Страх, сомнения и ритуалы: что такое обсессивно-компульсивное расстройство и как оно лечится
Обсессивно-компульсивное расстройство или невроз навязчивых состояний — самое сложное для лечения тревожное расстройство. По статистике, оно диагностируется лишь у 2-3% людей в мире, так как люди стесняются признаваться в проблеме даже близким. Однако ОКР сильно влияет на качество жизни и может незаметно привести к тяжелой депрессии.
Почему возникает, как протекает и лечится обсессивно-компульсивное расстройство, Profilaktika Media рассказала клинический психолог Светлана Малышева.
ЧТО ТАКОЕ ОБСЕССИВНО-КОМПУЛЬСИВНОЕ РАССТРОЙСТВО И КАК ЧАСТО ОНО ВСТРЕЧАЕТСЯ?
Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) или невроз навязчивых состояний — самое сложное для лечения из всех известных тревожных расстройств. Однако диагностируется оно лишь у 2-3% людей в мире. Почему? Человек стесняется говорить о проблеме даже с близкими, а тем более — обращаться за помощью к психологу и психотерапевту. Хотя вокруг нас много людей с разными психическими заболеваниями, с которыми можно качественно жить в обществе.
Обсессивно-компульсивное расстройство обычно проявляется в 20-25 лет. У мужчин — до полового созревания, у женщин — ближе к 20-ти годам. Также ОКР иногда наблюдается у детей и подростков.
КАК ПРОЯВЛЯЕТСЯ ОБСЕССИВНО-КОМПУЛЬСИВНОЕ РАССТРОЙСТВО?
При ОКР человека мучают навязчивые мысли (обсессии) и действия (компульсии), которые он не может остановить. Например, мысли об угрозе загрязнения собственного тела: человек помыл руки, вышел из ванной, и ему кажется, что он уже грязный. Идея чистоты становится очень важной, и всё время крутится в голове, как заезженная пластинка, которая не выключается и мучает человека. Ему приходится придумывать всевозможные ритуалы, чтобы себя успокоить: «Если я помою руки пять раз перед выходом на улицу, значит, они точно будут чистые». Как говорит психотерапевт Мехмет Сунгур: «Человек с ОКР моет не руки, он моет мысли».
Чем больше человек с ОКР следует ритуалам, тем больше он подтверждает фобию, которая лежит в основе расстройства. Постоянно моя руки, человек подтверждает мысль о том, что микробы его убьют, если. он прямо сейчас не вымоет руки. Порочный круг закрепляется, цикл замыкается.
Человек с ОКР не может остановиться — он постоянно миксует мысли в голове, старается держать под контролем внешний мир. Если что-то идет не так — может испытывать эмоции, с которыми не справляется и снова начинает придумывать какие-то ритуалы.
В основе ОКР также лежит ощущение некой угрозы и постоянные сомнения в том, всё ли человек сделал для того, чтобы что-то случилось или, наоборот, не произошло. Человек все время сомневается, берет на себя сверхответственность за всё, что может с ним произойти, проявляет чрезмерную настороженность. Например, бесконечно проверяет, выключены ли розетки дома, чтобы предотвратить замыкание и пожар, которые он представляет как угрозу.
Человек с ОКР считает себя ключевым звеном в цепи любых, даже внешних, не зависящих от него событий. Ему кажется — если он может представить худший исход в голове, значит, должен сделать что-то, чтобы его избежать.
ПОЧЕМУ ВОЗНИКАЕТ ОКР?
Последователи Фрейда считали, что задержка ребенка на анальной стадии развития (сложности с приучением к туалету и фиксация на анальной стадии) может свидетельствовать о том, что у человека разовьется ОКР, но современные исследования не проверяли этот тезис.
Неофрейдисты говорили, что возникновение ОКР связано с самооценкой — чем ниже самооценка у человека, тем больше вероятность развития у него того или иного расстройства, в том числе, ОКР.
Бихевиористы отмечали, что поведение человека и расстройства — это выученный шаблон.
ОКР — это совокупность факторов, совпавших в определенный период жизни человека. Эти факторы может спровоцировать любая ретравматизация, повторное травмирование.
КОГДА И КАК ДИАГНОСТИРУЕТСЯ ОКР?
Прежде всего — не надо ставить себе диагноз, это делает только специалист!
Нам очень часто приходится не подтверждать диагноз, а поддерживать человека словами: «Подождите, у Вас сложный период в жизни, страдать — это нормально! Это не про диагноз, это объективно сложно!». И человек удивляется: «Надо же! Я думал, я больной!».
Важна точечная диагностика!
Мы можем назвать человека склонным к навязчивости, но не поставить ему диагноз «обсессивно-компульсивное расстройство». И уже следующий вопрос — станет ли такое состояние патологическим, приобретет ли клинические проявления.
Согласно руководству по диагностике и статистике психических заболеваний (DSM), мы ставим ОКР в случае, если навязчивое поведение занимает у человека больше часа в день. Если меньше часа, то нужно понять, склонен ли человек по своему характеру к навязчивостям или это конкретное расстройство.
К сожалению, в лечении обсессивно-компульсивного расстройства люди часто пользуются не научными методами (эзотерика, энергокоучинг), хотя здесь должна работать медицина.
С расстройствами и подозрениями на расстройства очень важно обращаться именно к врачу — к психиатру или психотерапевту. Только он может поставить диагноз. Например, я, как клинический психолог, диагноз поставить не могу. Я могу только заметить, что что-то не в порядке, и тут же направить своего пациента на консультацию к доктору.
Любое тревожное расстройство способно настолько вымотать человека, что у него могут появиться суицидальные мысли. Если человек не справляется с эмоциями, не видит перспективы, к ОКР может присоединиться депрессия, когда человек не выходит из дома или моет руки до крови. Это очень выраженная степень патологии, когда человеку нужна помощь, и чем раньше она придет, тем меньше будет риск суицида.
МОЖНО ЛИ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ ОКР?
ОКР — это хронический вид заболевания. Однако навыки, приобретенные во время психотерапии, остаются с человеком навсегда. Задача пациента — не избежать «откатов», а научиться использовать эти навыки и быстрее возвращаться в норму.
Когнитивно-поведенческая терапия показывает 50-80% эффективности в лечении ОКР, и это очень хороший, признанный во всем мире результат. В сложных ситуациях психотерапия объединяется с медикаментозной поддержкой, и это тоже очень важный момент, так как тревожные расстройства имеют под собой и нейробиологическую базу, а значит, важно учитывать нюансы работы нейромедиаторов головного мозга. Лечение ОКР — это ювелирная работа!
Нет универсального пути, как помочь разным людям с ОКР. То, что может работать с позиции психологического инструментария с одним пациентом, может не работать с другим. Это совместная работа со специалистом через выстраивание доверительного контакта.
Мы часто предлагаем всевозможные поведенческие эксперименты, чтобы доказать человеку, что его мысли дисфункциональны, нереалистичны, что такое «магическое» мышление, забирает у него энергию и силы, мешает ему жить.
Как может быть устроен такой эксперимент?
К моменту его проведения у нас с пациентом уже выстроен психотерапевтический контакт. Человек доверяет специалисту, он знает, что не одинок. В таких условиях сначала мы можем просить пациента только представить в голове, как он, например, трогает грязную купюру и прикладывает её к лицу — такое действие может вызывать у человека жуткую тревогу и реальный страх.
Иногда специалисты пишут документ (обязательство), что они берут на себя всю ответственность, например, за выключенный утюг в доме пациента.
Человеку кажется: если он может представить себе худший возможный вариант развития событий (не выключенный утюг, пожар), то он должен что-то сделать, чтобы его предотвратить. Он словно становится ответственным за то, что только представляет себе в голове. «Если я могу себе это представить, значит я несу ответственность за последствия». Заключая такой контракт, специалист будто «берет» эту ответственность на себя и снимает ее с пациента.
Можно придумать много поведенческих экспериментов, и они будут показывать человеку, что действие, которое его пугает, на самом деле не так страшно, как кажется.
Это поэтапная работа с четким прослеживанием переживаний, это научение, в процессе которого у человека выстраивается новый стиль реагирования и новые нейронные связи, которые мы закрепляем с помощью поведенческих экспериментов, когнитивного подхода, работы с мыслями.
ЧТО ДЕЛАТЬ, ЕСЛИ РАССТРОЙСТВО ВЕРНУЛОСЬ?
Когда мы работаем с каким-то расстройством в парадигме когнитивно-поведенческой терапии, обычно это краткосрочная терапия. У нас нет задачи «подсадить» пациента на себя – мы верим, что человек способен справляться сам и быть ответственным за свое здоровье, психическое в том числе. Поэтому сначала проводятся регулярные встречи, а потом мы увеличиваем временной интервал между ними, можем перейти на поддерживающую терапию, например, раз в месяц или в три месяца.
Задача специалиста — обучить пациента определенным навыкам, потренировать их и отпустить жить свою уже изменившуюся в лучшую сторону жизнь.
ЕСЛИ ВЫ ЗАМЕТИЛИ СИМПТОМЫ ОБСЕССИВНО-КОМПУЛЬСИВНОГО РАССТРОЙСТВА У СЕБЯ ИЛИ БЛИЗКОГО ЧЕЛОВЕКА.
Если человек замечает, что его поведение выходит за рамки нормального, мысли или ритуалы становятся навязчивыми и влияют на качество жизни, то стоит обратиться к специалисту. Это может быть врач-психиатр или психотерапевт.
Статьи на Profilaktika Media — это экспертные материалы о доказательной медицине и онкологии. Каждый из них полезен и важен множеству людей и может пригодиться вам или вашим близким. Пожалуйста, поддержите нас и нашу работу — оформите регулярное или разовое пожертвование.
Ритуалы при окр примеры
Заметную роль среди психических заболеваний играют синдромы (комплексы симптомов), объединенные в группу обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР), получившего свое наименование от латинских терминов obsessio и compulsio.
Обсессия (лат. obsessio — обложение, осада, блокада).
Компульсии (лат. compello — принуждаю). 1. Навязчивые влечения, разновидность навязчивых явлений (обсессий). Характерны непреодолимые влечения, возникающие вопреки разуму, воле, чувствам. Нередко они оказываются неприемлемыми для больного, противоречат его морально-этическим свойствам. В отличие от импульсивных влечений компульсии не реализуются. Эти влечения осознаются больным как неправильные и тягостно им переживаются, тем более что само возникновение их в силу своей непонятности часто порождает у больного чувство страха 2. Термин компульсии используется и в более широком смысле для обозначения любых навязчивостей в двигательной сфере, в том числе и навязчивых ритуалов.
В настоящее время практически все навязчивые состояния объединены в Международной Классификации Болезней под понятием «обсессивно-компульсивного расстройства».
Открытие, что интенсивное ингибирование обратного захвата серотонина (ИОЗС) является ключом к эффективному лечению ОКР, было первым этапом революции и стимулировало клинические исследования, которые показали эффективность таких избирательных ингибиторов.
Согласно описанию, данному в МКБ-10, основными чертами ОКР являются повторяющиеся навязчивые (обсессивные) мысли и компульсивные действия (ритуалы).
В широком смысле ядром ОКР является синдром навязчивости, который представляет собой состояние с преобладанием в клинической картине чувств, мыслей, страхов, воспоминаний, возникающих помимо желания больных, но при осознавании их болезненности и критическом отношении к ним. Несмотря на понимание неестественности, алогичности навязчивых идей и состояний, больные бессильны в своих попытках преодолеть их. Обсессивные побуждения или идеи признаются чуждыми личности, но как будто идущими изнутри. Навязчивые действия могут быть исполнением ритуалов, предназначенных для облегчения тревоги, например мытье рук для борьбы с «загрязнением» и в целях предотвращения «заражения». Попытки отогнать непрошеные мысли или побуждения могут привести к тяжелой внутренней борьбе, сопровождаемой напряженной тревогой.
Навязчивости в МКБ-10 входят в группу невротических расстройств.
Распространенность ОКР в населении достаточно высока. По некоторым данным она определяется показателем 1,5% (имеются в виду «свежие» случаи заболеваний) или 2—3 %, если учитываются эпизоды обострений, наблюдавшиеся в течение всей жизни. Страдающие обсессивно-компульсивным расстройством составляют 1 % от всех больных, получающих лечение в психиатрических учреждениях. Считается, что мужчины и женщины поражаются примерно в равной степени.
Основные клинические проявления ОКР:
Обсессивные мысли и компульсивные ритуалы могут при определенных ситуациях усилиться; например, обсессивные мысли о причинении вреда другим людям часто становятся настойчивей в кухне или каком-нибудь другом месте, где хранятся ножи. Так как больные часто избегают таких ситуаций, может наблюдаться поверхностное сходство с характерной моделью избегания, обнаруживаемой при тревожно-фобическом расстройстве. Тревога является важным компонентом обсессивно-компульсивных расстройств. Некоторые ритуалы ослабляют тревогу, тогда как после других она возрастает. Обсессии часто развиваются в рамках депрессии. У некоторых больных это выглядит как психологически понятная реакция на обсессивно-компульсивные симптомы, но у других пациентов наблюдаются повторяющиеся эпизоды депрессивного настроения, которые возникают независимо.
Навязчивости (обсессии) подразделяют на образные, или чувственные, сопровождающиеся развитием аффекта (нередко тягостного) и навязчивости аффективно нейтрального содержания.
К чувственным навязчивостям относятся навязчивые сомнения, воспоминания, представления, влечения, действия, страхи, навязчивое чувство антипатии, навязчивое опасение в отношении привычных поступков.
Навязчивые сомнения — назойливо возникающая вопреки логике и разуму неуверенность в правильности совершаемых и совершенных действий. Содержание сомнений различно: навязчивые бытовые опасения (заперта ли дверь, достаточно ли плотно закрыты окна или водопроводные краны, выключены ли газ, электричество), сомнения, связанные со служебной деятельностью (правильно ли написан тот или иной документ, не перепутаны ли адреса на деловых бумагах, не указаны ли неточные цифры, верно ли сформулированы или исполнены распоряжения) и др. Несмотря на неоднократную проверку совершенного действия, сомнения, как правило, не исчезают, вызывая психологический дискомфорт у страдающего данного рода обсессией.
К навязчивым воспоминаниям относятся упорные, неодолимые тягостные воспоминания каких-либо печальных, неприятных или постыдных для больного событий, сопровождающиеся чувством стыда, раскаяния. Они доминируют в сознании больного, несмотря на усилия и старания не думать о них.
Проявления навязчивых представлений могут быть различными. В одних случаях это — яркое «видение» результатов навязчивых влечений, когда больные представляют результат совершенного жестокого поступка. В других случаях навязчивые представления, именуемые нередко овладевающими, выступают в виде неправдоподобных, подчас абсурдных ситуаций, которые больные принимают за действительные. Примером навязчивых представлений может служить и убежденность больного, что похороненный родственник был живым, причем больной мучительно представляет и переживает страдания умершего в могиле. На высоте навязчивых представлений сознание их нелепости, неправдоподобности исчезает и, напротив, появляется уверенность в их реальности. В результате навязчивости приобретают характер сверхценных образований (доминирующих идей, не соответствующих их истинному значению), а иногда и бреда.
Навязчивое чувство антипатии (а также навязчивые хулительные и кощунственные мысли) — ничем не оправданная, отгоняемая больным от себя антипатия к определенному, зачастую близкому человеку, циничные, недостойные мысли и представления в отношении уважаемых людей, у религиозных лиц — в отношении святых или служителей церкви.
Навязчивые действия — поступки, совершаемые против желания больных, несмотря на прилагаемые для их сдерживания усилия. Одни из навязчивых действий тяготят больных до тех пор, пока они не будут реализованы, другие не замечаются самими больными. Навязчивые действия мучительны для больных особенно в тех случаях, когда они становятся объектом внимания окружающих.
К навязчивым страхам, или фобиям, относятся навязчивый и бессмысленный страх высоты, больших улиц, открытых или ограниченных пространств, больших скоплений народа, страх наступления внезапной смерти, страх заболеть той или иной неизлечимой болезнью. У некоторых больных могут возникать самые разнообразные фобии, иногда приобретающие характер боязни всего (панфобии). И наконец, возможен навязчивый страх возникновения страхов (фобофобии).
Ипохондрические фобии (нозофобии) — навязчивый страх какого-либо тяжелого заболевания. Чаще всего наблюдаются кардио-, инсульто-, сифило- и СПИДофобии, а также бознь развития злокачественных опухолей. На пике тревоги больные иногда утрачивают критическое отношение к своему состоянию — обращаются к врачам соответствующего профиля, требуют обследования и лечения. Реализация ипохондрических фобий происходит как в связи с психо- и соматогенными (общие непсихические заболевания) провокациями, так и спонтанно. Как правило, в результате развивается ипохондрический невроз, сопровождающийся частыми посещениями врачей и необоснованным приемом лекарств.
Специфические (изолированные) фобии — навязчивые страхи, ограниченные строго определенной ситуацией — боязнь высоты, тошноты, грозы, домашних животных, лечения у зубного врача и т.д. Поскольку соприкосновение с ситуациями, вызывающими страх, сопровождается интенсивной тревогой, характерно стремление больных к их избеганию.
Навязчивости аффективно-нейтрального содержания — навязчивое мудрствование, навязчивый счет, вспоминание нейтральных событий, терминов, формулировок и др. Несмотря на их нейтральное содержание, они тяготят больного, мешают его интеллектуальной деятельности.
Контрастные навязчивости («агрессивные обсессии») — хулительные, кощунственные мысли, страх причинения вреда себе и окружающим. Психопатологические образования этой группы относятся преимущественно к образным навязчивостям с ярко выраженной аффективной насыщенностью и овладевающими сознанием больных представлениями. Их отличают ощущение чуждости, абсолютная немотивированность содержания, а также тесное сочетание с навязчивыми влечениями и действиями. Больные с контрастными навязчивостям и жалуются на непреодолимое стремление добавить к только что услышанным репликам окончания, придающие сказанному неприятный или угрожающий смысл, повторять за окружающими, но уже с оттенком иронии или злобы, фразы религиозного содержания, выкрикивать циничные, противоречащие собственным установкам и общепринятой морали слова, они могут испытывать страх потери контроля над собой и возможного совершения опасных или нелепых действий, нанесения увечья себе или своим близким. В последних случаях навязчивости нередко сочетаются с фобиями предметов (страх острых предметов — ножей, вилок, топоров и др.). К группе контрастных частично относятся и навязчивости сексуального содержания (навязчивости по типу запретных представлений об извращенных сексуальных актах, объектом которых становятся дети, представители того же пола, животные).
Навязчивые идеи загрязнения (мизофобии). К этой группе обсессий относятся как страх загрязнения (землей, пылью, мочой, калом и другими нечистотами), так и боязнь проникновения в организм вредных и ядовитых веществ (цемента, удобрений, токсических отходов), мелких предметов (осколков стекла, игл, специфических видов пыли), микроорганизмов. В ряде случаев страх загрязнения может носить ограниченный характер, оставаться в течение многих лет на доклиническом уровне, проявляясь лишь в некоторых особенностях личной гигиены (частая смена белья, многократное мытье рук) или в порядке ведения домашнего хозяйства (тщательная обработка продуктов питания, ежедневное мытье полов, «табу» на домашних животных). Такого рода монофобии существенно не влияют на качество жизни и оцениваются окружающими как привычки (утрированная чистоплотность, чрезмерная брезгливость). Клинически проявляющиеся варианты мизофобии относятся к группе тяжелых навязчивостей. На первый план в этих случаях выступают постепенно усложняющиеся защитные ритуалы: избегание источников загрязнения и прикосновений к «нечистым» предметам, обработка вещей, на которые могла попасть грязь, определенная последовательность в использовании моющих средств и полотенец, позволяющая сохранить «стерильность» в ванной комнате. Пребывание за пределами квартиры также обставляется серией защитных мероприятий: выход на улицу в специальной, максимально закрывающей тело одежде, особая обработка носильных вещей по возвращении домой. На поздних этапах заболевания пациенты, избегая загрязнения, не только не выходят на улицу, но не покидают даже пределы собственной комнаты. Во избежание опасных в плане загрязнения контактов и соприкосновений пациенты не подпускают к себе даже ближайших родственников. К мизофобии примыкает также страх заражения какой-либо болезнью, который не относится к категориям ипохондрических фобий, поскольку не определяется опасениями наличия у страдающего ОКР того или иного заболевания. На первом плане — страх угрозы извне: боязнь проникновения в организм болезнетворных бактерий. Отсюда и выработка соответствующих защитных действий.
Особое место в ряду обсессий занимают навязчивые действия в виде изолированных, моносимптомных двигательных расстройств. Среди них, особенно в детском возрасте, преобладают тики, которые, в отличие от органически обусловленных непроизвольных движений, представляют собой гораздо более сложные двигательные акты, потерявшие свой первоначальный смысл. Тики иногда производят впечатление утрированных физиологических движений. Это своего рода карикатура на определенные двигательные акты, естественные жесты. Больные, страдающие тиками, могут трясти головой (словно проверяя, хорошо ли сидит шляпа), производить движения рукой (как бы отбрасывая мешающие волосы), моргать глазами (будто избавляясь от соринки). Наряду с навязчивыми тиками нередко наблюдаются патологические привычные действия (покусывание губ, скрежетание зубами, сплевывание и т. п.), отличающиеся от собственно навязчивых действий отсутствием субъективно тягостного чувства неотвязности и переживания их как чуждых, болезненных. Невротические состояния, характеризующиеся только навязчивыми тиками, обычно имеют благоприятный прогноз. Появляясь чаще всего в дошкольном и младшем школьном возрасте, тики обычно затухают к концу периода полового созревания. Однако такие расстройства могут оказаться и более стойкими, сохраняться на протяжении многих лет и лишь частично видоизменяться по проявлениям.
Течение обсессивно-компульсивного расстройства.
К сожалению, в качестве наиболее характерной тенденции в динамике ОКР необходимо указать хронификацию. Случаи эпизодических проявлений болезни и полного выздоровления встречаются сравнительно редко. Однако у многих больных, особенно при развитии и сохранении одного какого-то типа проявлений (агорафобия, навязчивый счет, ритуальное мытье рук и т.д.), возможна длительная стабилизация состояния. В этих случаях отмечаются постепенное (обычно во второй половине жизни) смягчение психопатологической симптоматики и социальная реадаптация. Например, больные, испытывавшие страх поездок на определенных видах транспорта, или публичных выступлений, перестают чувствовать себя ущербными и работают наряду со здоровыми. При легких формах ОКР болезнь, как правило, протекает благоприятно (на амбулаторном уровне). Обратное развитие симптоматики происходит через 1 год — 5 лет с момента манифестации.
Более тяжелые и сложные ОКР, такие, как фобии заражения, загрязнения, острых предметов, контрастные представления, многочисленные ритуалы, напротив, могут стать стойкими, резистентными к лечению, либо обнаружить тенденцию к рецидивированию с сохраняющимися, несмотря на активную терапию, расстройствами. Дальнейшая отрицательная динамика этих состояний свидетельствует о постепенном усложнении клинической картины болезни в целом.
Необходимо отличать ОКР от других заболеваний, при которых возникают навязчивости и ритуалы. В ряде случаев обсессивно-компульсивное расстройство необходимо дифференцировать с шизофренией, особенно когда обсессивные мысли необычны по содержанию (например, смешанные сексуальные и богохульные темы) или же ритуалы исключительно эксцентричны. Развитие вялотекущего шизофренического процесса нельзя исключить и при нарастании ритуальных образований, их стойкости, возникновении антагонистических тенденций в психической деятельности (непоследовательности мышления и поступков), однообразии эмоциональных проявлений. Затяжные обсессивные состояния сложной структуры необходимо отграничивать от проявлений приступообразной шизофрении. В отличие от невротических навязчивых состояний они обычно сопровождаются резко нарастающей тревогой, значительным расширением и систематизацией круга навязчивых ассоциаций, приобретающих характер навязчивостей «особого значения»: ранее индифферентные предметы, события, случайные замечания окружающих напоминают больным о содержании фобий, оскорбительных мыслях и приобретают тем самым в их представлении особое, угрожающее значение. В таких случаях необходимо обратиться к врачу-психиатру с целью исключения шизофрении. Определенные трудности может также представлять дифференциация ОКР и состояний с преобладанием генерализованных расстройств, известных под названием синдрома Жиля де ля Туретта. Тики в таких случаях локализуются в области лица, шеи, верхних и нижних конечностей и сопровождаются гримасами, открыванием рта, высовыванием языка, интенсивной жестикуляцией. Исключить в этих случаях данный синдром помогают характерные для нее грубость двигательных расстройств и более сложные по структуре и более тяжелые психические нарушения.
Говоря о наследственной предрасположенностью к ОКР, следует отметить, что обсессивно-компульсивные расстройства обнаружены примерно у 5-7% родителей больных такими расстройствами. Хотя этот показатель и низкий, он выше, чем в общей популяции населения. Если доказательства наследственной предрасположенности к ОКР пока неопределенны, то черты психастенической личности можно в большой степени объяснить генетическими факторами.
ЛЕЧЕНИЕ: ОСНОВНЫЕ МЕТОДЫ И ПОДХОДЫ
При лечении необходимо иметь в виду, что обсессивно-компульсивные расстройства часто имеют флюктуирующий характер течения с длительными периодами ремиссий (улучшения состояния). Очевидные страдания больного часто как будто требуют энергичного действенного лечения, но следует помнить о естественном течении этого состояния, чтобы избежать типичной ошибки, заключающейся в чрезмерно интенсивной терапии. Важно также учитывать, что ОКР часто сопровождается депрессией, эффективное лечение которой нередко приводит к смягчению обсессивных симптомов.
Любое сопутствующее депрессивное расстройство лечат антидепрессантами в адекватной дозе. Имеются данные, что один из трициклических антидепрессантов, кломипрамин, обладает специфическим действием на обсессивные симптомы, но результаты контролируемого клинического испытания показали, что эффект применения этого препарата незначителен и проявляется только у больных с отчетливыми депрессивными симптомами.
Одной из главных задач специалиста при лечении ОКР является установление плодотворного сотрудничества с больным. Необходимо внушить пациенту веру в возможность выздоровления, преодолеть его предубеждение против «вреда», наносимого психотропными средствами, передать свою убежденность в эффективности лечения при условии систематического соблюдения предписанных назначений. Веру больного в возможность исцеления необходимо всячески поддерживать и родственникам страдающего ОКР. При наличии у больного ритуалов необходимо помнить, что улучшение обычно наступает при использовании сочетания метода предотвращения реакции с помещением больного в условия, усугубляющие эти ритуалы. Значительного, но не полного улучшения можно ожидать приблизительно у двух третей больных с умеренно тяжелыми ритуалами. Если вследствие такого лечения снижается выраженность ритуалов, то, как правило, отступают и сопутствующие навязчивые мысли. При панфобиях используются преимущественно поведенческие методики, направленные на снижение чувствительности к фобическим стимулам, дополняемые элементами эмоционально-поддерживающей психотерапии. В случаях преобладания ритуализированных фобий наряду с десенсибилизацией активно используется поведенческий тренинг, способствующий преодолению избегающего поведения. Поведенческая терапия значительно менее эффективна в отношении навязчивых мыслей, не сопровождающихся ритуалами. Некоторыми специалистами на протяжении многих лет применяется метод «остановки мыслей», но его специфический эффект убедительно не доказан.
Все эти методы при разумном использовании могут повысить эффективность лекарственной терапии, но не способны полностью заменить препараты. Следует отметить, что методика разъясняющей психотерапии помогает не всегда, а у некоторых больных с ОКР даже наблюдается ухудшение, поскольку такие процедуры побуждают их к болезненным и непродуктивным размышлениям о предметах, обсуждаемых в процессе лечения. К сожалению, до сих пор науке не известны способы раз и навсегда излечивать душевные недуги. Нередко ОКР имеют склонность к рецидивированию, что требует длительного профилактического приема лекарств.
