Ритуал кангсо палден лхамо
Данный текст был составлен и переведён по традиционным источниками ламой Кунгой Тхарце Ринпоче и Куртом Койтцером в июле 2001 года. В октябре того же года текст был отредактирован Вольфгангом Саумвебером, а в феврале 2004 подвергнут пересмотру.
Сбрызни торму внутренним подношением при помощи кончика ваджры, произнося при этом для очищения следующие две мантры:
Ом Ваджра Амрита Кундали Хана Хана Хум Пхат Сваха
Ом Свабхава Буддха Сарва Дхарма Свабхава Шуддхо ‘Хам
Из состояния пустоты возникает слог Ах, который превращается в чрезвычайно большую, обширную капалу белого цвета. Внутри этой капалы – торма, сделанная из плоти и крови врагов и препятствующих сил, пяти мяс, пяти нектаров и пяти мудростей. Запах, вкус и действие этой тормы становятся совершенными.
Подними левую руку и, думая о пустоте, произнеси:
Подними правую руку и, думая о сосуде – капале, произнеси:
Подними обе руки и, думая о том, что торма сделана из плоти и крови врагов и препятствующих сил, произнеси:
Выполни мудру Гаруды и, думая о том, что торма есть нектар пяти мудростей, возникший из девяти объектов желания, произнеси:
Ом Ах Хум Ха Хо Хри (трижды)
(Если имеешь особое благовоние Лхамо, составленное из человечьей плоти, человечьего жира, гуггула, сомы и плаценты, то можешь зажечь его. В противном случае зажги один гуггул и при этом позвони в колокольчик. Если не имеешь колокольчика, выполни самая-мудру мамо над своей головой и помаши указательными пальцами.)
Джо!
О Ремати, защитница всего мира Дхармы!
В прошлом ты дала обет перед Победоносными,
Что будешь помогать практикующим и защищать учение.
Потому теперь я прошу тебя:
Приди сюда со своего северо-восточного океана!
Джо Ракмо
Джо Ракмо
Джо Джо Ракмо
Тхун Джо Кха Ла Рак
Чен Мо Ракмо Абья Табья
Тхун Джо
Рулу Рулу Хум Джо Хум
Ом Хум Шри Деви Кали Кали Маха Кали Деви Сапаривара Самаджа Акаршае Хье Хи Такки Джа Хум
(Читая это, приглашаешь в пространство перед собой джнянасаттв.)
Ритуал кангсо палден лхамо
Дхармапала Шридеви (санскр. Shridevi, тиб. Палден Лхамо / Palden Lhamo) – богиня-дхармапала, которая относится к разряду «ушедших за пределы шести сфер существования», т.е. «немирских» богов и входит в группу «восьми ужасающих»; духовная супруга Махакалы.
Изображение богини принято держать в углу за занавесом, а имя ее не упоминать по причине ее грозного характера.
Дхармапал возглавляет Лхамо (“Богиня” в переводе с тибетского; на санскрите – Шридеви). Образ этот настолько значителен, что мы считаем необходимым уделить ей особое внимание.
Лхамо – наследница образа древнейшей богини-матери, на что указывает ее имя и сочетание противоположных качеств в ее образе: она выступает и как убийца собственного сына, и как богиня, дарующая детей, ее называют “Великой хозяйкой жизни”, она владычица тайн жизни и смерти, провидица судьбы.
В Тибете существует ряд легенд о Лхамо. В одной из них действует дочь Шивы Палден Лхамо Ремати – одна из двух сестер-демониц, которые прошли через цепь перевоплощений и в конце концов обратились к буддизму; их образ тесно связан с Ваджрапани, защитившим их от гнева отца и принявшим их обет.
Наиболее популярная легенда о Лхамо следующая.
Место Лхамо в пантеоне варьируется по различным источникам. Ее называют праджней Ваджрадхары, гневной ипостасью Зеленой Тары или богини красноречия Сарасвати. Монголы считают ее супругой Эрлика – владыки смерти.
II и V Далай-ламы сделали Богиню особо почитаемой в гелукпе. Она покровительница Лхасы, столицы Тибета, и вообще буддийских правительств, например китайского императора с династии Юань до династии Цин, то есть с XIII по XX век.
Лхамо в центре, объятая серым пламенем, едет на своем коне (или муле) через море крови. Поводьями коню служат змеи, попоной – кожа сына Лхамо. На крупе коня мы видим упомянутый в легенде глаз. К седлу Богини приторочен мешок с болезнями и гадательные кости.
Богиня в обычном облачении дхармапал; на ее бедрах тигриная шкура, за спиной развевается халат. Тело Богини покрыто кладбищенским пеплом. Ее три глаза блестят подобно молнии. В ее волосах месяц. В одной руке она держит габалу, в другой – дубинку, увенчанную ваджрой. В зубах зажато тело грешника.
Постоянные спутницы Богини – дакини Симхавактра (“С головой льва”) и Макаравактра (“С головой макары”) – бегут по обе стороны ее коня. Над головой Лхамо ее милостивая ипостась – богиня красноречия Сарасвати с лютней в руках. По углам картины – четыре дакини, воплощающие времена года: Васанта-раджни (весна) на желтом муле, Варша-раджни (лето) на синем яке, Шарад-раджни (осень) на олене, Хеманта-раджни (зима) на верблюде.
nandzed
nandzed Нешёлковый путь
Квинтэссенция впечатлений, со временем потерявшая геометрию
В монастырях старого Тибета празднование Лосара начиналось в 29-й день 12-го месяца. В это время в храмах совершается особая церемония, посвященная дхармапалам — десяти защитникам Учения. Наибольшее почитание среди них воздается Шри-Дэви (тиб. Палдэн Лхамо), которая считается покровительницей столицы Тибета, Лхасы. В ее честь совершается отдельная церемония в день, непосредственно предшествующий Новому году.
Считается, что защитница Палдэн Лхамо в этот день три раза объезжает землю по кругу, проверяя свои владения: все ли готовы к встрече Нового года, чисто ли в доме у хозяйки, ухожены ли дети, накормлен ли скот. Нерадивые будут наказаны и лишены ее покровительства в наступившем году, достойные получат поощрение и могут рассчитывать на ее помощь.
Для получения благословения Палдэн Лхамо рекомендуется не спать всю ночь до 6-ти утра, и либо присутствовать во время церемоний в храме, либо дома читать мантры и делать практику. Тем, кто не спит и обращается к ней за помощью, Палдэн Лхамо окажет свое покровительство и поможет в решении сложных вопросов.
Из слога Хум в моём сердце исходят лучи света, которые призывают из северо-восточного океана Мулединг Магзор Гьялмо вместе со всей её свитой.
В пространстве передо мной, в горном ущелье среди пылающих скал, окружённый чёрным смерчем, стоит совершенный дворец, обладающий всеми надлежащими качествами. Сложенный из множества драгоценных камней, он вселяет трепет своим видом. Форму имеет квадратную, украшен четырьмя вратами, четырьмя арками и всем прочим.
Посреди этого дворца из смеси жира и крови возникает чёрный слог *Кша*, который превращается в палицу сандалового дерева, отмеченную слогом *Кша*. Из неё – Палден Лхамо Ремати, Магзор Гьялмо, сидящая верхом на муле. Её тело тёмно-синего цвета, у неё один лик и две руки. В оскаленных клыках она держит окоченевший человеческий труп. Три её глаза налиты кровью, лоб изборождён гневными морщинами. Пылающие огнём рыжие волосы вздыблены, от них во все стороны разлетаются искры. Правой серьгой ей служит ядовитая змея, левой – лев. На голове у неё корона из пяти сухих черепов, на шее – ожерелье из пятидесяти свежеотрубленных голов, нанизанных на кишки и сочащихся кровью. Тело её запятнано кровью, вымазано жиром, покрыто пеплом от сожжённых человеческих трупов. Её волосы убраны различными шелками, на ней струящиеся, развевающиеся одежды. Верхняя часть тела обёрнута человеческой кожей, нижняя – тигриной шкурой. На ней восемь украшений славы – пояс из змей, ожерелье и прочее. Правой рукой она размахивает в воздухе булавой сандалового дерева, в левой держит у сердца капалу с белыми горчичными зёрнами и кровью ребёнка, рождённого от кровосмешения. Спереди к её седлу прикреплена сумка с хворями, красная трость демонов Цен, а также две гадальные кости – чёрного и красного цвета. Сверху на седле клубок крашеной пряжи. У талии у неё подоткнута счётная палка, какую используют Мары. Из её пупка исходит солнце, от макушки – луна. Над головой у неё зонт из павлиньих перьев.
Хвала Шри Дэви (Палден Лхамо)
ДЖО. Четыре деяния, в своем разнообразии, есть само сознание;
Они не существуют отдельно от ума, но и ум не существует.
Не существует ни цвета, ни формы; в абсолютном они неразличимы.
Их, как простые иллюзии, чудесным образом являет
Великая Мирная Богиня в соответствии с расположением нашего ума.
Владычица и окружающая ее мирная свита
Умиротворяли и умиротворят, склонны к умиротворению;
Они наделены сияющими телами белого цвета.
Поклоняюсь все-умиротворяющей матери;
Прошу, успокой наши болезни, злых духов и препятствия.
ДЖО. Четыре деяния, в своем разнообразии, есть само сознание;
Они не существуют отдельно от ума, но и ум не существует.
Не существует ни цвета, ни формы; в абсолютном они неразличимы.
Их, как простые иллюзии, чудесным образом являет
Славная Богиня Возрастания в соответствии с расположением нашего ума.
Владычица и окружающая ее свита возрастания
Приумножали и приумножат, склонны к приумножению;
Они наделены великолепными телами желтого цвета.
Поклоняюсь все-приумножающей матери;
Прошу, приумножь наш жизненный срок и заслуги.
ДЖО. Четыре деяния, в своем разнообразии, есть само сознание;
Они не существуют отдельно от ума, но и ум не существует.
Не существует ни цвета, ни формы; в абсолютном они неразличимы.
Их, как простые иллюзии, чудесным образом являет
Славная Богиня Могущества в соответствии с расположением нашего ума.
Владычица и окружающая ее свита могущества
Подчиняли, будут подчинять, склонны к подчинению;
Они наделены весьма страстными телами красного цвета.
Поклоняюсь все-подчиняющей матери;
Прошу, подчини всех живых существ трех миров.
ДЖО. Четыре деяния, в своем разнообразии, есть само сознание;
Они не существуют отдельно от ума, но и ум не существует.
Не существует ни цвета, ни формы; в абсолютном они неразличимы.
Их, как простые иллюзии, чудесным образом являет
Славная Богиня Гнева в соответствии с расположением нашего ума.
Владычица и окружающая ее гневная свита
Были гневными, будут гневными, склонны к гневу;
Они наделены весьма свирепыми телами черного цвета.
Поклоняюсь всецело гневной матери; прошу, гневным путем
Освободи нас от всех болезней, духов, врагов и препятствий.
ДЖО. Хотя твоей природы вообще не существует,
Ты, являя такие разнообразные свойства,
Приносишь четырьмя деяниями благо скитальцам.
Так восхваляя тебя, преданно и неустанно,
Да достигнем мы также природы четырех деяний
И будем, подобно тебе, стремиться к благу других.
Серчем Палден Лхамо
ДЖО! Нам дрен тен па сунг бей чо кйонг цо
ДЖО! К царице Дхармапал, хранителей Учения Будды,
Нал джор бу шин кйонг бей тху цел чен
Наделенной силой защищать йогинов как собственное дитя,
Дод кхам даг мо пель кьи лха мо ла
Славной Лхамо, владычице мира желаний
Сол ло чод до чол бей дрин ле дзод
Обращаюсь с молитвой и делаю подношение.
Исполни благие деяния, порученные тебе!
Дон дам ши бей нгаг ле ма йо къянг
Не отступая из состояния абсолютного покоя
Тен дра дул шир драг мей кур тон па
Для подавления врагов Учения ты являешь тело гнева.
Ма чиг пел ден лха сид сум джел мо ла
К тебе, единственной матери, славной царице трех миров
Сол ло чод до чол бей трин ле дзод
Обращаюсь с молитвой и делаю подношение.
Исполни благие деяния, порученные тебе!
Син мо драг ту тро бей нам джур джи
Проявления яростных Синмо
Цо мей нга шир джуг пей ле кхен зунг
Пара деятельных (исполнителей),
шествующие спереди и сзади главной богини
Чу син сенгей донг чен нам ньи ла
К вам, крокодилоголовый и львиноголовый помощники
Сол ло чод до чол бей трин ле дзод
Обращаюсь с молитвой и делаю подношение.
Исполните благие деяния, порученные вам!
Траши церинг тхинг ги шел занг ма
К благой синеликой Траши Церинг
Мийо лобзанг чопен тринзангма
Мийо Лобзангме, Чопен Тринзангме
Тадкар тробзанг кхадро че нга ла
Тадкар и Тробзанг — пяти сестрам-дакиням
Сол ло чод до чол бей трин ле дзод
Обращаюсь с молитвой и делаю подношение.
Исполните благие деяния, порученные вам!
Дорже кунтраг ла сог дуд мо ши
К четырем ракшаси: Дорже Кундраг и прочим,
Дорже шенчиг ла сог нод шин ши
К четырем якшини: Дорже Шенчиг и прочим,
Конгцун демо ла сог менмо шир
К четырем сестрицам Менмо: Конгцун Демо и прочим
Сол ло чод до чол бей трин ле дзод
Обращаюсь с молитвой и делаю подношение.
Исполните благие деяния, порученные вам!
Серчем цанг ма пуд чи чо па ди
Вот подношение первой порции золотого напитка.
Лхачен цангпа юм се лон пор че
Махадеву и Брахме с юмом, сыновьями, слугами и прочему
Трул па янг трул шебей цог нам ла
Собранию проявленных (воплощенных)
Сол ло чод до чол бей трин лэй дзод
Обращаюсь с молитвой и делаю подношение.
Исполните благие деяния, порученные вам!
nandzed
Нешёлковый путь
Квинтэссенция впечатлений, со временем потерявшая геометрию
Защитница, которая возникла таким образом, прежде уже достигла просветления (ума бодхичитты), а позже накопила заслуги и мудрость (tshogs gnyis), чтобы достичь восьмого бхуми (земли бодхисаттв). Лишь для того, чтобы защитить учение Будды, она проявилась в такой крайне свирепой форме защитницы. Об этом ясно свидетельствуют „Ma mo khros pa’i rgyud“ („Тантра Гневной Мамо“), „gShin rje rtog pa“ („Распознавание Шиндже“), „Me lce ‘bar ma’i rgyud“ („Тантра Пылающей Матери“) и „gShan pa nag po’i rgyud“ („Тантра Чёрного Мясника“). В них также упоминается, что три сестры и брат, широко известные под разными именами, как-то: Четыре Ремати (Re ma ti bched bzhi), Четыре Белмо (Bal mo mched bzhi), Четыре Дуценмы (Dus tshan ma mched bzhi) – все были проявлениями одних и тех же сущностей в разнообразных формах, выполняющих различные виды активности – умиротворяющую, приумножающую, подчиняющую и гневную. Вкратце: все мамо (мамо – это класс богинь, которых изображают в устрашающем, отталкивающем облике) по сути являются Экаджати. Она рождалась в различных мирских и запредельных этому миру формах для выполнения различных видов активности.
Далее следует повествование о том, как Лхамо пришла из Индии в Тибет. Гьялва Дордже Чанг (санскр. Ваджрадхара) передал эту традицию махасиддхе Сарахе, последователи которого стали почитать это божество. Затем традиция передавалась непрерывно до времён Падампы Сангье (Pha dam pa sangs rgyas), который и принёс практику этого божества в Тибет. Таким образом, традиция Палден Лхамо распространилась в Стране снегов. В частности, она являлась в видении Кхаче Бханда Нагпой Росолу (Kha che bhanda nag po’i ro sol), в котором совершила множество мистических ритуалов по подчинению вражеских сил. Лама выполнил умилостивление божества (bka’ bsgo), и от него эта традиция перешла к Мама Дрентадрел Чокьонгу (Ma’ ma bran mtha’ bral chos skyong), после чего получила широкое распространение.
Сострадание и благословение Палден Лхамо снисходит спонтанно, ею даруется немедленная и эффективная защита и спасение практикующим Дхарму, особенно силой практики медитации на Юм Шинже Чогьяле, Цаминте».
Так повествуется о происхождении Лхамо в Индии и о том, как позже Падампа Сангье принёс эту традицию в Тибет. Также упоминается, как Лхамо стала защитницей Тропху Лоцавы (1173–1225) и прочих лам в его линии передачи, а также как она передавалась в линии далай-лам. Вот как рассказывается о том, как она стала основной защитницей Дже Гендуна Друба (Первый Далай-лама, 1391–1474), в его биографии («rNam thar ngo mtshar rmad byung nor bu’i phreng ba»):
«Во время зимних дебатов в год Деревянной Буйволицы он (Гендун Друб) пришёл в Бодонг и принял участие в одной из сессий философских дебатов. По окончании её, на рассвете, он стоял в Ладранг Серпо (Bla brang ser po), почёсывая затылок, и в это время ему ясно послышался голос плачущей женщины. Он тотчас очнулся от мечтательного забытья и спросил, что случилось. Раздался ответ: „Я не скажу тебе, иначе ты также будешь опечален“. Ему стало любопытно, что бы это могло означать, и он почувствовал некоторое беспокойство. И снова на рассвете он услышал такой же женский плач. Внимательно вслушиваясь, он разобрал слова: „В том направлении – твой монастырь. В нём соберутся те, для кого Дхарма будет опорой. Я в женском обличье последую туда за тобой. Я защищу твоих последователей“».
Как и было предсказано женским голосом, несколько дней спустя он получил известие о том, что в Гандене скончался Дже Шераб Сенге. Такое совпадение укрепило веру Панчена Гендуна Друба в Лхамо, усилило его уважение и преданность ей. Он признал Лхамо как своего уникального, главного защитника. Об этом написано и в его биографии («rNam thar ngo mtshar rmad byung nor bu’i phreng ba»): «Важно упомянуть, что эта Лхамо Магсорма была очень внимательна к нему и тщательно оберегала». Также в автобиографии Гьялчога Гендуна Друба («Rang rnam») сказано: «Был ещё такой случай. Когда мы находились на холме в Ньиле (Nyil), я лежал, дрожа от страха, и во сне прижался к отцу. Отец спросил меня: „Что случилось?“. Я ответил: „Монах, весь завёрнутый в полотно ткани и в накрахмаленной шляпе, тянул меня за ногу. В этот момент появилась Палден Лхамо верхом на молодом муле. Она соскочила с мула и ударила монаха дубинкой (pe con) по голове. Монах убежал, от боли потирая ушибленное место“». Так передавалась эта история. В любом случае, как бы ни истолковывалось это видение, у Гендуна Друба с этим защитником была установлена крепкая связь взаимных обязательств. В свою очередь, Лхамо стала основной защитницей всей линии воплощений Далай-ламы. К примеру, в биографии («rNam thar dpag bsam ljon shing») Гьялчога Гендуна Гьяцо (1476–1542) приводится следующий рассказ:
«После того как он медитировал на стадиях приближения и достижения визуализации бесчисленного количества покровительствующих божеств, в том числе Тринадцати йидамов (yi dam – покровительствующее божество), Еше Гонпо Чагдругпы (Ye shes mgon po phyag drug – Шестирукий Гонпо) и Палден Магсор Гьялмо (dPal ldan dmag zor rgyalmo, она же Палден Лхамо); а также после того как он совершил переход из провинции Цанг в Центральный Тибет (провинция У), выполняя повторение мантры по сто тысяч раз в день, – на этот момент количество призываний Палден Лхамо начитыванием её коренной мантры достигло десяти миллионов. В месте Таши Лхунпо каждое утро совершалось умилостивление богини и трижды в день подносились ритуальные торма. Каждый вечер выполнялись завершающие подношения (солка)».
Из того факта, что Гьялчог Гендун Гьяцо высоко ценил эту лхамо, каждый день повторяя её коренную мантру тысячи раз, становится очевидным, что она была его главным личным защитником. При жизни Гьялвы Гендуна Гьяцо у школы гелуг были некоторые разногласия со школой дрикунг (‘bri gung ba). Однажды они достигли апогея, выразившись в открытом военном конфликте. Палден Лхамо проявила свою силу таким образом, что верёвки вражеских шатров по непонятным причинам оказались перерезаны, а сами шатры унесло ветром. Зная, что это чудо совершила Лхамо, Дже Гендун Гьяцо направился в Гьял Лхаканг, дабы созерцать там её священный образ. Говорят, что он увидел, как Лхамо приподнялась над седлом животного, на котором она сидела верхом, примерно на один тхо (mtho – расстояние между расставленными большим и средним пальцами); лик её был тёмным и маслянистым, и похоже было, будто она весьма утомлена тяжёлой работой. Лхамо и Гендун Гьяцо стали неразлучны, как тело и отбрасываемая им тень. Лхамо проявлялась всегда, когда нужно было устранить препятствия, возникавшие у Дже на его пути. Изображение этой лхамо в Гьял Лхаканге сам Дже наименовал «Лхамо Сунгджонма» (Lha mo gsung byon ma – Говорящая Лхамо), и оно считается священным.
В свою очередь, Гьялчог Сонам Гьяцо (Третий Далай-лама, 1543–1588) постоянно умилостивлял Лхамо и поддерживал с ней тесную связь. К примеру, в его биографии («rNam thar dngos grub rgya mtsho’i shing rta») рассказывается:
«В то время демоны тёмной стороны (что, возможно, относится к противникам Дже) задумали чинить препятствия на его пути. Когда это случилось, Палден Лхамо (Палден Лхамо Магсор-ги Гьяцо) проявилась и уничтожила их в присутствии свидетелей». В биографии также упоминается: «Подобно предыдущему Дже, он тщательно совершал приготовление к молитвам и изготавливал торма для Палден Лхамо, воительницы, царицы Мира желаний (dPal ldan lha mo ‘dod khams kyi dbang phyug dmag zor ma). Вечером в день намганг (gnam gang – последний день тибетского лунного месяца) он освящал торма, для того чтобы выполнить ритуалы умилостивления на следующий день, в первый день месяца, – время, когда появляется звезда Лхатшам. Когда вставало солнце, он поднимался на террасу и совершал обширные подношения торма, а также тела, речи и ума и тому подобные. По завершении этого ритуала в пространстве перед ним действительно проявлялась Палден Лхамо, и можно было наблюдать множество других чудесных явлений». Это показывает, насколько тесные отношения были у Дже с Палден Лхамо.
Подобным образом Гьялчог Йонтен Гьяцо (1589–1616) и Великий Пятый Гьялванг (Пятый Далай-лама, 1617–1682) полностью полагались на эту защитницу. Например, в дополнении к автобиографии Пятого Далай-ламы («Gong sa lnga pa’i rang rnam gyi kha skong»), написанном Деси Сангье Гьяцо (sDe srid sangs rgyas rgya mtsho, 1653–1679), сказано: «„Следует ли нам держать в секрете твой уход – и если да, то каким образом? Как нам ускорить поиски твоего перерождения, которое мы найдём в отдалении?“ Когда к нему обратились с молитвой, со сложенными в жесте мольбы ладонями, он открыл глаза и произнёс: „Как и все предыдущие Дже (Далай-ламы), искавшие защиты у Лхамо, я верю в неё как в свою основную дхармическую защитницу. Поэтому все сомнения в принятии решений разрешайте, обратившись к ней с гаданием на шарике из теста и другими способами“». Это были последние слова Пятого Далай-ламы перед тем, как он покинул этот мир, сказанные Деси Сангье Гьяцо, когда тот обратился с вопросом, сохранять ли в тайне факт его смерти, и с молитвой о скорейшем его перерождении. Из этого совершенно ясно, что Лхамо была приближённым защитником, на которого целиком и полностью полагались все далай-ламы, а все важные решения принимались под священным руководством Лхамо с помощью гадания на шарике из теста.
В биографии Панчена Гендуна Друба («rNam thar nor bu’i phreng ba») содержится объяснение того, как он впервые услышал священные наставления по практике этой лхамо. Рассказывается, что Гендун Друб прибыл в Бодонг (Bo dong). Он хотел получить прежние посвящения и наставления на практику Палден Магсор Лхамо, которая на протяжении множества перерождений была его защитницей.
Для этого он направился к ученику Гьялсей Ринпоче – Ринпоче Чосангу Палва (Rin po che chos bzang dpal ba), который жил в Бодонге. На его просьбу Ринпоче ответил: «Прошлой ночью мне был вещий сон. В сильную бурю к воротам Бодонга с южной стороны прибыл монах. Ему навстречу вышла украшенная драгоценностями женщина, сказав, что она хочет встретить того, кто обладает великой верой. Таков был мой сон. Значит, сегодня – тот день, когда Хор унёс Другмо (здесь упоминается случай из эпоса о Гесаре, в котором царица легендарного царя Гесара из Линга была похищена Хором), ха! ха!». Гендун Друб полностью получил все устные наставления и указания по практике этой лхамо.
Так как Панчен Гендун Друб получил наставления по практике Лхамо в Бодонге, она стала уникальной, близкой и преданной защитницей всех последующих Далай-лам. Гьялчог Гендун Друб обычно находился в Дрепунге, поэтому она также стала главной защитницей Дрепунга. Позже все монастыри школы гелуг, где бы они ни находились, будучи связанными с Дрепунгом, также приняли эту лхамо в качестве своей основной защитницы. Когда человек по имени Лхадже Драгнава (Lha rje brag na ba) из Амдо Реконга (mDo smad reb skong) прибыл в Центральный Тибет и сказал Дрогону Пхагпе, что Амдо нуждается в уполномоченном защитнике, ему посоветовали принять эту лхамо. С тех пор её присутствие в области Амдо стало повсеместным.
Говорится, что Лхамо обладает большим любящим сердцем, спонтанностью и силой своих проявлений. Она стала неким подобием предводителя всех других защитников и особенно широко распространена среди последователей школы гелуг.
Также её приняли в традиции ньингма. Например, в Тенсунг Гьяцо Намтар («bsTan srung rgya mtsho’i rnam thar» – описание происхождения и иконографии божеств-защитников тибетского буддизма), составленном Лелунгом Жепей Дордже (Sle lung bzhad pa’i rdorje) об этой лхамо говорится: «Она добра и щедра к тем, кто близок с ней, а также обладает спонтанностью и силой своих проявлений. В особенности она – непревзойдённый и уникальный основной защитник мастера Чогьяла Тердаг Лингпы (Chos rgyal gter bdag gling pa) и его учеников».
Линия передачи методов выполнения умилостивления и наставлений по вверению жизни этой лхамо была принесена Нгадаг Ньянгом Ньимой Озером (mNga’ bdag nyang nyi ma ‘od zer) из чёрной ступы в Самье. Затем она непрерывно передавалась через Чогьяла Тердаг Лингпу к Гьюрме Дордже и далее – следующему Джедунг Пхагде Лоцаве Гендуну Таши, Джедунг Тенпе Гьяцо, Гендуну Чоки Вангчугу и так далее, вплоть до Рабджампы Дондруба Гью.
Лхамо была основным защитником в традиции ньингма и не только. На её защиту полагались также многие несектарные движения (grub mtha’ ris med). Например, в предисловии к тексту об учении, связанном с Магсор Гьялмо, «mDo khams dbang phyug dmag zor rgyal mo’i chos skor gyi dkar chag mkha’ ‘gri dgyes pa’i sgra dbyangs», написанном Панченом Лобсангом Чокьи Ньимой (1653–1679), сказано: «Нгаванг Лхамо (Ngag dbang lha mo – Богиня Речи) Палден Лхамо Магсор Гьялмо изображается беспощадной, в гневном облике для того, чтобы подчинить противников веры в эту эпоху упадка и омрачений (snyigs dus); на неё полагались как старые, так и новые школы ньингма. Её переняли как основное защитное медитационное божество. В частности, великий монастырь Таши Лхунпо, ещё со врёмен его основания Всеведующим Владыкой Держателем Лотоса Гендуном Друбпой Пал Сангпо (Pad dkar chang dbang thams cad mkhyen pa dge ‘dun ‘grub pa dpal bzang po), принял это божество как главного защитника. И с тех пор владыка небесного мира Махапандита Лобсанг Чокьи Гьялцен во всех своих перерождениях, его учителя и ученики принимали её как главную защитницу». В конце текста говорится: «Эта защитница Дхармы была принята во всех религиозных школах, старых и новых традициях ньингма, бон, гелуг и так далее, а также в школах за пределами сектантских определений. Даже в устных передачах (chos skor) относительно этой лхамо существует столько смешений и заимствований, что сложно сказать, в рамках какой школы они составлены».
Среди множества повествовательных традиций этой лхамо в традиции ньингма наиболее выдающиеся – это «mKha’ ‘gro snying thig chen po’i gdams pa» («Наставления по Кхандро Ньинтиг») и составленный Лонгченом Рабджампой «Lha mo’i sgrub thabs» («Метод медитации на Лхамо»). Лонгчен Рабджампа также составил для неё множество ритуалов вверения жизни. Также существуют учения Гуру Падмасамбхавы под названием «Srog sgrub rtsa ba» и «Yang snying gnubs kyi man ngag», а также учения Ньянгтер Дордже Рабтена «rDo rje gshog rgod pa’i srog gtad» («Ритуал вверения жизни ваджрного взмаха крыльев») и «bsTan ma rgya mtsho’i rgyud» (тантра «Океан Тенма»). В действительности существует большое количество наставлений по практикам этой лхамо.
Чтобы подытожить историю данного проявления Лхамо, можно сказать следующее: во времена Будды Кхорва Джига (Sangs rgyas ‘khor ba ‘jig) она была известна как Озер Ченма (Lha mo ‘od zer can ma) и достигла бодхичитты. В период распространения учений Будды Сертхуба она была защитницей Дхармы, известной как Палденма. Во времена Будды Осунга (Sangs rgyas ‘od srung – Будда Кашьяпа) её знали как Лхамо Мандзу (Lha mo man dzu). Когда Будда Шакьямуни был рождён как гелонг Вангчуг Паво, он делал подношения и умилостивления этой лхамо. При жизни Будды Шакьямуни она была назначена главным защитником Дхармы.
Позже Падампа Сангье принёс наставления по практике этой лхамо из Индии в Тибет. Он распространял эту традицию, и в конце концов её приняли во всех традициях повсеместно: сакья, гелуг, кагью и ньингма. Существует множество длинных, средних и кратких текстов, связанных с этой лхамо, составленных выдающимися учёными мастерами Тибета.
Такова история этой охранительницы, которая изображена на правительственном здании Ганден Пходранг как Чёрная Защитница.
«Божества-защитники Тибета», Ладранг Келсанг
