scp чье имя нельзя называть

The SCP Sandbox

Осторожно! Идут испытания!

Объект №: SCP-3285

Класс: Безопасный.

Особые условия содержания: В городе (УДАЛЕНО) введена легенда «Неполадки канализации» и «Старый дрожжевой завод». Субъекты, проявляющие чрезвычайный интерес к источнику объекта, должны обрабатываться амнезиком класса А.

Объект привлек внимание Фонда, когда доктор Сартасов приехал в (УДАЛЕНО), чтобы навестить родственников. Он обратил внимание на запах, но расспросы родных не принесли ничего ясного. Доктор Сартасов решил получить доступ в городской архив, однако не нашел там чего-либо определенного. Сартасов принял решение сообщить об этом в местный филиал Фонда, вызвавшись лично возглавить исследования. Получив одобрение, он провел ряд опытов, после чего разработал для объекта ОУС, которые соблюдаются и по сей день.

ВНИМАНИЕ: НИЖЕИЗЛОЖЕННАЯ ИНФОРМАЦИЯ ОБЛАДАЕТ ГИПОТЕТИЧЕСКОЙ МЕМЕТИЧЕСКОЙ ОПАСНОСТЬЮ. ПОЖАЛУЙСТА, ОБРАТИТЕСЬ К РУКОВОДСТВУ ЗОНЫ ДЛЯ ДОСТУПА К ДОКУМЕНТУ.

ВНИМАНИЕ! В ЦЕЛЯХ ПРОФИЛАКТИКИ ВАМ ВВЕДЕНА АНТИМЕМЕТИЧЕСКАЯ ПРИВИВКА. В СЛУЧАЕ НАРУШЕНИЯ ВОСПРИЯТИЯ НЕМЕДЛЕННО ОБРАТИТЕСЬ К МЕДПЕРСОНАЛУ ЗОНЫ.

Класс: Евклид.

Особые условия содержания: Всех людей, пораженных SCP-3285, следует помещать под строгий карантин. Ввиду важности некоторых инфицированных, им разрешается продолжать работу, однако с ними запрещен любой контакт и любой тип общения, в том числе через письменную речь, язык жестов и электронные носители.

Любая информация, связанная с SCP-3285, должна быть уничтожена. Исключение делается только для работ зараженных сотрудников и потенциально значимой информации. Предварительно такая информация должна быть обработана антимеметическими агентами, притом она должна проводиться только инфицированными SCP-3285. На данный момент не известны точные способы распространения инфекции, поэтому к работе с документами допускается персонал, который не имел знакомств с зараженными и прошел двухнедельный карантин.

Любой работник, не зависимо от уровня допуска, почувствовавший повышенный интерес к тому, что раньше у него вызывало негативную реакцию, обязан проследовать в медпункт и сообщить об этом медперсоналу, притом вербальный контакт с людьми должен быть сведен к минимуму. После психологической диагностики сотрудник обязан пройти двухнедельный карантин, по окончанию которого ему необходимо ввести амнезик класса В. Если заражение подтвердится, все субъекты, контактировавшие с заражённым, должны быть отправлены в карантин.

В городе (УДАЛЕНО) должно вестись наблюдение, для этих целей выделено ███ агентов. При обнаружении символов, указанных в приложении, агенты обязаны начать поиск зараженных людей, в случае массового заражения должен быть приведен в действие план «Вера в Ксирфа».

План спецоперации «Вера в Ксирфа»:

Описание: SCP-3285, вероятно, представляет собой меметическую инфекцию, проявляющуюся в возрастающем отвращении ко всему окружающему. Объект был впервые зафиксирован на территории города (УДАЛЕНО), что может говорить о взаимосвязи.

Спустя две недели после начала второй стадии антипатии начинают прогрессировать, затрагивая уже личностные особенности человека. Третья стадия характеризуется проявлением ярко выраженного отвращения к сексу, сну, приему пищи. На этом этапе субъекты страдают от проблем с социализацией, вступают в конфликты с родными и близкими им людьми. Зараженные, судя по всему, перестают испытывать какие-либо чувства, так как у них с трудом формируются эмоции. По их словам, им «… так отвратительно любить, страдать, ненавидеть, так сильно, что даже думать об этом отвратительно. И чувствовать, что это отвратительно… отвратительно». Для зараженных на данном этапе характерна апатия с вспышками агрессии, однако они все еще способны работать и вести нормальное существование. На сегодняшний день более ██ человек продолжают свою работу в условиях карантина, хотя работа продвигается медленно ввиду низкой мотивации среди инфицированного персонала.

Пути заражения на данный момент не до конца изучены. Известны случаи передачи инфекции через невербальное общение, а также посредством письменной речи. В некоторых случаях SCP-3285 передавался через документы, составленные зараженными людьми, а также аудио- и видео материалы. Обработка мемагентами оказалась эффективным способом сдержать распространение инфекции, однако общение с инфицированными и после обработки остается рискованным.

Источник

The SCP Foundation

Russian Branch

Список объектов с их рассказами

Теги | Поиск

Как только он открыл глаза, у него сжалось сердце.

На губах ощущалась тонкая плёнка, похожая по вкусу на мяту и батарейки. Носовые пазухи забились, глаза словно бы остыли и съёжились.

Он сел, ощущение вкуса на секунду усилилось. В голове стайкой перепуганных птиц пронеслись образы, звуки сирен и панический гомон, но ничего стойкого. Тот, кто подбирал ему дозировку, сработал халтурно.

Тонкая полоска боли протянулась от челюсти до виска, но в сравнении с паникой, поднявшейся в груди, боль казалась второстепенной. Он знал свою привычку в трудных ситуациях говорить самому с собой в третьем лице, отдавать шутейные приказы вслух, снижая напряжение. В этот раз не вышло. О нет. В этот раз напряжение ситуации бодро и весело скакнуло до стратосферы.

Он не помнил, как его зовут.

Ужас охватил его сердце, собственное дыхание слышалось словно бы откуда-то издалека. В голове появилась очень соблазнительная идея. Он мог бы просто встать и сбежать. Неважно, куда. Время убежать ещё было. Пора было рыть себе нору. Встать спиной к стене, оскалить зубы и затаиться навсегда. В висках пульсировало одно слово: Беги. Беги. Беги.

Оценить. Он поднялся нарочито медленным, взвешенным движением. Прошёл к дальней стене помещения и прижался спиной к стене. Оценить. Начав с левого края комнаты, он повёл взглядом направо, заставляя глаза задерживаться на каждом предмете и видеть именно его, чтобы получить каждую кроху информации, которая могла бы помочь в его положении. Он боролся с инстинктивным желанием окинуть комнату взглядом и обсуждал сам с собой то, что видел. Он проводил оценку.

Белая стена. Пустая. Без фотографий. Никаких личных вещей. Спальня никому не принадлежит. Скорее всего, общего назначения.

Кровать. Стандартная серая фондовская расцветка. До сих пор застелена. Он лежал на одеяле. Вмятина от его тела до сих пор была заметна. Красные пятна. Судя по блеску, ещё липкие. Кровь.

Он не удержался и глянул вниз, осматривая себя. На нём была чёрная рубашка, застёгнутая на пуговицы, и чёрные широкие брюки. На руках были следы чего-то красного. Наверное, он мыл руки в слишком сильной спешке, чтобы беспокоиться о складках кожи и крови под ногтями. Он осмотрел себя на предмет царапин, порезов и любых других ранений. Ничего. Кровь была не его, но тот, кто ею истекал, делал это щедро.

Справа, у дальней стены, было зеркало и раковина. Он метнулся туда. Капли воды на фаянсе имели красноватый оттенок. Он взглянул в зеркало. Лицо, слава Богу, было знакомым, но бордовые подтёки придавали ему вид маньяка. Он взглянул себе в глаза, пытаясь отыскать ответ, которого, как он хорошо знал, там не было.

не читай отчёт
не смотри по сторонам
опасно
сразу иди к красному телефону и вызывай МОГ

Собственный почерк он узнал мгновенно.

Ему уже доводилось однажды принимать амнезиаки. Похоже, что добровольно. Когда желаешь что-то забыть, тебе дают записать послание самому себе, чтобы посмотреть, когда очнёшься. В тот раз его разбудил медик, спокойно объяснил ситуацию и оставил наедине с самим собой в записи. Странно было её смотреть. Тот он, который ещё не принимал амнезиаки, выглядел так, словно из его духа выдернули какую-то жизненно важную составляющую. Он сидел в кресле, но по поведению казалось, что он втягивает голову в плечи. Внешне он был твёрд, как стальная плита, но почему-то его спокойные слова казались всхлипываниями, а немигающий взгляд словно прятался и морщился. Он сказал, что амнезиаки необходимы. Тот он, который принял амнезиаки, поверил ему на все сто процентов и никогда не проявлял большого интереса к тому, что же так сломило дух былого его. Он с лёгкостью двинулся дальше по жизни.

— И ради Бога, почему я сам с собой играю в загадки? Господи Иису…

Из костяшек торчали осколки стекла, но это почему-то не разозлило его, а наоборот, приглушило эмоции. Произошедшее потрясло его. Узкий, зазубренный осколок зеркала по-прежнему торчал в металлической раме, свисая, словно сосулька. Его взгляд отразился в осколке.

Голос прозвучал безжизненно, безэмоционально, как тот самый голос с той самой записи несколько лет назад.

— Оценка. Со мной что-то глубоко не так.

Следующие несколько минут он выковыривал стеклянные занозы из костяшек. Онемение сменилось чувством ужаса и безнадёги. Он знал, что тратит время впустую, пытаясь привести себя в порядок. Он знал, что чем бы ни был этот всплеск, здесь он оказался именно из-за него. Он помнил достаточно много о своей жизни, и знал, что не подвержен приступам ярости. С ним что-то произошло.

Шипя сквозь зубы, он выдернул из руки последний стеклянный осколок. Старательно забинтовав руку серой наволочкой, он напоследок осмотрел комнату, держась здоровой рукой за ручку двери. От его натиска окровавленные осколки блестящего стекла разлетелись по всей комнате. Он на секунду задержался, подумал и подобрал самый большой осколок, который удалось найти.

В коридоре царил хаос.

Мерцало аварийное освещение, но сирену кто-то, наверное, выключил. Несколько сейфовых ячеек были сброшены какой-то силой на пол и лежали, как сражённые бойцы, дверцами вниз. Пол коридора устилали разбросанные листы бумаги, иногда луч света выхватывал каплю красного там или лужицу тут. Он стоял в дверях, пытаясь услышать звуки разрушения или борьбы, которым полагается сопровождать подобную сцену, но слышно было лишь шум вентиляции над головой и крови в ушах.

Место было незнакомое.

Красная полоса петляла через повороты. Зоны обычно строили так, чтобы необученному человеку было легко в них заблудиться, а если Зона предназначалась для аномальных людей, то тем более. С побегом проще разобраться, если беглец заблудился и не знает, куда идти. Он же, напротив, двигался с уверенностью человека, знавшего, где находится. Возможно, в голове и не хватало какой-то информации, но мышцы помнили. Двигаясь в сторону Управления, он едва обращал внимание на красную полосу. И повсюду его встречала тишина. Место казалось заброшенным. Здесь не было ни разбросанных вещей, ни бумаг, но все аварийные светильники оказались разбиты. Люминесцентные лампы за стальными решётками не пострадали, но каждые двадцать метров под модулями аварийной сигнализации блестело жёлтое стекло. Хруст под каблуком отмечал ритм его шага.

Он миновал очередной поворот, в горле поднялось послевкусие амнезиаков. В голове пронёсся сонм голосов, но в этот раз громче остальных прозвучали слова, сказанные паникующим женским голосом: «Это невозможно. Я думала, была подвержена только буква ‘К'». Он пошатнулся, прижал окровавленную ладонь ко лбу, в глазах начало двоиться. Снова обретя равновесие, он осмотрелся с таким глубоким чувством дежавю, о каком раньше не мог и помыслить. Он знал это место. Должно быть, он сотни раз бывал здесь. Тысячу раз. Это место было знакомо ему не хуже…

Дверь под номером 2841 оказалась единственной приоткрытой дверью на его пути. Двери не давало закрыться помятое складное кресло, в оставшуюся щель можно было рассмотреть небольшую часть интерьера этой его комнаты. Свет внутри ярко горел. Манил. Среди всей этой жуткой сумятицы, в которую превратилась его жизнь с момента пробуждения, это была первая знакомая картина, которая не вселяла в него ужас. В голове мелькнула мысль о написанной для себя же записки, но тут же оказалась почти бездумно отброшена в сторону. Какая бы опасность ему ни грозила, это была его территория. Он проведёт небольшое обследование, вооружится, перебинтуется как следует и найдёт телефон, чтобы вызвать МОГ, которая избавит его от этого кошмара. В этот момент он с совершенной ясностью осознал, что на столе рядом со степлером должен стоять красный телефон. Еле заметно кивнув головой, он перешагнул кресло и полностью открыл дверь.

Но он не знал его имени.

Ничего не оставалось делать. Он поднялся и подошёл к красному телефону. Потянулся к трубке, но заметил открытый шкафчик с амнезиаками и рука замерла на полпути. Дежавю вернулось. Она открывала этот шкафчик. Она сказала, что он поражён, она побежала к шкафчику и… и она…

Ладно. Всё понятно. С него хватит. Конец расследования. Что бы ни случилось, это случилось с ним, и ему требовалась помощь. Тяжёлая артиллерия. Он поднял красную трубку, оператор ответил сразу же.

— Нужна помощь. Было нарушение условий содержания. Что-то не так с… есть жертвы. Нужна подмога.

Твою мать. Как это могло не прийти ему в голову? Нужен код доступа, нужно имя. Иначе с ним не станут беседовать, а попросту устранят.

Холодно. Никаких эмоций. Всё по инструкции. Чёрт его дери.

Он заозирался. Где-то здесь должно быть что-то с его именем. На столе был разложен отчёт. Он собрался было двинуться туда, но увидел фразу «вспышки агрессии».

Он едва слышал их. Положив трубку на рычаг, он вчитался в отчёт.

Рядом лежала бумажка с бегло написанными каракулями.

недавно заразившиеся
И рен Беван
Майло И рвинг
Гильермо И барра

Внутри черепа бушевала боль. Зубы сжались так, что вот-вот треснут. Он выронил отчёт. Сморгнул, как рептилия, трясясь от гнева. Осколок зеркала в сжатом кулаке лопнул. Его взгляд перескочил на другой лист бумаги. С его почерком.

Рекомендую, до тех пор, пока мы не узнаем механизм работы этого заболевания, не допускать в исследовательскую группу по SCP-3145 людей с буквой «К» в имени.

В этот раз, когда явилась боль, он встретил её, смеясь.

Источник

The SCP Foundation

Russian Branch

Список объектов с их рассказами

Теги | Поиск

Илл. 1.1 Появление местного гуманоидного существа в воздухе.

Объект №: Исключён согласно протоколу 4000-Эшу́.

Класс объекта: Кетер

В случае нарекательного нарушения условий содержания, субъекту, ответственному за это нарушение, следует немедленно выполнить стандартную процедуру повторной постановки на содержание для класса Эшу́. В случае, если субъект не способен выполнить эту процедуру, ответственность ложится на его или её ближайшего родственника.

Если у данного субъекта нет известных ближайших родственников, имя субъекта следует вымарать из всех существующих документов и архивных записей. Всем остальным субъектам, имеющим то же самое имя, следует ввести амнезиак типа G вирусного распространения и назначить новое имя.

Всю несанкционированную документацию касательно леса по ту сторону каминных труб следует подавлять согласно стандартным методикам сдерживания информации. Посторонних лиц, имеющих сведения о процедуре 4000-Благотроп, следует обрабатывать амнезиаками (класс амнезиака выбирается индивидуально для каждого случая). После периода реабилитации и расследования допускается освобождение таких индивидов.

Применение единообразного именования к царству тех, что не могут быть поименованы, его обитателям и особенностям местности вызывает различные аномальные явления. На сегодняшний день эти явления плохо изучены, отчасти из-за запрета на нарекательные эксперименты, наложенного согласно приказу О5-4000-F26.

Примеры задокументированных аномалий нарекательного характера:

Приказ О5-4000-F26 был ратифицирован Советом Смотрителей в 1954 году. Поправка от 1970 года гласит, что приказ О5-4000-F26 должен получать единогласное одобрение Совета каждые 10 лет, в противном случае он утрачивает силу. На сегодняшний день сотрудникам с меньшим уровнем допуска не предоставлялся доступ к каким-либо внутренним документам касательно О5-4000-F26.

ЗАПРОС=«Примечательные_НУС»
…
…
…
[ДОСТУП: РАЗРЕШЁН]

Приложение: Ниже приведены примеры аномальных явлений, наблюдавшихся при нарекательных нарушениях.

Дата нарушения: 9 июня 1954

Предмет именования: Поляна, о которой мы редко говорим

Краткое описание: Изначальное обнаружение и последовавшее за ним нарушение произошло внутри заброшенного дома в сельской местности штата Коннектикут. Ввиду отсутствия выживших, обстоятельства обнаружения остаются невыясненными. Тем не менее, удалось восстановить общую хронологию событий.

[13:45] Полевой агент Мойра Денотти заходит на земли по ту сторону дымохода и пропадает без вести.

[13:47] Агент Брэдли начинает постепенно проваливаться в паркет. Находившиеся поблизости агенты покидают место происшествия.

[13:48] Выйдя из дома под открытое небо, агенты внезапно теряют подвижность. Это не распространяется на агента Леса Тимсона, который не знал о присвоении категории Е.

[13:49] Обездвиженные агенты издают тревожные звуки, их туловища удлиняются.

[13:55] Лес Тимсон утверждает, что «видит [своё] имя среди деревьев». Сотрудники Зоны 08 запрашивают у Леса Тимсона подробности. Лес Тимсон пытается съесть свою рацию и вскоре гибнет от внутренних травм.

[13:59] Сотрудники Зоны 08, общавшиеся с Лесом Тимсоном, испытывают острую головную боль и помещаются под карантин.

[14:24] Из глазных впадин находящихся на карантине сотрудников Зоны 08 начинают расти костные выросты, похожие на ветви деревьев. По словам сотрудников, они не испытывают физического дискомфорта, несмотря на полное вылущение обоих глазных яблок.

Послесловие: Нарекательная аномалия была в итоге обнаружена после множества циклов многофакторных контактов подопытных класса D с поражёнными сотрудниками Зоны 08.

Дата нарушения: 22 декабря 1955

Предмет именования: Тропа, что петляет по всей местности

Краткое описание: Письменный Стол успешно закончил первую исследовательскую экспедицию в рощу под светом безымянных звёзд и был немедленно помещён под карантин. Спустя 72 часа, в течение которых не проявилось никаких аномальных эффектов, Письменному Столу было разрешено написать отчёт о предпринятой экспедиции. К тому моменту, когда научные сотрудники вернулись, чтобы пронаблюдать за ходом работы, Письменный Стол исчез без следа. На карандаше, бумаге и харви мэнсфилде, которыми Письменный Стол пользовался при написании отчёта, остались следы грунта и человеческих тканей.

Дата нарушения: 19 августа 1958

Предмет именования: Местная сущность, восседающая на костяном троне и баюкающая на руках младенца, объятого пламенем

Краткое описание: После успешного завершения экспедиции агент Итэн Пощады Пощады Пощады Пощады несколько раз применил один и тот же эпитет к определённой местной сущности. Через несколько минут он пожаловался на тошноту, после чего его вырвало кровью и костным мозгом.

Дата нарушения: 4 марта 1966

Предмет именования: Местная сущность, внешне похожая на пернатого льва с бараньим черепом вместо головы.

Краткое описание: Студентка колледжа Ванесса Хейфорт обращалась в различные медицинские учреждения, расположенные в Портленде, Орегон, и рядом с ним, жалуясь на то, что её голова покрылась мягкими тканями. Никаких новообразований на её голове не наблюдалось. В конечном итоге её задержала расследовательская группа Фонда; выяснилось что у девушки имеется книга, где (помимо прочего) 4 во всех подробностях была описана процедура 4000-Благотроп. После уверений в том, что сотрудники Фонда посодействуют ей в удалении плоти с её головы, 5 Хейфорт призналась, что получила книгу от знакомого из Библиотеки Странников.

Дата нарушения: 30 октября 1992

Предмет именования: Дом, в котором Майкл Эшли Винсент провёл несколько ночей в ходе исследовательской экспедиции.

Краткое описание: Агент Майкл Эшли Винсент, успешно совершивший исследовательскую экспедицию за несколько лет до описываемых событий, употребил притяжательное местоимение «███ дом» несколько раз, описывая экспедицию двум коллегам, которые не имели имён. 6

Спустя некоторое время внутри Зоны 08 появилась большая кирпичная постройка, которая пересекалась с уже имеющимися конструкциями. Внутри было найдено обезглавленное тело Майкла Эшли Винсента, которое бурно содрогалось и было соединено шеей с люстрой, сделанной из рогов оленя вапити. Лицо агента, совершенно неподвижное, увеличилось до такой степени, что покрывало весь пол постройки.

Агенты, которым было поручено исследовать рот лица, выяснили, что пищеварительного тракта за ним нет, однако безымянные коллеги Майкла Эшли Винсента были приращены к его нёбному язычку.

ЗАМЕЧАНИЕ: Посторонним, присутствующим при исполнении процедуры 4000-Благотроп, запрещено отвечать на голос и подходить к активному камину при любых обстоятельствах.

Фразы и ответные фразы

Вариант 1

(Субъекты типа 1)

Фраза: В лесу законы действуют.

Ответная фраза: Молва о них слышна.

Фраза: А если ты нарушишь их?

Ответная фраза: То заплачу сполна.

Фраза: Есть ли здесь хоть кто-нибудь?

Ответная фраза: Здесь я есть, только лишь.

Фраза: Теперь скажи, а кто же ты?

Ответная фраза: Поймёшь, как поглядишь.

Фраза: Скажи, к чему стремишься ты?

Ответная фраза: Хочу пройтись в лесу.

Фраза: А можешь быть повежливей?

Ответная фраза: В лесу пройтись, прошу.

КОНЕЦ=«ДОК-4000-H»

ЗАПРОС=«Стандартный_протокол_исследования»
…
…
…
[ДОСТУП: РАЗРЕШЁН]

Примечание: Ниже приведён неполный список, в котором содержатся только инструкции, критически важные для выживания. Сотрудникам, которым предстоит выполнять исследования, следует ознакомиться со списками 4000-СПИ-3 по 4000-СПИ-8 перед выходом на задание.

4000-СПИ-1

Общие принципы исследования:

4000-СПИ-2

Принципы взаимодействия с местными сущностями:

КОНЕЦ=«Стандартный_протокол_исследования»

ЗАПРОС=«Интервью_4000_0215»
…
…
…
[ДОСТУП: ОТКЛОНЁН]
[Эта информация была стёрта]
…
…
…
ЗАПРОС=«Интервью_4000_0215»
УЧЁТНЫЕ ДАННЫЕ=«EJAPERS/,3pevy0t4Ftgb7bt»
…
…
…
[ДОСТУП: РАЗРЕШЁН]
[Здравствуйте, д-р Хохман.]

Журнал интервью 4000_0215, архивная копия: Ниже приведены расшифровки бесед, проведённых д-ром Юджином Хохманом в ходе экспедиций на протяжении нескольких лет. Данная информация была удалена из всех документов общего характера согласно приказу О5-4000-F26.

Опрашивающий: Д-р Юджин Хохман

Описание опрашиваемого: Местная сущность с головой, похожей на кроличью (см. илл. 2.1).

[Начало протокола]

— Доброе утро, незнакомый путник.

Д-р Хохман: Доброе утро.

— Приятно увидеть новое лицо в этих краях. Прошу великодушно простить этот дым, просто проветриваю мысли. Как твоё имя?

Д-р Хохман: Как…? Прошу прощения, боюсь, не могу тебе этого сказать.

Д-р Хохман кланяется.

— Уж не простак ли ты? Я всего лишь спрашиваю, как твоё имя. Моё имя в последнее время отдаёт вроде бы малиною, или, сдаётся мне, львиным зевом. Такое уж время, так сложно различить, но стараться всё же надо.

Д-р Хохман: А, мои извинения. Боюсь, у моего имени в последнее время довольно терпкий вкус. 8

— Нет, это мне следует приносить извинения. Не надо было допытываться.

Д-р Хохман: Не стоит беспокойства, я вовсе не против. Замечательно было встретиться с тобой, но мне следует идти дальше в путь.

— Непременно ли? Мой дом неподалёку, и у меня была надежда пригласить тебя на чаепитие.

Д-р Хохман снова кланяется.

Д-р Хохман: Мне чрезвычайно жаль, но к сожалению, я не могу останавливаться. Возможно, в другой день.

— Замечательно. До следующего раза, незнакомец, чьё имя довольно терпкое на вкус.

[Конец протокола]

Опрашивающий: Д-р Юджин Хохман

[Начало протокола]

— Доброго дня, незнакомец. Разве что… о, пардон. Мы уже встречались, разве нет?

Д-р Хохман: Добрый день. Полагаю, что так, да. Три года назад, если память не подводит.

— Теперь припоминаю. Ты тогда столь поспешно ретировался.

Д-р Хохман: Да, приношу свои извинения. В то время я был здесь новичком и с опаской относился ко всем встречным.

— И, как я погляжу, всё так же склонен к извинениям. Да неважно. Ты не из этих мест? Весьма любопытно. Из каких же ты лесов?

Д-р Хохман: Я не из лесов.

— Чепуха. Неужто там, откуда ты пришёл, у вас нет деревьев?

Д-р Хохман: У нас есть деревья, но они растут очень негусто. Земля в основном занята домами и предприятиями.

— Значит то ущербные леса, но всё же леса. Скажи, как ты сюда добрался?

Д-р Хохман: Вижу, у тебя пытливый ум. Хотел бы я задать тебе вопрос, если ты не возражаешь.

— Прошу простить мою неучтивость. Я полагаю себя своего рода учёным, видишь ли, и прихожу в лёгкий ажиотаж, если выпадает случай узнать о лесах помимо моего. Безусловно, задавай свой вопрос.

Д-р Хохман: В нашу прошлую встречу я слышал от тебя, что тебе стало сложно описывать своё имя. Есть ли у тебя теории о причине такого?

Д-р Хохман: Как по-твоему, где оно сейчас?

— Для начала, собрат по науке, ответь на мой прошлый вопрос.

Второй индивид ненадолго умолкает.

— Надо же. Как же много времени прошло. Откровенно говоря, мне казалось, что все былые союзники уже повывелись. Не было ли у твоего деда или ещё какого свойственника здесь любимых?

Д-р Хохман кланяется.

Д-р Хохман: Приношу глубочайшие извинения. Боюсь, не могу ответить на этот вопрос.

— Замечательно. Я понимаю. Хочется пригласить тебя ко мне в коттедж на чай, но полагаю, у тебя нет такой возможности, так ведь?

Д-р Хохман: Боюсь, что нет.

Партнёр по беседе смеётся, отрывает капустный лист и предлагает его д-ру Хохману.

— Не надо так сильно бояться. Возьми это и ступай своей дорогой.

Д-р Хохман принимает лист обеими руками.

Д-р Хохман: Большое тебе спасибо.

— Счастливых тебе странствий, и да найдёшь ты того, кого ищешь.

[Конец протокола]

Послесловие: Д-р Хохман позднее накормил капустным листом местную сущность, похожую на полевую мышь, которая, в свою очередь, помогла ему в дороге.

Опрашивающий: Д-р Юджин Хохман.

Также д-ру Хохману в особом порядке было дано разрешение на ложные заявления, которые могут поспособствовать развитию беседы, т.к. в ходе первого контакта пушистый показал себя доверчивым.

[Начало протокола]

Д-р Хохман: Здравствуйте! Есть кто дома?

(Слегка приглушённый голос изнутри) — Да, одну минуту.

Спустя ровно одну минуту дверь открылась.

— Ах, мы снова встретились! Прошу, заходи, заходи же.

Д-р Хохмана проводят в коттедж. Немногие предметы мебели, сделанной из дерева, украшены рукодельными вышитыми изделиями.

Д-р Хохман: У тебя милый дом.

— Ха! А у тебя милое чувство юмора.

Владелец дома пошёл к кухонному уголку и начал наливать чайник.

Д-р Хохман: Нет, серьёзно. По-моему, очаровательный дом.

— Полагаю. Он был задуман как времянка, пока на той стороне всё не остынет, но что ж, сам знаешь.

Д-р Хохман: Боюсь, что сам не знаю. Помощь нужна?

— Нет, нет, нет, нет. Ты только садись за вон тот стол, а я заварю нам чаю.

Д-р Хохман выдвинул стул и уселся.

Д-р Хохман: Твоё гостеприимство радует, но кажется, пищеварение мне этого не дозволит.

— Ох, бедолага. Что ж, когда есть чай, он всё равно навевает мне покой.

Д-р Хохман: Великодушно с твоей стороны. Скажи, можешь ты описать мне поподробнее, что ты имел в виду «пока всё не остынет»?

Покрытый шерстью хозяин дома включил плиту и уставился в окно, вырезанное в той же форме, что и отверстие на двери.

— Полагаю, свойственники тебе рассказали не всё. О тех потрясениях, что загнали нас сюда.

Д-р Хохман: Потрясения? Шла война?

Покрытый пухом вздыхает.

— Она хоть когда-нибудь прекращается?

Д-р Хохман: Мои деды рассказывали мне о былых войнах, но я не знаю ни о какой войне с тобою и твоим народом.

Это меня не удивляет. Даже в этом лесу очень мало осталось таких, кто ещё помнит. Память, обуза для старых, наверное. Но да. Когда я был ещё юнцом, и облик мой был совсем не таков, каков он сейчас, моя жизнь шла по другую сторону колодца. Именно там мне случилось появиться на свет, там прошли мои молодые годы, и, если смею о том мечтать, туда я когда-нибудь вернусь.

Д-р Хохман: Что же не вернёшься?

— Не могу. Покуда не уверен, что буду там желанным гостем.

Заваривший чай налил себе чашку чая и сел напротив д-ра Хохмана.

— Уверен, ты этого не знаешь, как-никак, они постоянно скрываются, но есть те, кто уничтожил бы меня, будь у них хоть шанс… ах, прошу прощения. Мрачные то воспоминания. Уверен, тебе не хотелось бы их выслушивать.

Рассказчик этой истории отпивает чаю.

— Как тебе будет угодно, собрат по науке. Стану говорить, покуда чай не остынет.

— Как бы ни печалило меня о таком говорить, но нас предали. Знаешь ли, мы бок о бок сражались на войне с той фабрикой. Мы не оказали им ничего кроме помощи, а что они? Они уничтожили нас. Забрали так много наших жизней и все наши имена. Когда война только начиналась, некоторые из нас сбежали сюда, но было их немного. Немного. И всё же я не держу на них ненависти.

Д-р Хохман: Это меня очень радует.

— Я уж представляю! Есть в этих краях замшелые типы, у которых зуб на весь тот вид, но я-то знаю, что вы не насквозь плохие. Много было тех, кто давал нам приют, сражался за нас, даже умирал за нас. Некоторые приходили сюда, чтобы жить среди нас, да упокоются их души. У меня тоже в былое время был полюбовник-человек. Раз или два он меня навестил, но с тех пор мы больше не встречались. Временами я гадаю, пал ли он от недобрососедской руки, или просто охладел ко мне. Но это всё уже неважно. Прошу прощения, что разворошил старые угли. Определённо, тебе неинтересно слушать такие вещи, собрат по науке.

Д-р Хохман: Напротив, я бы с удовольствием послушал ещё. Твоя жизнь и жизнь твоего народа весьма для меня интересны.

— Уверен, так оно и есть, собрат по науке.

В дом ворвался сильный ветер. Полминуты за столом царит молчание. Затем личность в облике кролика, живущая в коттедже, со стоном подняла руку к голове, словно испытывая боль. Д-р Хохман потрогал чайник.

Д-р Хохман: Похоже, чай уже остыл. Думаю, мне пора раскланяться.

(Речь не совсем внятная) — Что? Ты уходишь? Я…я тоже тогда пойду.

Д-р Хохман встаёт из-за стола.

Д-р Хохман: Нет, нет, нет, нет. Я пойду самостоятельно, благодарю. Да, это внезапно, и меня терзает вина за то, но мне и вправду пора идти. Мне уже давно следовало вернуться домой.

— Что за?… Я не… Прошу, не уходи. Что-то не…

Д-р Хохман: Иначе никак.

— Стой! Что ты наделал? Я не знаю, кто… что стало с моим именем? Не могу…

Д-р Хохман: Хм. А у него и вправду терпкий вкус.

[Конец протокола]

КОНЕЦ=«Интервью_4000_0215»

Источник