрудничество с администрацией добровольно.
Вывод – постоянно держать глаза и уши открытыми.
Как войти «в хату»
Это, пожалуй, самый сложный момент, выводящий первохода на стартовую позицию. Благо, сейчас администрация тюрем старается разместить заключенных по камерам в соответствии с «мастью». Это дает возможность избежать конфликтов с первых часов заключения, а новички могут изучить тюремные правила в относительно спокойной обстановке, без пресса авторитетов.
При первом входе как в камеру, так и в барак, наиболее важны:
Лучше всего остановиться на нейтральном варианте типа «Добрый вечер», «Доброго здоровья», «Мир/вечер в хату». От панибратских приветствий, тем более с намеком на «масть» (типа «Привет, мужики» или «Здорова, пацаны»), лучше воздержаться.
Не стоит занимать с ходу свободную «шконку» (кровать). Следует поинтересоваться, свободно ли здесь и можно ли расположиться. Кстати, в зоне не «спрашивают» в обычном смысле этого слова, а «интересуются» – это тоже лучше усвоить. Если вдруг под ноги вам бросят полотенце, поднимать его не нужно, просто перешагните. А если скажут, что эта хата для «петухов», сделайте вид, что испугались и пару раз стукните в дверь с требованием перевести вас в другую камеру.
Один бывалый осужденный рассказывал, что самая жесткая прописка – на малолетке, где беспредел смешивается с устаревшими блатными понятиями во взрывоопасной пропорции. За неправильное поведение на прописке могут даже опустить физически, причем с жестоким избиением. Во взрослых тюрьмах и зонах (конечно, в «правильных») теперь прописка сводится преимущественно к разговору. Нового заключенного спрашивают, кто он «по жизни», за что сидит и так далее. В роли инициатора опроса обычно выступает смотрящий.
Общие правила поведения новичка в тюрьме
Первые несколько дней лучше посвятить изучению тюремных правил и без особой на то необходимости ни с кем не общаться. Исключение – собственно смотрящий, которому можно и нужно задавать вопросы. Это расценивается положительно: человек хочет жить спокойно, с соблюдением неписаных правил.
Прежде всего нужно запомнить главные постулаты:
Здороваться за руку в тюрьмах особо не принято, особенно с незнакомыми. Вдруг окажется, что этот человек – обиженный? С ними в принципе общаться не принято: нельзя прикасаться, сидеть за одним столом, пользоваться общими предметами. Вы можете отдать что-то обиженному из милосердия или в обмен на услугу, но к этой вещи уже прикасаться нельзя. Люди этой «масти» обязаны сами сообщать о своем статусе, дабы незнакомый человек ненароком не принял их за блатных или мужиков.
Бывает, другие заключенные сами лезут в душу, дабы поразвлечься и вывести первохода на какой-нибудь «косяк». Это признак плохого тона, откровенничать не нужно. Можно даже сообщить об этом смотрящему, ведь навязчивый собеседник может оказаться «наседкой», то есть тайным осведомителем правоохранительных органов или тюремной администрации.
Брать что-то чужое без разрешения категорически запрещено – это воровство у своих, то есть, крысятничество. Запомните: в тюрьме нет ничего «ничейного»! Если в чем-то нуждаетесь (сигареты, чай), попросите смотрящего выделить немного из общака (общего имущества). Но это придется вернуть как минимум в том же размере!
Одно упоминание об оральном сексе способно превратить честного мужика в обиженного. Поэтому вообще лучше не говорить о собственных сексуальных предпочтениях и опыте.
Это противоположная сторона медали: если вы не будете отвечать на вопросы и общаться в принципе ни с кем, это может быть расценено как высокомерие. Да и вообще замыкаться в себе, да еще и в таких условиях, губительно для психики.
Даже если вы на воле слыли мастером покера, ни в коем случае не садитесь играть с сидельцами на интерес. Не факт, что с вами будут играть честно, а карточные проигрыши не прощаются. Если не сможете отдать долг или выполнить желание выигравшего, автоматически станете обиженным. Отказаться просто – достаточно элементарного «не хочу».
Сегодня вам пришла передачка, и скоро ее не будет. Внесите что-то в общак, поделитесь с другими – человечность ценится везде, особенно там, где она в дефиците. Завтра помогут вам.
Будьте вежливы, но не покорны. В конфликты постарайтесь не вступать, тем более не инициируйте их. Все хотят жить спокойно, с минимумом проблем. Однако если на вас будут конкретно «наезжать», требовать выполнения какой-то работы (например, уборки камеры вне очереди), вымогать деньги, сигареты или продукты, нужно дать отпор. Если вы правы, за вас заступятся остальные осужденные, можно призвать в арбитры и смотрящего.
Не стоит принимать презенты от других сидельцев, пока вы не убедитесь, что это делается из дружеских побуждений (а в этом в первые дни разобраться точно невозможно). Иначе в ответ от вас потребуют какую-нибудь услугу (убрать камеру, помыть посуду, постирать белье вместо «дарителя»), и вы сами не заметите, как превратитесь в «шестерку» (малоуважаемого слугу на побегушках).
Общение новичка с бывалыми заключенными
В данном случае самое главное – соблюсти паритет. С одной стороны, осужденный должен быть вежлив и уважителен с другими сидельцами, с другой – ни при каких условиях не терять чувства собственного достоинства, иначе он лишится уважения.
Импульсивные слова и поступки не приветствуются в принципе: за каждое слово придется отвечать. И если вы оскорбили человека незаслуженно, он имеет полное право дать отпор физически. А может и призвать смотрящего, что чревато переводом скандалиста и клеветника в ранг неприкасаемых.
Особенно следует быть аккуратным с матерными выражениями – они всегда воспринимаются как агрессия, даже если не направлены на конкретного человека. Если оскорбили вас лично (особенно если «послали» или назвали любым синонимом, обозначающим пассивного гомосексуалиста), нужно жестко «спрашивать», то есть драться. Даже если вы слабее физически, такое прощать нельзя. Синяки и раны заживут, а вот безропотное «глотание» оскорблений наложит жесткий отпечаток на все дальнейшее пребывание в местах заключения.
Некоторые слова и выражения, абсолютно невинные с точки зрения обывателя, в тюрьме и на зоне трактуются совершенно иначе.
Краткий ликбез:
Тюремный жаргон обширен, привести в одной статье полный словарь по понятным причинам мы не можем. Постепенно этот специфический «сленг» усвоится.
Правила гигиены в местах лишения свободы
Правила личной гигиены в местах лишения свободы возведены практически в ранг религии. Первохода оценивают не только по заслугам и разговору, но и по чистоплотности. Это закономерно: в замкнутом пространстве любые нарушения гигиены ощущаются и обоняются особенно ярко.
После каждого посещения туалета следует тщательно мыть руки. Если заметят, что вы поздоровались с кем-то за руку, не совершив этой элементарной процедуры, могут призвать к ответу. Если вы уронили на пол какую-то вещь, ее нужно вымыть, а вот еду с пола поднимать уже категорически нельзя.
Нельзя есть, готовить пищу и чай в то время, когда кто-то находится в туалете. И напротив, если сокамерники сидят за столом, от посещения туалета нужно воздержаться. Ежедневно нужно мыть ноги, следить за чистотой вещей, проверять себя на наличие паразитов.
Почему нельзя поднимать полотенце в тюрьме
Бывалым сидельцам доподлинно известно одно из железных правил тюремной жизни по понятиям – ничего не поднимать с пола в камере (равно как и в других помещениях МЛС). Наиболее строго придерживающиеся данной условности не нагнутся даже за своей упавшей кепкой или шапкой, так как вещь, побывавшая на полу, раз и навсегда становится для них «нечистой», «зашкваренной».
Почему именно «зашквариться»?
В главе «Подлянка» книги «Тюремная энциклопедия» ее автор Александр Кучинский, имеющий личный опыт пребывания в МЛС, пишет, что в тюрьме новичков-первоходов часто проверяют и учат путем именно таких «подлянок», как вынуждение их поднять какую-либо вещь, брошенную (как бы случайно уроненную) на пол. Это может быть одежда, полотенце или мыло. Случаи с мылом вообще считаются классикой объяснения правил поведения на зоне. Истории с поднятием в банях (душевых) мыла всегда имели сексуальный подтекст, поэтому наиболее предусмотрительные зеки на всякий случай брали с собой на помывку два куска.
Кучинский утверждает, что сидельцу в тюрьме не только не следует поднимать брошенную вещь, что бы это ни было, а еще и желательно наступить на нее, потоптаться, вытереть об нее (полотенце или одежда), ноги. Если же человек наклонился за предметом, то он, по тюремным понятиям, таким образом «прогнулся под изменчивый мир», показал, что смирился с чужой волей, готов к покорности. Правильная установка в данном случае – «не я бросал, не мне и поднимать».
Можно вспомнить здесь и книгу «Как выжить в советской тюрьме» (1992 г.) Валерия Абрамкина и Юрия Чижова, которые подготовили свое исследование на основе проведенного ими в конце 1980-х – начале 1990-х годов опроса десятков человек, имевших опыт заключения. В частности, один из интервьюируемых рассказал им, как по понятиям следовало поступать с упавшими предметами в колониях общего и усиленного режима, где он отбывал сроки заключения. Сиделец вспоминал, что там осужденные жили по принципу «что упало, то пропало», упавшую на землю вещь больше не трогали. Особой зоной подобной «неприкосновенности» считался плац, по определению «зашкваренная» территория. И свалившуюся с головы зимнюю шапку не поднимали: «правильный» зек обязан был забыть об этом «оскверненном» головном уборе. Повсеместно в МЛС «зашкваренным» становился человек, поднявший сигарету (окурок), валявшуюся на полу в туалете (либо близ любого отхожего места) – это был потенциальный кандидат на зачисление в касту «обиженных» («петухов»).
Можно ли вообще что-то поднимать с пола в тюрьме?
Тут единого мнения не существует. Кто-то из зеков-«радикалов», четко соблюдающих тюремные законы, утверждает, что предмет, побывавший на полу, однозначно «зашкварен». А вот некто Федор Крестовый, автор сборника советов и рекомендаций «Как выжить в зоне. Советы бывалого арестанта», полагает, что «надо смотреть по обстоятельствам». К примеру, пачку сигарет, упавшую на чистый пол, в месте, находящемся далеко от параши, можно и поднять, обернув произошедшее в шутку – дескать, упало на газету. Но в случае с подобранной у туалета сигаретой Крестовый также категоричен – здесь, по его мнению, все однозначно: это по-любому серьезный «зашквар».
У либерально настроенных зеков есть и способ «легального» поднятия мыла в бане: надо не нагибаться, а присесть на корточки, но при этом обязательно повернуться лицом к остальным.
