В нельзя разнузданно шутить
«Поэтическое искусство» Буало
Творчество Буало — крупнейшего теоретика французского классицизма, обобщившего в своей поэтике ведущие тенденции национальной литературы своего времени, — падает на вторую половину 17 века В этот период во Франции завершается процесс становления и укрепления централизованной государственной власти, абсолютная монархия достигает апогея своего могущества Это укрепление централизованной власти, совершавшееся ценой жестоких репрессий, сыграло тем не менее прогрессивную роль в становлении единого национального государства и — косвенным образом — в становлении общенациональной французской культуры и литературы По выражению Маркса, во Франции абсолютная монархия выступает «в качестве цивилизующего центра, в качестве основоположника национального единства»[1].
Будучи по природе своей дворянской властью, французский абсолютизм вместе с тем пытался найти опору в высших слоях буржуазии: на протяжении всего XVII века королевская власть последовательно проводит политику укрепления и расширения привилегированной, чиновничьей прослойки буржуазии — так называемого «дворянства мантии». Этот бюрократический характер французской буржуазии отмечает Маркс в письме к Энгельсу от 27 июля 1854 года: «сразу же, по крайней мере с момента возникновения городов, французская буржуазия становится особенно влиятельной благодаря тому, что организуется в виде парламентов, бюрократии и т. д., а не так, как в Англии, благодаря одной торговле и промышленности».[2] Вместе с тем французская буржуазия в XVII веке, в отличие от английской, совершавшей в это время свою первую революцию, была еще незрелым, несамостоятельным классом, неспособным революционным путем отстоять свои права.
Эта буржуазная прослойка при дворе должна была явиться рассадником и проводником придворной идеологии, культуры, эстетических вкусов среди более широких кругов городской буржуазии (подобно тому как в области экономической жизни аналогичную функцию выполнял министр Людовика XIV Кольбер, первый в истории Франции буржуа на посту министра).
Эта сознательно проводимая Людовиком XIV линия являлась как бы продолжением той «культурной политики», которую начал его политический предшественник кардинал Ришелье (годы правления 1624–1642), впервые поставивший литературу и искусство под не посредственный контроль государственной власти. Наряду с учрежденной Ришелье Французской Академией — официальной законодательницей литературы и языка — в 1660-е годы основываются Академия изящных искусств. Академия надписей, позднее Академия музыки и т. п.
Но если вначале своего правления, в 1660—1670-е годы, Людовик XIV разыгрывал по преимуществу роль щедрого мецената, стремящегося окружить свой двор выдающимися писателями и художниками, то в 1680-е годы его вмешательство в идеологическую жизнь принимает сугубо деспотический и реакционный характер, отражающий общий поворот французского абсолютизма в сторону реакции. Начинаются религиозные преследования кальвинистов и близкой к ним католической секты янсенистов В 1685 году отменяется Нантский эдикт, обеспечивавший равноправие протестантов с католиками, начинается насильственное обращение в католицизм, конфискация имущества непокорных, преследование малейших проблесков оппозиционной мысли. Возрастает влияние иезуитов, реакционных церковников.
Литературная жизнь Франции также вступает в полосу кризиса и затишья; последним значительным произведением блестящей классической литературы являются «Характеры и нравы нашего века» Лабрюйера (1688) — публицистическая книга, запечатлевшая картину морального упадка и деградации французского высшего общества.
Поворот в сторону реакции наблюдается и в области философии. Если ведущее философское направление середины века — учение Декарта — заключало в себе наряду с идеалистическими элементами материалистические, то в конце века последователи и ученики Декарта заключало в себе наряду с идеалистическими элементами материалистические то в конце века последователи и ученики Декарта развивают именно идеалистическую и метафизическую сторону его учения. «Все богатство метафизики ограничивалось теперь только мысленными сущностями и божественными предметами, и это как раз в такое время, когда реальные сущности и земные вещи начали сосредоточивать на себе весь интерес. Метафизика стала плоской»[3]. В свою очередь и традиция материалистической философской мысли, представленная в середине века Гассенди и его учениками, переживает кризис, разменивается на мелкую монету в аристократических вольнодумных кружках опальных вельмож; и только одна крупная фигура воплощает наследие французского материализма. и атеизма, — это эмигрант Пьер Бейль, которого по справедливости считают духовным. отцом французского Просвещения.
Творчество Буало в своей последовательной эволюции отразило эти сложные процессы совершавшиеся в общественной и идеологической жизни его времени.
Никола Буало-Депрео родился 1 ноябри 1636 года в Париже, в семье зажиточного буржуа, адвоката, чиновника парижского парламента. Получив обычное для того времени классическое образование в иезуитской коллегии Буало поступил сначала на богословский, а затем на юридический факультет Сорбонны (Парижского университета), однако, не испытывая никакого влечения к этой профессии, отказался от первого же порученного ему судебного дела. Оказавшись в 1657 году, после смерти отца, материально независимым (отцовское наследство обеспечивало ему пожизненную ренту приличного размера), Буало целиком посвятил себя литературе С 1663 года начинают печататься его мелкие стихотворения, а затем сатиры (первая из них написана еще в 1657 году). До конца 1660-х годов Буало выпускает девять сатир, снабженных, в качестве предисловия к девятой, теоретическим «Рассуждением о сатире». В этот же период Буало сближается с Мольером, Лафонтеном и Расином. В 1670-е годы он пишет девять Посланий, «Трактат о прекрасном», ирои-комическую поэму «Налой». В 1674 году заканчивает стихотворный трактат «Поэтическое искусство», задуманный по образцу «Науки поэзии» Горация. В этот период авторитет Буало в области литературной теории и критики является уже общепризнанным.
Вместе с тем непримиримая позиция Буало в борьбе за прогрессивную национальную литературу против реакционных сил общества, в частности поддержка, оказанная им в свое время Мольеру и позднее — Расину, решительный отпор третьестепенным писателям, за спиной которых скрывались порой весьма влиятельные лица, — создали критику множество опасных врагов как среди литературной клики, так и в аристократических салонах. Немалую роль сыграли и смелые, «вольнодумные» выпады в его сатирах, направленные Непосредственно против высшей знати, иезуитов великосветских ханжей. Так, в V сатире Буало клеймит «пустую, тщеславную, праздную знать, кичащуюся заслугами предков и чужими доблестями», и противопоставляет наследственным дворянским привилегиям третьесословную идею «личного благородства».
Николо Буало. Письмо 7
Для сцены сочинять — неблагодарный труд:
Там сотни знатоков своей добычи ждут.
Им трудно угодить: придирчивы, суровы,
Ошикать автора они всегда готовы.
Кто заплатил за вход, тот право приобрел
Твердить, что автор — щут, невежда и осел.
Чтобы понравиться ценителям надменным,
Поэт обязан быть и гордым и смиренным,
Высоких помыслов показывать полет,
Изображать любовь, надежду, скорби гнет,
Писать отточенно, изящно, вдохновенно,
Порою глубоко, порою дерзновенно
И шлифовать стихи, чтобы в умах свой след
Они оставили на много дней и лет.
Вот в чем Трагедии высокая идея.
…………………………………………………………
Без … вымыслов поэзия мертва,
……………………………………………………..
Бессильно никнет стих, едва ползут слова,
Поэт становится оратором холодным,
Сухим историком, докучным и бесплодным.
Неправы те из нас, кто гонит из стихов
Им // поэтам//, видно, невдомек, что таинства Христовы
Чуждаются прикрас и вымысла пустого
… лишь дайте власть – объявят
Что аллегория отныне под запретом!
Ну что же! Этот вздор святошам отдадим,
А сами, не страшась, пойдем путем своим:
……………………………………………………..
Пусть любит вымыслы и мифы наша лира, –
Из бога истины мы не творим кумира.
……………………………………………………..
Нет, не допустит тот, в ком жив еще талант,
Чтобы в поэме стал героем — Хильдебрант!
Такого имени скрежещущие звуки
Не могут не нагнать недоуменной скуки.
……………………………………………………..
Чтоб вас венчали мы восторженной хвалой,
Нас должен волновать и трогать ваш герой.
От недостойных чувств пусть будет он свободен
И даже в слабостях могуч и благороден!
Не любит низости взыскательный читатель.
Нельзя событьями перегружать сюжет
Порой излишество лишь обедняет тему.
Пусть будет слог у вас в повествованье сжат,
А в написаниях и пышен и богат,
Великолепия достигнуть в них старайтесь,
До пошлых мелочей нигде не опускайтесь.
Примите мой совет: поэту не к лицу
В чем-либо подражать бездарному глупцу,
Что рассказал, как шли меж водных стен евреи,
А рыбы замерли, из окон вслед глазея.
Зачем описывать, как, вдруг завидев мать,
Ребенок к ней бежит, чтоб камешек отдать?
Такие мелочи в забвенье быстро канут.
……………………………………………………..
Ваш труд не должен быть отрывист иль растянут.
Пусть начинается без хвастовства рассказ.
Пегаса оседлав, не оглушайте нас,
На лад торжественный заранее настроив:
«Я ныне буду петь героя из героев!»
Что можно подарить, так много обещав?
Гора рождает мышь, поэт «Эпистол» прав.
Насколько же сильней тот римлянин прельщает,
Который ничего сперва не обещает
Он гармоничен, прост, он не гремит, как гром,
И малое сулит, чтоб много дать потом.
Пусть гармоничное, изящное творенье
Богатством образов дарует наслажденье.
С величьем вы должны приятность сочетать:
Витиеватый слог невмоготу читать.
Любите искренне Гомера труд высокий,
И он вам преподаст бесценные уроки.
То голос мастера, не подмастерья шепот.
Но иногда поэт, незрелый ученик,
В ком вдохновение зажглось на краткий миг,
Трубит ретиво в рог могучей эпопеи,
В заносчивых мечтах под небесами рея;
Пришпоренный Пегас, услышав странный шум,
То еле тащится, то скачет наобум.
Без должной помощи труда и размышленья
Не долго проживет поэта вдохновенье.
Читатели бранят его наперебой,
Но стихотворец наш любуется собой,
И, в ослеплении спесивом и упрямом,
Он сам себе кадит восторга фимиамом.
Он говорит: «Гомер нам оскорбляет слух.
Вергилий устарел; он холоден и сух».
Чуть кто–нибудь в ответ подъемлет голос громкий,
Он тотчас же кричит: «Рассудят нас потомки!»,
Хотя при этом ждет, что – дайте только срок –
Все современники сплетут ему венок.
А труд его меж тем, покрытый пыли слоем,
У продавца лежит, никем не беспокоим.
Ну что ж, пускай себе в забвении лежит:
Коль вы прославиться в Комедии хотите,
Себе в наставницы природу изберите.
Поэт, что глубоко познал людей сердца
И в тайны их проник до самого конца,
Природа, от своих бесчисленных щедрот,
Особые черты всем людям раздает,
Но подмечает их по взгляду, по движеньям
Лишь тот, кто наделен поэта острым зреньем.
Героя каждого обдумайте язык,
Чтобы отличен был от юноши старик.
Но унизительно Комедии серьезной
Толпу увеселять остротою скабрезной.
В Комедии нельзя разнузданно шутить
Пусть будут связаны между собой все части,
И пусть сплетаются в клубок искусный страсти!
Природе вы должны быть верными во всем,
Не оскорбляя нас нелепым шутовством.
Комический поэт, что разумом ведом,
Хранит изящный вкус и здравый смысл в смешном.
Он уважения и похвалы достоин.
Но плоский острослов, который непристоен
Николо Буало. Письмо 7
Для сцены сочинять — неблагодарный труд:
Там сотни знатоков своей добычи ждут.
Им трудно угодить: придирчивы, суровы,
Ошикать автора они всегда готовы.
Кто заплатил за вход, тот право приобрел
Твердить, что автор — щут, невежда и осел.
Чтобы понравиться ценителям надменным,
Поэт обязан быть и гордым и смиренным,
Высоких помыслов показывать полет,
Изображать любовь, надежду, скорби гнет,
Писать отточенно, изящно, вдохновенно,
Порою глубоко, порою дерзновенно
И шлифовать стихи, чтобы в умах свой след
Они оставили на много дней и лет.
Вот в чем Трагедии высокая идея.
…………………………………………………………
Без … вымыслов поэзия мертва,
……………………………………………………..
Бессильно никнет стих, едва ползут слова,
Поэт становится оратором холодным,
Сухим историком, докучным и бесплодным.
Неправы те из нас, кто гонит из стихов
Им // поэтам//, видно, невдомек, что таинства Христовы
Чуждаются прикрас и вымысла пустого
… лишь дайте власть – объявят
Что аллегория отныне под запретом!
Ну что же! Этот вздор святошам отдадим,
А сами, не страшась, пойдем путем своим:
……………………………………………………..
Пусть любит вымыслы и мифы наша лира, –
Из бога истины мы не творим кумира.
……………………………………………………..
Нет, не допустит тот, в ком жив еще талант,
Чтобы в поэме стал героем — Хильдебрант!
Такого имени скрежещущие звуки
Не могут не нагнать недоуменной скуки.
……………………………………………………..
Чтоб вас венчали мы восторженной хвалой,
Нас должен волновать и трогать ваш герой.
От недостойных чувств пусть будет он свободен
И даже в слабостях могуч и благороден!
Не любит низости взыскательный читатель.
Нельзя событьями перегружать сюжет
Порой излишество лишь обедняет тему.
Пусть будет слог у вас в повествованье сжат,
А в написаниях и пышен и богат,
Великолепия достигнуть в них старайтесь,
До пошлых мелочей нигде не опускайтесь.
Примите мой совет: поэту не к лицу
В чем-либо подражать бездарному глупцу,
Что рассказал, как шли меж водных стен евреи,
А рыбы замерли, из окон вслед глазея.
Зачем описывать, как, вдруг завидев мать,
Ребенок к ней бежит, чтоб камешек отдать?
Такие мелочи в забвенье быстро канут.
……………………………………………………..
Ваш труд не должен быть отрывист иль растянут.
Пусть начинается без хвастовства рассказ.
Пегаса оседлав, не оглушайте нас,
На лад торжественный заранее настроив:
«Я ныне буду петь героя из героев!»
Что можно подарить, так много обещав?
Гора рождает мышь, поэт «Эпистол» прав.
Насколько же сильней тот римлянин прельщает,
Который ничего сперва не обещает
Он гармоничен, прост, он не гремит, как гром,
И малое сулит, чтоб много дать потом.
Пусть гармоничное, изящное творенье
Богатством образов дарует наслажденье.
С величьем вы должны приятность сочетать:
Витиеватый слог невмоготу читать.
Любите искренне Гомера труд высокий,
И он вам преподаст бесценные уроки.
То голос мастера, не подмастерья шепот.
Но иногда поэт, незрелый ученик,
В ком вдохновение зажглось на краткий миг,
Трубит ретиво в рог могучей эпопеи,
В заносчивых мечтах под небесами рея;
Пришпоренный Пегас, услышав странный шум,
То еле тащится, то скачет наобум.
Без должной помощи труда и размышленья
Не долго проживет поэта вдохновенье.
Читатели бранят его наперебой,
Но стихотворец наш любуется собой,
И, в ослеплении спесивом и упрямом,
Он сам себе кадит восторга фимиамом.
Он говорит: «Гомер нам оскорбляет слух.
Вергилий устарел; он холоден и сух».
Чуть кто–нибудь в ответ подъемлет голос громкий,
Он тотчас же кричит: «Рассудят нас потомки!»,
Хотя при этом ждет, что – дайте только срок –
Все современники сплетут ему венок.
А труд его меж тем, покрытый пыли слоем,
У продавца лежит, никем не беспокоим.
Ну что ж, пускай себе в забвении лежит:
Коль вы прославиться в Комедии хотите,
Себе в наставницы природу изберите.
Поэт, что глубоко познал людей сердца
И в тайны их проник до самого конца,
Природа, от своих бесчисленных щедрот,
Особые черты всем людям раздает,
Но подмечает их по взгляду, по движеньям
Лишь тот, кто наделен поэта острым зреньем.
Героя каждого обдумайте язык,
Чтобы отличен был от юноши старик.
Но унизительно Комедии серьезной
Толпу увеселять остротою скабрезной.
В Комедии нельзя разнузданно шутить
Пусть будут связаны между собой все части,
И пусть сплетаются в клубок искусный страсти!
Природе вы должны быть верными во всем,
Не оскорбляя нас нелепым шутовством.
Комический поэт, что разумом ведом,
Хранит изящный вкус и здравый смысл в смешном.
Он уважения и похвалы достоин.
Но плоский острослов, который непристоен
Урок 5. О чем нельзя шутить и от чего зависит успех шутки
Успех любой шутки обусловлен реакцией зрителей на нее. Если в ответ на остроту, анекдот или какое-то комичное замечание вы слышите смех или видите улыбки, значит, шутка удалась. Если же реакция иная – стоит еще поработать над своим мастерством.
Однако успех шуток не всегда зависит от техники исполнения или соответствия определенным требованиям, о которых мы уже беседовали (оригинальность, неожиданность, своевременность и т.д.). Огромнейшую роль играет актуальность затрагиваемой темы и сама тема, ведь есть темы, на которые шутить не принято, иначе юмор либо не будет воспринят, либо будет воспринят негативно – как обида, оскорбление, бестактность или нечто подобное.
Из пятого урока вы узнаете о том, на какие темы нельзя шутить, и что значит актуальность темы (мы укажем на три показателя актуальности шуток), а также о том, благодаря чему шутка становится смешной или наоборот. И начнем мы, конечно же, с запретных тем.
Содержание:
О чем нельзя шутить
Запретных тем в юморе не так уж много, но знать их нужно обязательно, чтобы не попасть в каверзную ситуацию и не прослыть бестактным и бессовестным человеком.
К темам, которые лучше не затрагивать, относятся:
| ✔ | Религия. Вероисповедания людей и то, во что они верят, – вопрос сугубо индивидуальный. Каждый относится к этому по-разному: для одних религия не имеет значения, а для других она может быть смыслом жизни. Нам же не дано знать, к какой категории относится тот или иной человек. Безусловно, шутка на тему религии может прокатить в компании, где все свои, и знают друг друга много лет, но в обществе незнакомцев говорить о вере в шуточном и тем более негативном ключе – табу. Если же вы все-таки затрагиваете тему религии в своих шутках, помните, что шутить лучше о конкретном человеке, но не о его верованиях. Нельзя смеяться над тем, во что верят миллионы людей по всему миру. |
| ✔ | Страны и государства. Несмотря на то, что сегодня ходит немало шуток о США, Украине, странах Европы и других государствах, шутить на эту тему пусть и не запрещается, но следует крайне внимательно и осторожно. Здесь можно столкнуться с тем же, что и в первом случае: кто-то спокойно воспринимает шутки о своей стране, а кто-то, являясь ярым патриотом, может быть серьезно задет вашей шуткой. |
| ✔ | Страдания и несчастья других людей. Смеяться над тем, что причиняет боль кому-то другому, – верх бестактности и невоспитанности. Обычно подобные шутки воспринимаются людьми крайне негативно, и, пошутив на такую тему, можете быть уверены, что в следующий раз в данной компании людей (даже одного человека) ваше присутствие будет нежелательно. Ко всему прочему, шутки над несчастьями, совершенно несмешные. Ну и чисто по-человечески: никто не знает, что его ждет в будущем, и тот, кому хорошо сейчас, уже завтра может оказаться в беде, в том числе и в ситуации человека, над которым неудачно пошутил. |
| ✔ | Физические увечья, недостатки, умственные способности. С этими темами ситуация аналогична предыдущей. |
| ✔ | Собственное превосходство. Логически продолжая два предшествующих пункта, можно сказать, что не стоит шутить о своем личном превосходстве над другими людьми. Совершенно не важно, чего оно касается: физической силы, интеллекта, материального положения и т.п. Возвышая себя, человек получает прямо противоположный эффект – в чужих глазах он становится ниже. Безусловно, шутки на эту тему сегодня можно услышать довольно-таки часто, но тут уже имеют место индивидуальные особенности каждого отдельно взятого шутника. Если вы хотите создать о себе правильное и приятное впечатление, будьте скромны и не «якайте», выпячивая грудь вперед и говоря, что вы чем-то лучше остальных. |
| ✔ | Секс. Тема интимных отношений, невзирая на то, что снискала себе большую популярность среди юмористов, должна затрагиваться очень аккуратно. Как и прежде, нам не дано знать степень нравственности своей аудитории, поэтому, пошутив на тему секса, мы рискуем попасть впросак. Кроме того, подобный юмор должен быть уместным и соответствовать ситуации, а сами шутки – преподноситься в нужный момент. |
| ✔ | Физиология. Здесь имеется в виду совершенно неприличная тема физиологических выделений. Тематика, конечно, не табуирована, но подобный юмор доступен лишь тем, кто умеет шутить действительно мастерски. По большому же счету шутки на рассматриваемую тему зачастую просто-напросто неэстетичны, и вызывают скорее отвращение, нежели смех и улыбку. |
О запретных темах в юморе, в дополнение ко всему вышесказанному, мы советуем вам посмотреть видео (вебинар) известного юмориста Павла Воли. Найти его можно по этой ссылке (просмотр начнется с соответствующего момента).
Неподобающие и неуместные шутки вызывают у людей отрицательную реакцию, приводят в замешательство и портят настроение. Старайтесь обходить их стороной – и за здоровую и правильную реакцию можно будет не волноваться.
Но, как и следует полагать, правильная тема – это не единственный нюанс, влияющий на успех шутки. Есть еще несколько пунктов, которым должен соответствовать шутник и юморист. О них и пойдет речь ниже.
От чего зависит успех шутки
Каждый, кто поставил для себя цель развить чувство юмора, должен знать, что именно делает шутки смешными. Ситуации бывают разными, и везде следует производить подстройку, однако представленные ниже рекомендации будут действовать практически всегда и везде.
Чтобы ваш юмор был смешным и вызывал у аудитории радость и смех, необходимо:
Напоминаем, что для полноценной работы сайта вам необходимо включить cookies, javascript и iframe. Если вы ввидите это сообщение в течение долгого времени, значит настройки вашего браузера не позволяют нашему порталу полноценно работать.
И в заключительном уроке мы обсудим формы комического.
В нельзя разнузданно шутить
Жанровые нормы и правила (каноны) первоначально формировались стихийно, на почве обрядов с их ритуалами и традиций народной культуры. «И в традиционном фольклоре, и в архаической литературе жанровые структуры неотделимы от внелитературных ситуаций, жанровые законы непосредственно сливаются с правилами ритуального и житейского приличия»2.
Позже, по мере упрочнения в художественной деятельности рефлексии, некоторые жанровые каноны обрели облик четко сформулированных положений (постулатов). Регламентирующие указания поэтам, императивные установки едва ли не доминировали в учениях о поэзии Аристотеля и Горация, Ю.Ц. Скалигера и Н. Буало. В подобного рода нормативных теориях жанры, и без того обладавшие определенностью, обретали максимальную упорядоченность. Регламентация жанров, вершимая эстетической мыслью, достигла высшей точки в эпоху классицизма. Так, Н. Буало в третьей главе своего стихотворного трактата «Поэтическое искусство» сформулировал для основных групп литературных произведений весьма жесткие правила. Он, в частности, провозгласил принцип трех единств (места, времени, действия) как необходимый в драматических произведениях. Резко разграничивая трагедию и комедию, Буало писал:
Уныния и слез смешное вечный враг.
С ним тон трагический несовместим никак,
Но унизительно комедии серьезной
Толпу увеселять остротою скабрезной.
В комедии нельзя разнузданно шутить,
Нельзя запутывать живой интриги нить,
Нельзя от замысла неловко отвлекаться
И мыслью в пустоте все время растекаться3.
Главное же, нормативная эстетика (от Аристотеля до Буало и Сумарокова) настаивала на том, чтобы поэты следовали непререкаемым жанровым образцам, каковы прежде всего эпопеи Гомера, трагедии Эсхила и Софокла.
В эпохи нормативных поэтик (от античности до XVII-XVIII вв.) наряду с жанрами, которые рекомендовались и регламентировались (334) теоретиками («жанрами de jure», по выражению С.С. Аверинцева), существовали и «жанры de facto», в течение ряда столетий не получавшие теоретического обоснования, но тоже обладавшие устойчивыми структурными свойствами и имевшие определенные содержательные «пристрастия»4. Таковы сказки, басни, новеллы и подобные последним смеховые сценические произведения, а также многие традиционные лирические жанры (включая фольклорные).
Структурной устойчивостью обладают и вновь возникшие в XIX- XX вв. жанровые образования. Так, несомненно наличие определенного формально-содержательного комплекса в лирической поэзии символистов (тяготение к универсалиям и особого рода лексике, семантическая усложненность речи, апофеоз таинственности и т.п.). Неоспоримо наличие структурной и концептуальной общности в (336) романах французских писателей 1960-1970-х годов (М. Бюгор, А. Роб-Грийе, Н. Саррот и др.).
5. ЖАНРОВЫЕ СИСТЕМЫ. КАНОНИЗАЦИЯ ЖАНРОВ
В каждый исторический период жанры соотносятся между собой по-разному. Они, по словам Д.С. Лихачева, «вступают во взаимодействие, поддерживают существование друг друга и одновременно конкурируют друг с другом»; поэтому нужно изучать не только отдельные жанры и их историю, но и «систему жанров каждой данной эпохи»1.
